Кай из рода красных драконов 3 (СИ)

— Эй! Эй!
К нам уже бежал Симар, размахивая огромным мечом, как дубиной:
— Кто такие? — орал он. — Откуда чужие в лагере?
Багай осип от хохота — да сколько ж можно за один день?
— Это мои братья — барсы! — Я вытянул руки, останавливая Симара.
— А откуда они здесь взялись? — наседал на меня амбал.
Раздался крик Айнура:
— Мечи в ножны!
Я оглянулся. К нам спешило с полдюжины воинов. И шагал сам Айнур, сонный и недовольный — только рискнул прикорнуть у огня.
Воины вполне доброжелательно окружили Темира и Истэчи. Ощупывали глазами, не понимая, откуда барсы взялись прямо посреди лагеря? А как же дозорные?
— Как просочились? — с места в карьер заорал Айнур. — У леса — часовые стоят!
— Да их там всего двое, — лениво улыбнулся Темир.— Да двое ещё на горе. Сонные такие — бери да вяжи. Разве ж охотнику такие помеха?
— Это мои братья из рода барса, — представился я парней. — Темир и Истэчи. Надёжные люди.
— Но как они объявились посреди лагеря? — нахмурился Айнур.
— Так ведь камни кругом и кусты, — развёл руками Истэчи. — Как тут удержишься, а? Там полежал, тут пополз! Хорошо!
— Я так понимаю, это — разведчики? — сообразил наконец Айнур. — А где основной отряд?
— Да тута мы все, — пробасил кто-то. — Тута.
И словно из-под земли рядом с Айнуром вырос здоровенный Майман. Пожалуй, он был нисколько не ниже Симара.
Айнур отшатнулся и схватился за меч.
Там рядом камешек, конечно, лежал, но совсем небольшой, с котёл. И вождь волков, казалось, и в самом деле явился из-под земли.
— О, Майман! — обрадовался я, уворачиваясь от медвежьих объятий главаря волков. — Да успокойся, — сказал я Айнуру. — Это известный шутник!
Раздался свист. А потом из кустов показался отряд волков и барсов — уж его-то часовые заметили.
Айнур увидел Ичина, идущего впереди своих. И только тогда признал Маймана. Верно, раньше им видеться не приходилось.
— Вот кого надо просить посты расставлять, — буркнул он вожаку волков. — Тебя!
— Это можно, — кивнул Майман и поприветствовал Айнура: — Хорошо тебе?
— Плохо! — махнул рукой тот. — Очень плохо! Я смотрю, у вас людей больше, чем у меня осталось!
Из леса появилось уже две дюжины воинов. Причём, самых отборных: возраст, одежда, оружие — всё на высоте. Опытные бойцы, закалённые, умелые.
Из молодых взяли только Истэчи. Выпросился, видать.
— Зато у тебя больше волков! — обрадовал его Майман, оглядывая наших зверей, лениво валяющихся на «лётной» площадке.
— Это старики, — признался Айнур. — Они потеряли своих хозяев. Не все смогут биться.
«О как», — подумал я, и отметил про себя этот феномен. Надо будет порасспросить о нём воинов.
— Зато все могут летать, — не согласился Майман. — А мои-то подрастеряли своих волков! И среди барсов теперь — половина пеших!
— Почему половина? — удивился я.
Я же помнил, кто из барсов потерял своего волка.
— Потому что к нам прибилось много охотников, — пояснил Ичин, подходя к нам. — Они хотят сражаться, но меча в руках не держали и летать не умеют.
Я с удивлением отметил, что Ичин выглядит гораздо бодрее, чем в момент нашего расставания. Похоже, лечение Шасти ему помогло.
— Так пусть Кай научит охотников тому же, чему учит своих недоростков! — Майман цепко осмотрел мальчишек с палками, вместо мечей. — Тут ведь такая штука, — сказал он задумчиво. У вайгальцев считай что и нет пеших воинов. Так, один-два отряда. Вслед за драконами и крылатыми волками чаще всего идут стражники. А разве они — воины? Тут и мальчишки будут помехой терию Вердену. А если ты обучишь драться охотников, что уже умеют держать нож…
— И лук, — подсказал Ичин.
Похоже, волки и барсы не собирались договариваться с Айнуром — будут ли они сражаться. Нет, они пришли поговорить, как они будут это делать!
И вот это Айнур, к его чести, понял практически сразу. У него снова было войско. Странное и непривычное. Плохо обученное.
Но Майман был прав — пешего охотника и не надо учить летать. Достаточно правильно смотивировать и обучить тем подлым приёмам, какие я показывал парням.
 
— Думаю, у терия Вердена сейчас заболело брюхо от дурных предчувствий! — весело крикнула Шасти.
Она вышла из леса и спешила к нам. А следом за ней шёл не один дедушка, а сразу трое!
 Глава 20 
 «Лапа» шаманов 
Появление Шасти и трёх бодрых дедков с берестяными корзинами за плечами произвело эффект разорвавшегося в костре патрона.
На лицах моих стражников, Йорда, Айнура и его воинов было написано что-то вроде: да что же творится в этом проклятом Тенгри лагере? Где посты? Где охрана?
Раздались крики, команды «сержантов»-дюжинных, пытающихся понять: что за люди припёрлись и кто их сюда пустил⁈
Дедушки были одеты не-по шамански, но по корзинам было понятно, где они прячут бубны, колотушки, хламиды с верёвочками по подолу и прочие шаманские причиндалы.
Понятно, что воины Айнура их не узнали. Не разбирались «городские» мужики в местных дедках. Не то, чтобы не видали раньше шаманов, но не считали нужным вникать.
А вот я, единожды углядев, что прячет дедушка Тин на дне своего короба, сразу сообразил, какие гости к нам пожаловали.
Барсы и волки тоже ни капельки не удивились.
Майман благожелательно разглядывал стариков и улыбался, словно кот, нагадивший в тапки. Похоже, узнал всех троих и наслаждался растерянностью Айнура.
Ичин так и вообще не отреагировал на удивлённые крики воинов. Шаман словно бы предвидел, кто явится в наш лагерь. Сначала он обнял и поприветствовал меня, и только потом не спеша повернулся к лесу.
Может, духи ему доложили про дедушек? А может, Ичин слишком хорошо знал местные нравы? Понимал, что окрестные шаманы обязательно придут сюда, увидев в небе битву волка и ящера!
— Надо бы усилить дозоры, — выдавил Айнур мрачно.
— Не поможет, — ехидно ухмыльнулся Майман. — Здесь всё иссечено оврагами. Да и зубов ящера хватает. Только младенец не сумеет пройти по такому лесу незаметно.
— Зубов ящера? — непонимающе нахмурился Айнур.
— По лесу разбросаны огромные камни, — пояснил я, думая о шаманах. Бывают же сходки шаманов, верно? — Местные называют их зубами ящера. Конечно, это просто ледник натащил сюда камни. А «зубы ящера» — просто красиво звучит.
— Ледник? — тут уже и Ичин уставился на меня растерянно.
Вот как раз «зубы ящера» его вообще не смутили, а ледник удивил, понимаешь? Мало местным воинам призраков и духов, ещё и в бытовое мракобесие верят?
— Ну не древний же ящер веками бьётся тут с волком и ломает об него зубы! — выпалил я и осёкся.
Воины Айнура, барсы, что пришли с Ичином, братишка Темир — все смотрели на меня как инквизиция на Джордано Бруно. А Истэчи так и вообще по-мальчишески раскрыл от удивления рот.
— Это ледник! — отрезал я. — Очень давно он спустил свой язык к реке. И вместе с ним спустились камни. А потом лёд растаял, а камни теперь так и лежат. Никакие это не зубы!
— А ты, оказывается, такие интересные истории можешь складывать! — восхитился Истэчи. — А кто он — Ледник? Это такой ледяной великан? А солнце кто сделал, знаешь?
Другие воины недоверчиво переглядывались, но и любопытства не скрывали. А мальчишки сломали строй и окружили меня, нетерпеливо заглядывая в рот: что там ещё у меня прячется?
Они и так слишком долго терпели, играли «в дисциплину». И ждали теперь ответов на вопросы: кто такой «ледник» и кто сделал солнце?
Вот это я влип.
— А ну, заниматься! — рассердился я на младших. И тут же сдался, увидев разочарование на физиономиях. — Вечером будут сказки. Если успеете сегодня выполнить всё, что мы запланировали. Пока — занимаемся. Я отойду ненадолго, Багай и Лойчен заменят меня!
Младшие заулыбались и бросились по своими местам. Обещание было дано, куда я теперь денусь? Теперь мне придётся рассказывать им что-нибудь у костра. Про солнце?