Клятва дракона, или Непокорная невеста (СИ)

Кряхтя от восторга, он повалил меня на землю и принялся лизать мое лицо, продолжая обдавать волнами счастья.  
— Прекрати! Фу! Что ты делаешь! Раздавишь! 
Смеясь и уворачиваясь, я выкарабкалась и обняла мишку за шею. 
— Камешек! Ты же мой хороший! Как я по тебе соскучилась! Я так волновалась! 
«Та-ла-рия! Та-ла-рия! Я так переживал за тебя! Не пропадай больше!” — прозвучало в голове.   
Слова как будто выговаривал ребенок, впервые научившийся читать. И связь, она тут же возникла между нами заново, но это уже не был поводок, это было что-то совершенно иное. 
— Теперь он твой фамильяр, доченька. Он сам выбрал такую долю, и это большая удача.  
— С-спасибо! — Мой голос дрогнул от радости.  
— Ты сможешь брать его с собой куда угодно, просто протяни руку — вот так, и он снова станет камнем. Клади его в карман или в сумку. Или вставь в оправу и носи как кулон на шее, а чтобы вернуть ему медвежий облик, просто брось на землю. 
— Удобно! — заметила Ана, которая слушала нас с любопытством. 
— И мне его не придется тащить в Седые Пики, — обрадовался Ёрни. — Что? Я ведь вечно тяжести таскаю! — добавил он, когда мы все на него недоуменно уставились. 
Я подвела медведя к Миррэ. 
— Камешек, это моя сестра. Она очень хотела с тобой познакомиться. Ты побудешь с ней здесь? С ней и с мамой? 
«Конечно! Как скажешь, Талария!» — снова заговорил со мной мысленно мишка. — «Я могу ее покатать. Дети такое, кажется, любят», — неожиданно предложил он. 
И я рассмеялась. 
— Что? Он что-то тебе сказал про меня? — уставилась на меня сестренка.  
— Ага. Назвал тебя ребенком и пообещал покатать на спине. 
— Уииии! — подтверждая правоту медведя о том, что она еще сущий ребенок, Миррэ запрыгала на месте. 
Миррэ забралась Камешку на спину, и он потрусил вдоль озера, а ко мне подошел отец. 
— Талария, я рад, что вы с сестрой нашли общий язык. Я и не надеялся, если честно... 
— Она хорошая девочка, а мне всегда хотелось иметь сестренку.  
Я грустно улыбнулась. 
— И ты тоже. Ты тоже очень хорошая девочка, дочь. Я бы хотел… 
 Я снова не стала его слушать, только быстро обняла, выпустив прежде, чем он опомнился и обнял в ответ. И побежала к драконам, которые уже ждали в стороне, готовясь к вылету. Каждый, рядом со своей истинной. Картинка была такая, что я залюбовалась. 
 — Я готова, — сообщила Рену с невольной улыбкой. 
Почему-то меня распирало от счастья. 
— Полетишь у меня на спине. Только ничего не бойся, наша связь не позволит тебе упасть или замерзнуть. 
— Поняла.  
Рен подхватил меня на руки, и вдруг я взмыла вверх, оказавшись на шее огромного ящера с серебристой чешуей. Рядом на туманно-сером драконе восседала Элина, а чуть дальше на настоящем гиганте, точно выплавленном из металла — рыжеволосая Ана, взирая на всех с высоты. 
— До свидания! Пока! — замахали мы руками тем, кто остался внизу. 
Кроны деревьев расступились, выпуская нас в небо, и я задохнулась от увиденного. Куда ни глянь, тысячи драконов самого разного вида парили низко над кронами, нарезая круги. Они и правда будто что-то искали, но стоило нам показаться, как  все замерли прямо в воздухе, перестав махать крыльями.  
У меня екнуло сердце. 
Но вместо того, чтобы сменить ипостась и рухнуть вниз, все как один, они направились к нам, и вскоре из-за драконов стало не видно крон деревьев внизу.  
Постепенно восстановился порядок, ящеры выстроились в отряды и синхронно замахали крыльями. Ренгольд издал торжествующий рев, остальные тут же откликнулись, оглушив всю округу, и мы полетели к видневшимся далеко впереди Седым Пикам. 
  
Эпилог
 
Первую половину полета я захлебывалась от восторга. Глядела на драконов, на светящихся счастьем девочке, которые летели рядом чуть поодаль. Потом наслаждалась видом зеленого моря внизу и неприступными и такими манящими горами со снежными вершинами. А когда эти горы выросли пред нами, мне вдруг стало страшно. 
Очень скоро Рен меня представит, и все узнают, что я из Блэкроков. Из тех, кого они винили в появлении Напасти несколько веков. 
 
Впереди прямо в одной из каменных стен был пробит круглый туннель, достаточно широкий, чтобы в нем могли лететь несколько драконов рядом. Преодолев его мы опустились на широкий каменный карниз. Миг свободного падения, и я очутилась у Рена на руках. 
— Что с тобой, Лира? Ты дрожишь. Замерзла? — спросил Рен, накидывая мне на плечи плащ подбитый мехом, который тут же подал молчаливый слуга и, поклонившись, отступил в тень. 
— Не замерзла. Боюсь, — ответила честно. 
— Высоты? — огорчился серебряный. 
— Обвинений твоего народа… — прошептала я едва слышно. 
— Тебя не винят, тебя прославляют, Талария. Благодаря тебе и нашей связи они снова смогли взлететь в небо. 
Ренгольд подвел меня к краю карниза, и я увидела целое море людей. Они уже заняли обширную площадь с красивой статуей дракона по центру, выполненной в натуральную величину. А по периметру продолжали приземляться драконы, соблюдая строгий порядок. Гигантские ящеры опускались на специальные площадки, вроде той, где мы стояли, и, приняв человеческий облик, спускались вниз по лестницам. 
Увидев нас они закричали и принялись аплодировать. Рен приобнял меня за плечи и помахал подданным. 
— Помаши им, этали, — попросил он. 
И я робко подняла ладошку. 
— Здравствуйте! — сказала негромко, не надеясь что меня услышат на таком расстоянии. 
И тут все драконы — мужчины и женщины подняли перед собой скрещенные руки ладонями вниз и коснулись их лбами. 
— Что они делают? 
— Демонстрируют древнее приветствие — «крылья». Это жест признания. 
Мы вшестером синхронно ответили драконам тем же, а затем Рен развернулся, и мы направились к двери, которая находилась на другом конце площадки. 
— Ты ничего им не скажешь? — поинтересовалась я на ходу. 
— Кое-что уже сказал, еще в полете. Остальное скажу после свадьбы. Когда ты желаешь стать моей женой? — спросил этот царственный наглец. 
— Грубиян! Кто тебя учил так делать предложение? — игриво возмутилась я. 
— Я их раньше не делал и учиться уже не собираюсь, — смеясь, ответил Рен и, притянув меня к себе, сладко поцеловал. 
Мимо прошел слуга. За ним побратимы со своими этали, а мы все не разрывали поцелуй, уносящий в небо не хуже драконьих крыльев… 
Свадьбу назначили через месяц, решив, что гостям нужно будет подготовиться заранее. Да и нам тоже предстояло многое сделать. Побратимы решили жениться после нас. Обоим еще предстояло знакомство с родителями. 
Но без праздника мы не остались. Была у драконов одна интересная традиция, которая называлась «Обретение истинной». Это что-то вроде помолвки и родственным посиделок в одном фиале. 
Обретение истинной отмечали в узком семейном кругу, приглашая только самых близких. И, нет-нет! Всеобщее ликование, волшебные фейерверки едва ли не каждый день в течение недели после нашего прибытия и толпы прославляющие владыку на улицах в это понятие не вписывались. Народ отмечал наш праздник отдельно, а мы сами по себе. Трижды. По одному разу на каждого из побратимов. 
Сначала в Снежном Оплоте. Замок-дворец, где предстояло жить нам с Реном, поразил меня суровым великолепием. Менять здесь мне ничего не хотелось, никогда не была хорошей хозяйкой. Тем более, что в первый же день я познакомилась с эшшери Холлвард, мамой Ренгольда. Прекрасная женщина с белыми как снег волосами оказалась не драконицей, а магом, и приняла меня как родную. Дочерей у нее не было, а Рен был единственным сыном. Жила она отдельно в своем поместье в городе, но строго следила за уютом в жилище правителя. Мы сразу условились, что пусть все идет своим чередом, но если мне захочется установить свои порядки, она вовсе не против. А потом она смутила меня вопросом, когда мы порадуем ее внуками?