Красная Орхидея

Ленгтон пожал ему руку, и некоторое время они переговаривались, после чего шеф отрекомендовал Анну и Льюиса. Макдональд координировал работу бригад экспертов-криминалистов и регистрировал их находки, прежде чем они направлялись в лабораторию. Ему не терпелось устроить для Ленгтона экскурсию по месту преступления с комментарием полученных экспертами результатов. Хотя криминалисты, по его словам, и не готовы были в оговоренный срок покинуть владения Виккенгема, некоторые участки территории и строений были уже зачищены и «отписаны» — это означало, что полицейские могут перемещаться по ним без защитных костюмов. Три дня подряд Макдональд находился в поместье денно и нощно, а некоторые его подчиненные остановились в местной гостинице.
Они стояли в гостиной, и Макдональд дотошно перечислял, какие работы в данное время проводятся в криминалистической лаборатории:
— Как улику разобрали и увезли «рейнджровер» подозреваемого, а заодно и его «ягуар» — над ними сейчас корпят эксперты в Лондоне. — Далее он устало пробежался по перечню изъятых на данный момент вещественных доказательств: — Восемь пил разных размеров, две из них электрические; девять хирургических ножей; восемь скальпелей; один операционный стол; наручники; ножные оковы; различные цепи; резиновые костюмы; шесть черных пакетов для трупов армейского образца; две бутыли с морфием; шесть больших контейнеров с кислотой; два кислотных раствора; гинекологическое оборудование; U-образная…
Анна села. Перечень был бесконечным. Макдональд монотонно перечислял названия наркотических веществ — от кокаина до героина через амфетамин и две сотни таблеток экстези. Даже пошутил насчет изрядного запаса «Виагры».
Ленгтон был следующим, кто не удержался и тоже сел, когда Макдональд сообщил, что получены положительные результаты только от половины взятых образцов крови, и продолжил зачитывать свой список:
— Белые халаты, маски, белые резиновые сапоги — аж три пары! На двух парах на заднике и подошве обнаружены следы крови.
Для его людей, сказал он, это было пренеприятнейшее задание. Сгустки крови забили систему водостока от подвала до главной канализационной трубы, поэтому ребятам пришлось шлепать прямо по фекалиям и кровяным сгусткам.
Льюис пристроился на подлокотнике того каминного кресла с «ушками», в котором Чарльз Виккенгем, бывало, сиживал с сигарой.
На одном из подлокотников дивана было пятно крови — сюда упал стороживший Виккенгема офицер Эд Харрис. Полицейского ударили тяжелым серебряным подсвечником. Край его основания оставил глубокую рану с правой стороны черепа, и парню пришлось накладывать восемь швов. Впрочем, горе-охранника уже выписали из больницы. Когда его допрашивали, что в точности произошло, он едва мог припомнить, как на него напали. Якобы Виккенгем попросил воды, а когда Харрис повернулся взять кувшин, его ударили и он потерял сознание. Харрис уверял, что отвернулся от Виккенгема буквально на несколько секунд. На сколько — было уже не важно: он невольно позволил убийце выйти и исчезнуть.
Макдональд между тем продолжал перечислять предметы гардероба, которые были увезены в лабораторию для анализа на соответствие волокон: ботинки, тапочки, свитеры, костюмы, одежда и обувь для верховой езды. Каждый предмет был тщательно осмотрен и зарегистрирован на тот случай, если будет использоваться как доказательство в суде.
В завершение Макдональд перевернул последнюю страницу и постучал ручкой по планшету:
— Итак, я полагаю, у вас теперь достаточно материала, чтобы засадить вашего клиента на очень долгий срок. Нам же еще не одну неделю трудиться в лаборатории. Возможно, тогда вам надо было его брать.
Криминалист посмотрел на часы, затем отступил к очагу. Широким движением руки он обвел кирпичную облицовку и массивную деревянную плиту, служившую каминной доской:
— Оперативникам пришлось изрядно потрудиться. У нас имелись, как вы знаете, планы особняка, амбара, конюшен, разных хозяйственных построек и коттеджа. Ребята проверили два упомянутых в списках тайника и нашли третий — за обшивкой в столовой. Исключительная находка, очень занятная с исторической точки зрения. Некоторые знатные семейства хранили множество секретов. Если бы их поймали на том, что в их домах священники совершают богослужение, они были бы повешены или четвертованы за измену, не говоря уж о потере родовой собственности. Эти потайные места очень тщательно замаскировывались, и это весьма интригующий момент!
 
Впервые с той минуты, как они приехали, Макдональд воодушевился. Обнаружение сверхтайных убежищ вызывало глубочайший интерес — их не помешало бы обследовать местному историческому обществу.
— Вы полагаете, Виккенгем мог укрыться в одной из таких камер? — спросил Ленгтон.
— Честно говоря, мы тоже об этом подумали, но в этой части дома таких тайников нет. Это крыло является частью пристройки, сооруженной на пару веков позднее, нежели первоначальное здание. — Макдональд в который раз глянул на часы и предложил спуститься следом за ним в подвал. — Только чтобы пролить свет на то, что вытворяло там это гнусное чудовище!
Они вышли из гостиной в коридор, миновали доспехи. Льюис приподнял забрало и хмыкнул:
— Обычная проверка!
Клацнув, забрало опустилось на место.
— Фальшивка, — презрительно фыркнул Макдональд.
Они прошли в прачечную. Все машины были вынесены из комнатки и составлены снаружи. Перегородка оказалась открыта, и, когда они двинулись вниз по лестнице, Макдональд отметил качество звукоизоляции потайной камеры:
— Мы прикинули, эти стены где-то в полтора фута толщиной плюс деревянная обшивка на два дюйма поверх толстого цементного слоя.
Разобранный подвал пах дезинфекцией. Одни каменные плиты были сняты, другие просто сдвинуты. Кругом виднелись пустые крюки, на которых прежде висели всевозможные хирургические причиндалы.
— Тут внизу он и занимался своим грязным делом. Даже снимал себя при этом: тут находились очень качественная фотокамера и видеооборудование. У нас буквально сот ни его видеозаписей. Крепкие нервы нужны, чтобы смотреть эту пакость.
Им показали разобранную раковину и водосток, и Макдональд описал, как бригада экспертов прочищала трубы:
— Бедняги часами работали в масках. Сюда, судя по всему, он и сливал кровь из тела жертвы. Теперь, по результатам тестов на ДНК, мы знаем, что большей частью это была кровь Луизы Пеннел.
Макдональд приподнял решетку, чтобы показать им вентиляционное отверстие. Детективы внимали ему молча — им казалось, будто они провели здесь целую вечность. Вернувшись обратно в коридор, Анна взглянула на часы. Посещение подвала заняло всего двадцать минут, но его сопровождал столь отвратительный по содержанию монолог эксперта, что все они мечтали поскорее выбраться на свежий воздух.
Еще некоторое время Макдональд на пару с Ленгтоном просматривали свои списки, а Анна с Льюисом в ожидании топтались перед домом. Она подняла взгляд к фронтонам и зарешеченным окнам и отступила с дорожки назад, на траву. Омерзительная сущность всего, что проделывалось в этом изящном, величественном здании тюдоровской эпохи, заставила Анну содрогнуться.
Льюис стоял на ступеньке, разглядывая клумбы и аккуратно подстриженные лужайки, ухоженные живые изгороди и статуи:
— Как, черт возьми, он это сделал? В смысле, все поместье наводнено оперативниками, криминалистами, и этот гад спокойненько себе выходит и, как нефиг делать, смывается? Как они могли его не заметить?
— Ну, судя по тому, как тут все разворачивалось, — кто знает, может, он разжился белым бумажным комбинезоном, накинул капюшон — и вот он уже как свой!
— Да, я тоже об этом подумал. Большую коробку с одноразовыми комбезами оставили-то у парадной двери.
Ленгтон наконец присоединился к ним, и они отправились к амбару и конюшням в сопровождении Макдональда, который разразился очередным долгим монологом о том, что было оттуда изъято. Канализационные трубы были раскопаны и на отдельных участках открывались взорам. И ведь сколько еще труда потребуется, чтобы вернуть все в первоначальное состояние!