Тамерлан. Вопреки всему (СИ)
– Только проснулась, – качнула головой и, увидев на лице Тамерлана удивление, добавила: – я хотела воспользоваться ванной комнатой, но не знала, что ты окажешься здесь. Прости.
В доказательство своих слов я робко пожала плечами и уже собиралась уйти прочь, как Тамерлан сказал:
– Иди сюда, Влада.
И я пошла, не задумываясь. Наверное, стоило сразу уйти, а не пялиться на чужого мужа, но… Трезвый разум и холодный просчёт не были моей сильной стороной, когда рядом оказывался любимый мужчина. Я просто шла к нему на подгибающихся ногах, с тяжелым дыханием и быстро бьющимся сердцем.
Он протянул мне раскрытую ладонь и я доверчиво положила на неё свою руку. Тамерлан нежно погладил мои пальцы, а затем провёл извилистую линию вверх от запястья до локтя.
– Я хочу… – вымолвила, осмелев. – К тебе. Можно?
– Ты знаешь, чем это закончится, меним шериним, – улыбнулся своей кривоватой улыбкой.
– Знаю, поэтому хочу.
– Раздевайся.
Я немного отстранилась от бортика ванной и принялась медленно снимать с себя одежду. Потянулась обеими руками за сарафан и, стащив его через голову, бросила на пол. За сарафаном последовали лифчик и трусики. Всё время, пока я раздевалась, Тамерлан не сводил с меня завороженного взора. В его красивых черных глазах с восточным разрезом светился блеск, на лбу выступала венка, а губы растягивались в улыбке. Ему нравилось моё тело, нравились округлые бёдра, стройный живот и полная грудь. Конечно же, как я могла не нравиться, ведь на фоне моей сестры я выглядела моделью и плюс моложе на целый десяток лет!
Кожа покрылась мурашками, дыхание сбилось, а внизу всё затянулось в плотный узел и немного позже запылало огнем. Возбуждение. Да, теперь я знала, что так бывает. Один лишь взгляд любимого мужчины способен взволновать, вызывая мучительно-сладкие спазмы внизу живота.
– Иди ко мне, – произнес с хриплыми нотками.
Я ухватилась за предложенную руку и, переступив через бортик ванной, стала медленно опускаться вниз. Тамерлан подвинулся к краю, освобождая пространство, и я, повернувшись к мужчине спиной, погрузилась в воду.
– Вкусная, – склонившись, шепнул на ухо. – Моя маленькая девочка…
Мужская рука легла на мой живот, погладила линию диафрагмы и спустилась к пупку. Я прижалась спиной к мощной груди Тамерлана, блаженно прикрывая глаза, а он, взяв с полки банную губку, принялся мыть мои плечи. Движения его рук были плавными, неторопливыми; этот мужчина знал, что делать, потому что я стала податливой, как мягкий воск. Я растаяла в его объятиях, превратившись в послушную девочку, его девочку!
Откинув мои волосы на одно плечо, мужчина погладил изгиб шеи рукой, а затем принялся прокладывать дорожку из поцелуев. Его горячие дыхание опалило кожу, а короткие волоски на подбородке приятно защекотали. Я задрожала, но совсем не от холода. Колючие мурашки побежали по спине и Тамерлан, заметив мое волнение, оплел обеими руками мои плечи.
– Ты дрожишь, меним шириним, – ласково произнес. – Я тебя не обижу. Не бойся.
– Я не боюсь.
– Тогда почему дрожишь? Не доверяешь?
Он склонился надо мной, потерся носом о мою щеку, а затем покрыл трепетными поцелуями скулу. Я резко обернулась и, сфокусировав взгляд на карих глазах, робко улыбнулась.
– Я доверяю. Только тебе.
Тамерлан улыбнулся. Погладил меня по голове и потянулся рукой к лицу.
– Я испорчу тебя. Ты понимаешь это, девочка?
– Понимаю, – кивнула. – Я никого не хочу, кроме тебя.
– Я старый для тебя, – ухмыльнулся.
– Взрослый, – качнула головой. – Но не старый.
– Влада, мне тридцать восемь.
– И что? – хмыкнула я. – Думаешь, меня испугает разница в возрасте?
– Восемнадцать лет. Это немало.
– Глупости.
Осмелев, я развернулась к Тамерлану лицом, устроившись сверху его ног. Обвила крепкую шею руками, погладила пальцами затылок.
– Ты, – шумный выдох. – Самый лучший. Другого мне не надо.
– И не будет, – утвердительно произнес Мамедов. – Если ты подаришь мне себя, то другого у тебя не будет. Никогда. Понимаешь?
– Да.
– Говоришь мне “да”?
– Тысячу раз “да”!
Тамерлан усмехнулся и, приблизившись к моим губам, начал целовать. Сперва касания его губ были нежными, неторопливыми, но вскоре мужчина жадно набросился на мой рот, терзая до помутнения рассудка.
20
Мы долго целовались, стискивая друг друга в объятиях. Сильные руки сжимали мою талию, скользили вверх-вниз, а затем опускались на ягодицы. Я прижималась с широкой груди Тамерлана, ерзая на его коленях все больше и больше. Кожу саднило от грубой щетины, губы распухли, но я не жаловалась. Мне всё нравилось! Нравилось, как крепкие руки окутывали мои плечи, ласкали спину, а жадный рот срывал с моих губ тихие стоны.
Прервав поцелуй, Тамерлан отстранился, и я огорчённо вздохнула. Опустила взгляд на его губы, а затем дотронулась до них указательным пальцем.
– Мне нравятся твои губы, – промолвила шёпотом.
Он прикусил мой палец, не больно сжав зубами, а после потянулся ладонью к моим волосам и заправил за ухо длинный локон.
– Какая же ты красивая, малыш, – произнес с хриплыми нотками в голосе.
Я улыбнулась на его признание и тихо вскрикнула, когда сильные руки подхватили меня под ягодицами.
– Держись крепче.
– Ты меня не уронишь? – удивленно захлопала ресницами.
Он же не собирался выходить из ванной, держа меня на руках?
– Не бойся, – качнул головой. – Ты легкая, как ребенок.
– Я – не ребенок, – ответила, обиженно поджав губы.
Он усмехнулся, но продолжать диалог не стал, а просто прижал моё тело к себе и переступил через бортик ванной. Зажмурившись, я прильнула к голому торсу, обвивая его ногами и руками. Он нес меня на руках до самой спальни и даже, когда мы оказались лежать на кровати, не выпустил из своих объятий. Устроил сверху себя, усадив в позе всадницы, и продолжил жадно целовать, сминая и покусывая губы.
Его руки опустились на полные полушария груди, ласково погладили, а затем остановились на твердых вершинках сосков. Меня будто прошибло током, когда вокруг одной вершинки сомкнулись его губы. Тамерлан втянул в себя сосок, поласкал его кончиком языка, а после повторил – со вторым полушарием груди.
В какой-то момент мужчина сделал крутой маневр, и мы поменялись местами. Теперь я лежала под ним, широко разведя бедра в стороны, сгибая ноги в коленях. Опершись на руки, согнутые в локтях, Тамерлан снова прильнул губами к груди, но вскоре решил поцеловать каждый сантиметр моего тела, как мне показалось. Он ласкал нежными, почти невесомыми поцелуями: шею, плечи, руки, живот. Очертил кончиком языка пупок и спустился вниз.
Я вцепилась за мощные плечи обеими руками:
– Стоп! Не надо.
Тамерлан, немного отдалившись, удивленно повел бровью, мол, что случилось.
– Сладкая моя, расслабься. Я ничего плохого не делаю, а лишь хочу доставить тебе удовольствие.
Я доверчиво кивнула и, отвернувшись в сторону, прикрыла глаза. Пусть не видит, как я смущаюсь, как краснею…
Он развел мои бедра в стороны, устроившись между ног. Обвел кончиком языка клитор, скользнул вверх-вниз, а затем принялся посасывать твердую горошину. Я заерзала, ощущая между ног разгорающийся пожар. Эти прикосновения кружили голову, опьяняли, и я даже не знала, что мое тело способно на “такие” ощущения, а он… Он всё знал, потому и гладил влажные складки пальцем, усиливая экстаз. Меня раскачивало на волнах эйфории и я, пытаясь сдержать стоны, поднесла ко рту руку, прикусывая кулак.
– Не сдерживай себя, малыш, – ласково произнес, перехватывая мою руку. – Я хочу слышать, как ты кричишь.
После этих слов я вспыхнула алым румянцем и, облизав пересохшие губы, ухватилась пальцами за прокаченные плечи Тамерлана.
Он довел меня до грани языком и пальцем, проник внутрь лона. Тело пронзило, будто разрядом тока, я взлетела до самой вершины и, не удержавшись, все-таки застонала. И пока с моих губ срывались громкие вздохи, он не переставал ласкать клитор и водить пальцем внутри дырочки.