Прощай, Лоэнгрин! (СИ)

Я заняла место за длинным деревянным столом, через минуту став счастливой обладательницей вполне приличного завтрака и сомнительного антипростудного средства. Тарелка с колбасой и гренками с маслом радовала особо.
— Тут главное чем-нибудь жирным закусывать. Выпить надо все, потом пойдешь в свою комнату, укроешься одеялом и отлежишься, пока не придешь в себя.
Не задавая лишних вопросов, я взяла кружку в руки, от чего конечности тут же согрелись. Питье быстро остывало.
Первый глоток заставил меня покраснеть до малинового цвета, во рту все вспыхнуло огнем, а лоб прошибло потом, но вовсе не из-за острого перца. Пиво оказалось жутко крепким.
— Да, детка. Шестьдесят пять градусов! Нам тут и самогон не особо нужен! Боже, храни шотландцев! — Хильда потешалась надо мной во всю, а я окончательно утвердилась в мысли, что эта женщина не дружна с собственной головой. — Пей, пей! Швангау на сегодня отменяется! Завтра я устрою тебе экскурсию.
В полушоковом состоянии я метала с тарелки колбасу и гренки, практически, не ощущая их вкуса. Всю бульонницу я осилить не смогла, потому что и от половины порции меня развезло, как школьницу на выпускном.
Бормоча отборные ругательства, моя новоиспеченная подруга, перекинула мою руку себе через плечо и поволокла на третий этаж по злополучной лестнице. Последней мыслью, которая промелькнула в моем мозгу было, то, что сейчас меня можно было спокойно скинуть в пропасть или придушить, окажись моя благодетельница безжалостным убийцей. Но вместо этого, девушка уложила меня в постель прямо в куртке, сняла ботинки, поморщив нос от убойного аромата, в подарок от лондонской канализации и весь ансамбль укутала стеганым одеялом.
— Первым делом, отведу тебя в термы! Нельзя тебя одну отпускать к этому сброду. Какой бы умалишенной ты не казалась, но интуиция работает на ура! Остаешься жить здесь? Отличный выбор! Тебя стопроцентно назовут чокнутой, хотя, это уже местная традиция, в отношении нашего семейства. Не ворчи…. Потом расскажу. Долгая история. А вот, в первый же день портить впечатление от нашего дивного местечка — поганая идея! Еще успеешь! Это вопрос времени. Об нас с мамой местные зубы сломали, а тут свежее мясо, правда, с душком! Диони, от тебя несет, хоть в окно выпрыгивай! Ты уж извини, но, подруга…..Такое впечатление, что ты была по колено в дерьме! Всех ухажеров мне отобьешь такой вонью. А мамуля, про удобства сообщила? С водой тут напряг! Ну, если не окажешься стервой, пущу тебя к себе выкупаться. Ага, точно! Надо будет у тебя на трезвую спросить, чем ты болеешь. Все-таки Лондон…! Это что и все твои пожитки? Капец! На твое счастье, что у меня магазин. Подкину тебе шмоток со скидкой. Что совсем уже отключило? Слабенькая ты… Да, наш Рэгворд мужик крепкий и пиво у него под стать. Не забыть бы, восполнить пропажу, он и по шее может дать, если под горячую руку подвернешься. Ладно. К вечеру будешь, как новенькая! Да, провались пропадом, твой варежки, сколько раз можно выпадать?! Ну, спи, спи…
Сквозь непрекращающийся словесный поток, я почувствовала, как Хильда, запихивает мне что-то за пазуху. Мои грандиозные планы внезапно рухнули. Потолок кружился волчком, стоило хоть немного разомкнуть веки, а язык перестал слушаться окончательно. Тело окутало невыносимым жаром и через несколько минут, я провалилась в забытье. Где были мама и Сьюзи.
4 глава
Не помню, когда в последний раз я спала так крепко. Из забытья меня вернула, как ни странно, абсолютная тишина.
В городе такого не бывает. Просто, чудо какое-то!
Впрочем, я почти сразу вспомнила, где нахожусь и это вызвало улыбку. В комнате было холодно и едва уловимо пахло гарью, от прогоревших в камине поленьев. Толстое одеяло и торчащие из-за пазухи перчатки перекрывали большую часть обозрения, и пошевелившись, я поняла, что одежда, прилегающая к телу пропитана потом.
Я забарахталась, как черепаха, перевернутая на панцирь, чтобы дотянуться до молнии куртки и расстегнуть ее, но тут же брезгливо поморщилась, когда эта манипуляция увенчалась успехом.
 
К запаху канализации, добавился еще более резкий — от пота. От того, я не сразу поняла, что в голове прояснилось, а нос свободно дышал. Резко сев на кровати, я мысленно поблагодарила Хильду, за то, что помимо прочего, она сняла с меня грязные ботинки.
Прекрасное чувство, которое посещает любого человека, который хорошенько выспался, переполняло мое тело, несмотря на то, что на часах едва перевалило за шесть утра. А потому, с чистой совестью и невероятной благодарностью новой знакомой, я поднялась с постели, сделала глубокий вдох и опустилась на пол, оперевшись на руки.
Нелюбимый набор упражнений — отжимания на руках, планка, приседания и растяжка, вот уже, как десять лет, были моими верными спутниками, которые помогали худо-бедно держать форму. Замедленный метаболизм был моим бичом, а пристрастие к сладкому — проклятием.
По поводу последнего, я не могла не оценить вселенскую иронию, будто личная воплотившаяся сказка, ворвавшаяся в мою невеселую жизнь, наконец-то расставляла все по своим местам.
Я невероятно злилась на себя из-за бездарно потраченного накануне дня, а потому упражнения шли куда более резво, чем могло быть со столь неясной головой. Будь неладен этот «армагеддон»! Одышка появилась куда позже, чем я предполагала, лоб взмок и злополучный спортивный костюм, грозил оказаться на свалке, будучи буквально пропитанным едким запахом немытого тела.
Я поднялась с пола и выглянула в окно. Небо едва посветлело, а потому можно было выбраться на разведку. Вчера, краем глаза, я заметила на кухне довольно большой пластиковый таз. Может быть, удастся подогреть воды и навести чистоту, а потом, выстирать грязную одежду.
Как обычно, перед тем как прогуляться по малознакомой территории, я мысленно воспроизвела маршрут следования, чтобы не заплутать — цепкая память выручала меня не раз. Замерев на секунду перед дверью, я потянула ручку. Стиснув зубы, поняла, что та не была заперта.
Заходи, убивай!
Проклятье!
В темноте я кое-как спустилась вниз, где прислушалась к звукам — тишина. Лишь изредка подвывал ветер, напевая унылый мотив сквозняка. Еще несколько шагов по коридору внизу и я очутилась на кухне.
В столь ранний час особо не рассчитываешь с кем бы то ни было столкнуться, но надежды не оправдались. Толстые стены замка слишком хорошо скрадывали чью-либо бурную деятельность.
Там был всего один человек. Мужчина.
Мой мозг лихорадочно принялся сканировать возможно потенциального убийцу, который…
С упоением жарил оладьи на широкой чугунной сковороде.
Невысокий рост, редеющие седые волосы на голове, очки в толстой темной оправе, теплый свитер и темные брюки.
Рядом с незнакомцем на столе стояла подставка с роскошным набором ножей. Будто почувствовав, что он больше не один, мужчина обернулся и я разглядела в приглушенном свете щербатое лицо, выдающийся во всех смыслах нос и добрые глаза.
— Аааа… Лора! Я прав? Нам не удалось вчера познакомиться. Хильда, как раз тебя укладывала….ммм…, в постель, когда я приехал с работы. Как самочувствие? Меня зовут Брон. Бронель Гроссмахт.
Конечно!
Повар-муж-отец, о котором упоминали накануне.
— Завтрак будет готов минут через десять. Присаживайтесь!
Он отвернулся, чтобы поддеть подоспевшие пухлые оладьи и сложить их аппетитной стопочкой на тарелке.
— Простите, гер Гроссмахт, но я хотела умыться. Если честно, от меня несет, так что любой аппетит отобьет! — я криво улыбнулась, продолжая помимо воли размышлять о слабых сторонах этого человека.
 
Он немного сутулился и явно был слаб зрением, а значит, здесь открывается широкий спектр способов, начиная с подножки, и заканчивая резким выпадом ребра ладони, чтобы раскрошить линзы и окончательно лишить соперника зрения. Потом, быстрое движение к ножам, или длинному полотенцу, которое висело на плече Бронеля, и можно спокойно добивать, повалив его на пол. Жертва не издаст и звука.