И опять Пожарский. Тетралогия (СИ)

– На сколько же мы едим? – поразился этой щедростью Мишель.
– Пока мастера, которых вы будете сопровождать, не научатся тому, за чем их отправляют в Российскую империю.
– И когда мы отправляемся? – де Нойрей любил скитаться по стране, почему бы не побывать за её пределами.
– Где‑то через пару недель, не тяните с вашим отрядом, жалование за полгода вперёд для всех вас в двойном размере получите у месье Женю, он и будет руководить экспедицией, он сейчас за дверью и ждёт вас. Да, сколько бы вы там не пробыли, жалование будет идти в двойном размере.
Щедро. Тут идёт война, там, по словам Вилльруа мир и благодать. С учётом выплат жене получается тройное жалование, а то и больше. В чём же подвох? Вилльруа словно прочёл этот вопрос на лице Мишеля, и чуть скривившись, сказал.
– Капитан, для Франции очень важно, чтобы эти люди, которых вы будете сопровождать, добрались туда и вернулись во Францию живыми и здоровыми. Вы представляете себе, сколько стоит фарфоровая ваза? А сколько стоит сто ваз? И ещё. Говорят, что в недавней войне с Польшей эти русские захватили больше десятка городов без осадной артиллерии и вообще без осады, если вдруг, что узнаете, то мы найдём, чем вас отблагодарить.
Мишель хотел броситься сразу в полк после окончания разговора с месье Женю и получения денег, но вдруг ему пришла в голову шальная мысль. Его сослуживец, командир второй роты их полка, недавно рассказывал, что его отец сходил в Париже в банк "Взаимопомощь" и получил кредит на расширение маслобойни в русских золотых червонцах, за которыми сейчас все гоняются во Франции. Так он обменял их на сумму в экю, которая почти в полтора раза выше той, которую он взял в банке. И маслобойню новую построил, да ещё и деньги остались.
Вот капитан и решил, а что если зайти в этот банк и сказать, что он едет в Пурецкую волость, нет ли у них для него поручения, которое оплачивается в золотых червонцах. Не зря же они выдают кредиты в русской валюте. Чем чёрт не шутит.
В банке "Взаимопомощь" вежливый молодой человек выслушал предложение де Нойрея и попросил подождать, он сейчас переговорит с управляющим. Ещё через пять минут Мишель сидел на втором этаже банка в кабинете месье де Буше и пил "медовую с перцем" из хрустальной рюмки на тонкой ножке. У Клода, который сидел напротив и внимательно разглядывал капитана, была такая же рюмка, но он даже не пригубил её. И напрасно. Напиток был чудесный, а пить его из такой посуды, вообще божественно.
– Вы правы, месье капитан, у меня есть поручение для вас, и оно будет оплачено даже не золотыми червонцами, а вот этой монетой, – и управляющий достал из ящичка, спрятанного под крышкой стола золотую большущую монету с портретом русского императора в глаза которому были вставлены бесподобные синие сапфиры.
– Матерь Божья! Что это? – поперхнулся водкой Мишель.
– Это – сторублёвая монета Российской империи, – де Буше катнул её по столу в сторону капитана, продолжающего откашливаться.
– И кого мне нужно будет убить? – де Нойрей даже боялся поднять упавшую перед ним монету.
– Никого убивать не надо. И продавать душу дьяволу тоже. Просто вместе с теми людьми, которых вы будете сопровождать поедет ещё четыре семьи. Даже не так, две семьи и двое мужчин, они пока холосты, правда, с одним будет его мать и двое младших братьев.
– Эти люди государственные преступники? – капитан слышал об этой монете, говорят, что её можно продать и за двести рублей, сколько же это в ливрах или экю?
– Отнюдь, трое из четырёх мужчин это писатели. Может быть, вы слышали об Оноре д Юрфе, авторе пасторального романа "Астрея". Совсем ещё молодой человек, а какой талант, он и будет с матерью и двумя братьями. Кроме него будет Шарль Сорель автор нашумевшего "Пастуха сумасбродного" и поэт Дю Лоран, может хоть его бойкие стишки вы слышали?
– В армии, месье де Буше, не до книжек. Там кровь, пот и дерьмо! Хочется выжить и выспаться, на остальное времени нет, – Мишель допил "медовую" и вопросительно взглянул на бутылку с красивой этикеткой. С неё капитану подмигивала пчела.
 
Управляющий намёк понял и вновь наполнил рюмку де Нойрея.
– Четвёртым человеком будет Жак Лемерлье. Это архитектор, как и трое предыдущих он получил приглашение переехать на жительство в Пурецкую волость. Он тоже едет с семьёй. Мы как раз подыскивали сопровождения для этой компании. Вы очень удачно и вовремя зашли в банк, месье де Нойрей, – Клод выпил свою порцию "медовой" и отставил рюмку, – Эту монету вы получите от месье Оноре д Юрфе, после отплытия корабля. Точно такую же монету вам дадут здесь, когда вернётесь назад в Париж, благополучно доставив доверенных вам людей.
– Я сообщу об отправлении корабля через неделю, – встал капитан.
Мишель не видел проблем с сопровождением ещё нескольких человек, кроме доверенных ему мастеров и профессора. Какая разница сопровождать пятерых или пятнадцать. Удачно он зашёл. Де Нойрей не знал, что под видом матери Оноре д Юрфе Францию покинула жена профессора Пьера Эригона, а под видом братьев писателя двое их детей.
  
Событие восемьдесят восьмое
 
Федька Коровин был младшим в семье Вершиловского старосты, или как его именовали приезжие немцы "бургомистра". Он закончил четвёртый класс школы и, как и все четвероклассники, получил на лето задание. Только Федька это задание получил от самого князя Петра Дмитриевича. Федька понимал, что князь выделил его, не потому что он учится лучше всех или самый старательный. Нет, виной тому была фамилия. Он сын старосты, а значит, именно это задание ему будет выполнить легче остальных. "Озадачены" были все, Ванька Лукин, например, должен слепить из глины листья разных деревьев. Их потом обожгут, раскрасят и украсят коридор школы. Наверное, красиво будет, Ваньке ведь и отец поможет, да и старший брат Андрей.
А Федька решил своё задание выполнить без помощи отца. С отцом‑то куда проще, дал староста задание крестьянам, те и выполнят. А так Федьке придётся каждый двор обходить, всё лето уйдёт, но потом можно будет Петру Дмитриевичу с гордостью сказать, что выполнил он "задание" на лето. Поручил же князь Федьке найти в Вершилово или деревеньках поблизости курицу, которая несёт самые большие яйца и при этом ещё нужно, чтобы неслась она почти каждый день. Так‑то, курицы в основном через день несутся. Пётр Дмитриевич даже объяснил Федьке, зачем это нужно. От этой курицы потом получат цыплят, из них, когда они подрастут, опять выберут курицу, которая даёт самые большие яйца и несётся чаще остальных и так несколько раз, а потом этих цыплят будут всем хозяйкам по очереди раздавать, и можно будет держать курей меньше, а яиц получать больше. Сейчас ведь все дворы сдают яйца на фабрику Дуни Фоминых, а она из них делает вкуснейший соус "декартез", что потом разливают в горшочки и продают купцам заезжим. Федька любил хлеб намазать декартезом и слопать, запивая квасом. Вкуснятина.
Три недели обходил Коровин младший всех в Вершилово и соседних деревнях и измерял яйца прибором специальным, штангенциркуль называется. Каждая хозяйка, узнав, зачем это нужно, своих курей расхваливала, но прибор этот не обманешь. Сколько сантиметров получилось, столько Федька в тетрадь и записывал. Получилось, что у Анны Охлобыстиной и Варвары Онуфриевой самые большие яйца куры несут, целых пять с половиной сантиметров и у обеих несутся по четыре, а иногда даже и по пять раз в седмицу. Федька женщинам это сказал и передал им наказ князя, посадить этих курей цыплят высиживать.
 
Только на этом всё не закончилось. Где‑то через три или четыре дня после того, как Федька посчитал, что справился он с "заданием" на лето, поехали они с отцом в Нижний Новгород на рынок, купить отцу новые сапоги, да и Федьке заодно на осень обувку присмотреть. Сапоги они купили, а потом отец пошёл в ряды, где живностью торгуют, хотел взглянуть, нет ли кролей чисто белых, хотел он себе шапку из белого кроличьего меха на зиму сшить. Пока батянька ходил по ряду, где кролей продают, Федька по привычке обошёл тёток, торгующих курями и яйцами. Глаз у него был намётан и видел он, что яйца у всех меньше, чем он выбрал. И тут, вдруг, увидел тётку Матрёну Сомову с Вершилова, и она продавала яйца сантиметров по шесть, а то и больше.