Выпуской бал, или "Вашу руку, мадемуазель!" (СИ)

На маэстро Ильвена снизошло вдохновение, он фонтанировал идеями. Гиацинт пока не думал, как будет через два дня разучивать эти хитросплетения с каждой барышней, его интересовала та партнерша, что была рядом, но… не совсем рядом. За прозрачной стенкой.
Многоножка рассуждал вслух, его ученики и мадам Эльбина мгновенно воплощали мысли маэстро в жизнь. Очень удобно, что вместо одной пары в пустом классе, хореограф видел сверкающий бальный зал, полный народу, десятки пар, роскошные костюмы, слышал музыку и восторженный шепот зрителей.
— Так, после парадного выхода, получится две колонны, без пар. У меня пока нет желания устраивать "кадриль" со сменой партнерш, тогда пусть мадемуазели подойдут к партнерам красивым, самостоятельным подходом. Или пары могут встретиться на середине. Бал в честь Равноденствия, значит на середине! Симметрия наш конек!
И уже пары пройдут дальше, рассыпавшись зигзагом, чтобы вальсировать по малому кругу, почти на одном месте, но в ритме паваны! Всего четыре круга. Потом мужчины встанут на одно колено… но партнерши не должны банально ходить вокруг, это разбивает общую картину на мелкие группки. Пусть кавалеры хлопают в ладоши — испанский оттенок первого танца — славная дань уважения роду принцесс по материнской линии…
Партнерши в это время все сойдутся, пройдя в общем круге по часовой стрелке. Это должно символизировать ход солнца. Черт возьми, но тогда для танца Равноденствия достаточно двенадцати пар! А ритм хлопков, это же тиканье часов! Секунды! Отлично, картина складывается, первая половина танца есть!
11
Дальше снова начался "поиск картинки". Для вдохновения Многоножке требовалось видеть движение пары. Хоть какое-то. Тогда он сразу понимал, что нужно менять.
— Двигайтесь! Как угодно, только вдоль зала! — маэстро созерцал их, как художник выбирает пейзаж, который будет рисовать. По живописной аналогии, сейчас он прикидывал, как поставить мольберт по отношению к солнцу.
Не долго думая, пара дважды повторила привычные "лодочки", потом прошла четыре "восьмерки", спина к спине — Гиацинт назвал партнерше эту фигуру, чтобы не дотрагиваться до нее, и так они не встречались взглядами. Поскольку в танце должен вести он, граф следом назвал "окошки", когда они снова шли рядом, держась за руки кончиками пальцев, но раскланивались поживее.
"Дьявол, что же придумать, чтобы увидеть ее взгляд? — лихорадочно соображал Гиацинт. — Тоже мне, скромница! Можно подумать, меня здесь вовсе нет! Или ее самой… Без лишних глаз устроить-то проще простого! Поставить тебе подножку и подхватить вовремя! Сразу посмотришь! И ещё КАК посмотрит!!" — (он затаенно хмыкнул).
Нарочно спотыкались, чтоб лишний раз повиснуть на руках у партнера многие девицы. Но сам Гиацинт, зная много ловушек в танцах, ими не пользовался. Без надобности! Он и так получал от барышень больше знаков внимания, чем хотел. Пару секунд он искоса поглядывал на Виолетту, но грубая хитрость с таким воздушным созданием казалась неуместной. К тому же сквозь ее улыбку проглядывала строгость, граф вовсе не хотел, чтобы ее первый взгляд был холодным и укоризненным. Хотя взгляд без маски дорогого стоит! От неожиданности она точно не успеет притвориться, но… не сейчас. Ещё будет случай.
Они по очереди сделали пару поворотов вокруг оси, напоминающих игру в "ручеек", потом, сойдясь близко, Виола кружилась перед ним. Отпустив ее, чтобы могла сделать ещё один свободный поворот, граф держал руки кольцом вокруг ее талии, будто обнимал на расстоянии. Виола кружилась в этом кольце.
— Стоп! Вот это неплохо, господа! — одобрил маэстро Ильвен. — Это оставим! Граф, а теперь поднимите мадемуазель на "мостик", как вы умеете! Мадемуазель, не бойтесь, он вас не уронит!
— Я не смогу, — хмуро отказался Гиацинт.
— Раньше вам удавалось, граф! Мадемуазель весьма изящна и…
— Когда партнерша мне не доверяет, это невозможно. Я ее не удержу, — спокойно пояснил ученик.
 
— Так просто подними!
— Просто — неинтересно! — по-мальчишески фыркнул граф. — Так любой может!
— Это ваша забота, граф, убедить мадемуазель в надежности ваших рук! Попробуйте что-нибудь простое, мы с мадам пока подумаем насчет музыки…
Пользуясь тем, что их предоставили самим себе, Гиацинт доверительно шепнул партнерше:
— Не сердитесь, пожалуйста, это не каприз. В цирке партнеры никогда не делают смертельный номер, если поругались. Несчастный случай гарантирован! В театре легче обмануть, но парный номер — серьезный риск. Даже совсем простой трюк.
— Но мы не ссорились! — удивлено подняла одну бровь Виола.
— Но мы и не друзья! С чего вам доверять мне? Думаете, не видно, насколько вы меня боитесь?
Он нарочно не сказал более светское: "вам неприятно мое общество" или "вы холодны со мной". Надеялся возмутить ее и всё-таки получить взгляд. Но девчонка только слегка вздохнула и самым ровным голосом ответила:
— Я не боюсь. Но не умею делать "мостик" в воздухе.
— Для начала попробуем так… пожалуйста, встаньте здесь, боком ко мне. — (Он положил правую ладонь ей на спину, ниже лопаток). — Представьте, что это спинка кресла, которая откидывается. Держитесь прямо и медленно падайте, не сгибая ног, я вас поймаю.
Она послушно прислонилась к его руке и продолжала падать. Когда наклон стал достаточным, другой рукой, он подхватил девушку под колени и поднял на вытянутых руках перед собой. Она лежала на его ладонях, легкая и прямая, как тростинка.
— Отлично! Держите спину и ноги! Медленно протяните руки за голову, чтобы стать длиннее. Не бойтесь, я держу! — (она чуть покачнулась, но Гиацинт держал баланс). — Теперь согните одну ногу в колене и чуть-чуть прогнитесь в спине. Нормально! Примерно так. Осторожно, я вас опускаю… — Он поставил ее вертикально. Новенькая удачно коснулась ступнями пола, совсем не споткнулась. Во время опыта она вполне естественно балетно тянула носочки и держала кисти рук в изящном размахе.
— Браво, — коротко оценил Гиацинт. — Попробуем то, что хотел маэстро?
12
— А вам не тяжело? — по-прежнему не глядя на него, с самым серьезным видом спросила Виолетта. О, неужели? Начала беспокоиться о партнере! Без его-то помощи, не взлетишь! Понравилось?
— Вы легкая, — мягко усмехнулся он. — Не волнуйтесь, не уроню… Если не дёрнетесь.
— Не буду, — пообещала она. — Что делать?
— Это обычно в танце, когда мы кружимся… — он слегка нахмурился, думая, как объяснить. Вот же! Раньше хватал, без разговоров, когда в голову взбредет, стоило только переглянуться… всегда получалось! — Такой фронтальный поворот, как в танго… Наши правые руки накрест за спинами… Потом я отпускаю вас на длину руки, а в следующем повороте поднимаю… Когда дотронусь ладонью, смело прогнитесь и я вас подхвачу… Можете согнуть одну ногу в колене. Только если сразу не вспомнили, не двигайтесь, можно упасть. Готовы?
Она задумчиво пожала плечами, что означало: "Можно попробовать". Гиацинт нервничал больше партнерши, но трюк действительно привычный, любимый публикой. Принцессы, наверное, по нему соскучились… В крайнем случае, если быстро присесть, дальше его колен, она не свалится. Или придется хватать как получится, только бы шею не сломала!
Маэстро издали увидел, что они готовы, дал знак жене, и зазвучала музыка в нужном ритме. Это помогло рассчитать движения.
После парного поворота, граф остановился, Виолетта по инерции описала ещё круг и, плавно откинулась на его согнутую руку. Гиацинт толкнул ее вверх и поднял над головой, придерживая второй рукой под коленями. Мысленно ужаснулся, что не предупредил: юбка в танце должна развеваться, он дотронется до нее только сквозь чулочки, как бы не дернулась! Но Виолетта не шевелилась, и уже кружилась по воздуху в его руках. Плавно замедлив вращение, партнер неуловимо поставил ее на паркет. Не мог прижать к себе, как обычно, радуясь удаче и помогая восстановить равновесие, поэтому осторожно придержал за плечи, делая ещё полуоборот, чтобы она уверено встала на ноги.