Харрис (СИ)
— А затем, — спустя пару минут, продолжил он. — Отец уговорил меня лечь. И в ту ночь я уснул. Я проспал лишь пару-тройку часов, но этого хватило. Когда я проснулся, отец уже умер, — лицо Харриса слегка исказилось, теперь в нем отражался гнев. Пускай и не столь отчетливый, но вполне заметный. — Возможно, — начал он и замер, облокотившись лбом о руку. — Возможно я бы…
— Нет, — неожиданно выпалила Бель. — Не успел бы.
Харрис поднял глаза, которые еле заметно намокли.
— Не ты один можешь понять, о чем человек думает, — Бель выглядела самодовольно, но в тоже время, абсолютно серьезной. — Но речь не об этом. Не думай о том, что мог бы успеть создать новое заклинание за это время. Не успел бы. Да, — голос Бель звучал звонко, как тогда, когда Харрис закрыл уши, однако в этот раз он сидел неподвижно. — Я девушка из трущоб, которая с трудом научилась читать и писать. Девушка, которая совершенно не разбирается в магии. Однако я уверена, что ты бы не успел, — ее вид стал более мягким. — Но также, — снова начала она, куда более спокойным голосом, который казалось бы обволакивал слова мягкой пеленой. — Также я уверена, что ты поступил правильно. Ты выполнил последнее желание твоего отца. Он хотел, чтобы ты был здоров и счастлив. Даже не зная его, я уверена в этом. В конце концов, каждый родитель хочет это для своего ребенка, пусть даже не родного, — она глубоко вздохнула. — Поэтому даже не смей думать о том, чтобы произошло, если бы ты не заснул.
Слова Бель пролетели одну остановку в голове Харриса за другой, наконец, достигнув пункта назначения. Не прошло и доли секунды, как прямо у него перед глазами всплыли кривые буквы из дневника отца: «Он изводит себя. Не спит ночами. Еще немного и он постепенно начнет терять собственное себя. Мне совершенно этого не хочется».
— Думаю, ты права, — тихо сказал он. — Но все же, если бы отец продержался подольше, возможно я бы стал обладать достаточным количеством магии, чтобы излечить его.
— О чем ты?
— После того как пришла бессонница, я начал замечать в своем организме странную тенденцию, — он взглянул на свою ладонь, кожа на которой была обтянута по форме костей. — Моя магия начала увеличиваться.
— Я не маг, — начала Бель. — Но даже я слышала, что размер магии определяется с рождением.
— В этом и странность.
Вода, в стоявшей на плите кастрюле закипела. Харрис взял доску с нашинкованными на ней ингредиентами и скинул их в кастрюлю, после чего посолил, добавил каких-то специй и закрыл крышкой.
— Я без понятия, с чем это связано, — снова начала он, осторожно садясь на стул напротив Бель. — Даже отец не зна…
Неожиданно в глазах Харриса что-то блеснуло. Он вскочил и быстрым шагом направился в главный зал, после чего рванул наверх. Бель, не понимая, что происходит, побежала за ним.
На ходу разувшись, Харрис забежал в комнату и начал быстро просматривать все книги в шкафах. Рыская по одной полке, потом по следующей. С каждой просмотренной полкой, в его лице что-то менялось. На нем появлялось нескрываемое волнение, которое все нарастало.
Обрыскав все шкафы, Харрис выбежал обратно в коридор и начал просматривать карманы своего плаща, что-то в них разыскивая. Наконец, судя по всему, не найдя того, чего искал, он снова вернулся в комнату и начал осматривать стол.
Осматривать особо было нечего, поэтому он быстро с этим закончил. Следующим на очереди было кресло и шкаф под ним. Вытащив его полностью, он перерыл все, после чего сел, повесив руки на колени, и опустил голову.
— Что ты искал? — спросила Бель, проходя в комнату. Только теперь она вспомнила, что так и не обулась, да даже и не переоделась. От чего ей было слегка прохладно.
— Дневник отца, — Харрис поднял голову, и Бель заметила, что в его глазах пропала та искра, которая появилась пару минут назад. — Кажется, я его потерял.
Он встал и, взяв ящик, задвинул его обратно под кресло, после чего сел в него само.
— Зачем он тебе был нужен? — спросила Бель. — Помимо очевидного, что это вещь покойного родственника.
Харрис поднял глаза.
— Причина бессонницы, — коротко ответил он.
— Дневник?
— Да нет же! Не дневник. А то, что в нем написано.
— Ты имеешь в виду, что в дневнике могла быть причина твоей бессонницы? Но разве ты его не читал?
— После твоего монолога о счастье, которого желал для меня отец и тому подобное… — Харрис замолчал и слегка усмехнулся. — Ты будто персонаж книги, — сказал он, посмотрев на Бель. — Благородный рыцарь, спасающий принцессу и несущий справедливость и верные суждения, — снова усмехнувшись, он откинулся на спинку. — Ладно, сейчас не об этом. Дневник я читал и помню вкратце, что там было написано. Однако твой монолог заставил меня задуматься об отце. Я сразу же вспомнил одну вещь. Каждый раз, когда я спрашивал его о том, что по его мнению может быть причины бессонницы, он выдвигал новый вариант, ни разу не повторился. Во всяком случае, мне так кажется. Поэтому мне кажется, что он что-то знал, просто не хотел говорить. В дневнике же не хватало нескольких страниц, возможно на них и была написана причина, — Харрис замолчал и просидел так несколько минут, после чего, прокрутив в голове, все, что сказал, вяло улыбнулся. — Да нет, — снова начал он. — Бред какой-то, — он встал и направился к двери. — Прости, что тебе пришлось это выслушивать, — бросил он через плечо.
— Ничего, — спокойно сказала Бель. — В любом случае, я думаю, в твоих словах есть доля смысла, — она подошла к столу и взяла в руки стоящую на краю фотографию в черно-желтом цвете, вставленную в дубовую рамку. Такие фотографии стоили очень дорого и едва ли обычные люди могли позволить себе одну такую.
На фотографии был изображен Харрис, а рядом с ним сидел мужчина, явно намного старше его. На мужчине была шляпа, похожая на ту, что носил сам Харрис, а также комбинезон, цвет которого, естественно, точно было не определить, а под ним футболка.
Неожиданно из памяти Бель всплыло чье-то лицо. Чье-то до боли знакомое. Лишь через пару секунд она поняла, что человек на фотографии тот самый мужчина из ее воспоминаний, только на много лет старше.
Она повернулась к двери, и, показывая фотографию, ткнула в старика.
— Харрис, это твой отец?
Глава 6
Солнце начинало понемногу освещать комнату, лучик, за лучиком проникая в окно.
— Ты точно не ошибаешься? — спросил Харрис, сидя на кровати и смотря на Бель, повалившуюся на кресло. — Ты уверена, что это был Лендер?
— Я по-твоему совсем дура что ли? — слегка недовольно, вопросом на вопрос, ответила Бель. — Да я уверена, что это был он. Как только я увидела фотографию, я сразу же вспомнила его лицо.
— А почему до этого не помнила?
— Откуда я должна это знать? — воскликнула Бель. — До этого момента, все эти воспоминания, они… Они как будто бы блокировались моим сознанием.
Харрис вздохнул и, закинув ноги, вытянулся на кровати. Неожиданный перевод темы на вопрос Бель заставил его забыть о дневнике.
— Значит, можно сказать, что фотография была ключом к твоим воспоминаниям, — проговорил он, глядя в потолок. — Люди часто забывают то, что было с ними в трехлетнем возрасте. Однако порой достаточно лишь увидеть валун, который был на этом же месте пятнадцать лет назад, и воспоминания всплывут как миленькие.
— Значит, ты веришь мне?
— Что за идиотский вопрос? Причин не верить, у меня банально нет. В конце концов, какой смысл тебе врать. Лендер не был богатым, наследия у него тоже особого нет. Простой торговец алкоголем. Таких как он в округе пруд пруди, того и гляди захлебнешься, — Харрис глянул на Бель. — А теперь будь добра, верни фотографию туда, где она стояла.
Вид его был слегка озабоченный. Пускай и был не из робких, однако Харрис все же боялся, что девушка того и гляди случайно уничтожит фотографию. Как это случайно могло произойти? Он не знал. Но все равно хотел, чтобы рамка вместе с содержимым поскорее вернулась на место. В конце концов, ему не хотелось терять последнее и единственное изображение отца, пускай он этого особо и не показывал.