Дайте шанс! Том 5 (СИ)

Вот ведь изначально не хотел ввязываться в глупые игры с разговорами, как в дешевых боевиках. И все равно попался.
Хорошо. Я дам вам шанс. 
Мы поиграем.
Отойдя к исчезнувшей двери, я стал создавать в центре комнаты иллюзию самого себя с пистолетом в руке.
— Ты убьешь себя. А после Егор вытащит из себя Свет и станет обычным. В таком виде я позволю ему остаться, — произнесла моя иллюзия.
— Но это невозможно!
— Возможно. Я подскажу ему, как вынуть из себя Свет.
Пройдя к столу, иллюзия положила на него пистолет.
— Ты застрелишь себя, он отдаст свой Свет. Таково мое условие.
Кто бы сомневался.
Недолго думая, Лев Георгиевич выставил на мою иллюзию теперь уже обе руки и обрушил на нее все тот же Огонь, ударил Молнией, вызвал Ветер. Его лицо искажалось все сильнее и сильнее, как если бы он набросился и своими руками начал душить меня, сдавливая его и ломая хрящи.
Увлёкшись моей иллюзией, он только при появлении ветра догадался о ложности образа, когда картинка зарябила, и не заметил появления очередного серебристого свечения в отдалении.
— БАХ!!!
Меня выкинуло в соседнюю комнату, и я рухнул на пол, будучи уже материализованным. Исчезнувшая дверь тоже материализовалась и теперь снова была закрытой. От выстрела корабельной пушки затряслись стены, а звук самого выстрела понесся по бункеру, многократно повторяясь тяжелым эхом.
Если бы тут была обычная пещера, меня и все вокруг завалило камнями. Крепкие бетонные стены, усиленные арматурой, сдержали мощный удар.
Можно было на этом уходить, но я все-таки вернулся к закрытым дверям. Не хотелось потом неожиданно узнать, что Лев Георгиевич и Егорка каким-то непостижимым образом остались живы. 
Замок оказался незапертым. Тугая ручка вывернулась до упора, и дверь раскрылась, представив последствия выстрела из пушки.
Пыль. Очень много. Дверь пришлось раскрыть настежь и временно отстраниться. Выждав немного и поняв, что это надолго, я снова вошел в комнату.
Плафоны на потолке уцелели. Лампы продолжали гореть. Но из-за обилия мелкой пыли комната престала словно в тумане.
Приблизившись к дивану, где стоял в последние секунды жизни старик и где рядом сидел внук, я нашел лишь оторванную ногу Льва Георгиевича. Все остальное тело разнесло по сторонам. Егора откинуло и убило ударом о стену. Свечения над размозжённой головой потухло.
На этом можно было покидать бункер. Видит бог, я давал им шанс. Вот только они избрали другое. И в чем-то я их понимал. Как потом жить Егорке, зная, что он никогда не сможет отомстить? У паренька был характер. Он вряд ли бы смог продолжать жить с поломанным хребтом. Для таких как Тарасовы честь была дороже всего остального. Правда, понимали они ее по-своему. 
Матвей встретил меня у дороги.
— Надо торопиться. Уже появились первые псы. Скоро здесь будет Большая волна. 
— Угу, — кивнул я и остановился. — Надо еще кое-что закончить.
Усадьба Вагаевых разбита, а Тарасовых уцелеет?
Ага, сейчас прям.
— БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! 
Вот он результат войны между двумя примерно равными кланами. Победа одной из сторон могла стать лишь условностью. Что толку от нее для остатков Вагаевых? Поэтому равные до последнего старались не переходить черту. Жаль, что в угоду амбициям Лев Георгиевич позабыл это старое правило, проверенное столетиями. 
* * *
На развалинах усадьбы Вагаевых нас уже заждались. Были приготовлены и шланги, и насос, чтобы не таскать скверну в канистрах вручную. 
— Можно вздохнуть с облегчением. Только что я покончил с Тарасовыми. Льва Георгиевич и его внука Егора больше нет, — обрадовал я Федора.
— Да ладно! — ожидаемо бурно, удивился он.
— Только я не пойму, их почему-то было немного. Наверное, успели вывезти большую часть клана.
— Так вы не знали? Тарасовы продали нам свои Иглы. Они подались в Москву. Федор Гордеевич говорил, они там все переругались. Часть семей покинуло клан. Фактически у Льва Георгиевича никого не осталось. Так как вам удалось с ними справиться? Вас же всего было трое?
 
Результат несомненно был, а хвастаться особо нечем. По мне так получилась даже не схватка, чистой воды забой, какой бывает на скотобойнях. Кланы добытчиков старались соблюдать навязанные им Императором правила игры. Они не стремились обогатиться знаниями и не брали способностей, кроме тех, что им предписывалось. Таковы были правила игры, за которыми следил Особый отдел. В связи с этим Тарасовым нечего было противопоставить моим способностям.
Чтобы получилась схватка, мне нужно было совсем отказаться от способности. Или же встретиться с равным противником. Вот только подобная встреча была бы нежелательной. В ней победил бы тот, кто сумел бы перехитрить и просто первым ударить. 
Как только закончили со скверной, мы спустились в бункер и заперлись. Любопытство подстегивало меня узнать, насколько была крепкой наша внешняя дверь и имела ли оберег, как в бункере Тарасовых. Однако от усталости я уже еле передвигал ногами.
Ребята заняли места в одном из двух общих помещений для отдыха. Тут было как в казарме — двухъярусные кровати и узкие проходы. Федор Гордеевич считал, в бункере укрываются, когда случается беда и нужно сближаться во время бедствия. Поэтому он специально не устраивал ни для кого отдельных комнат с повышенной комфортностью. 
Матвей отправился в столовую, где сейчас были Рома с Семёном, а я свернул к кровати, плюнув на приготовленный женщинами ужин, душ и прочее. Спать хотелось неимоверно.
Теперь, когда в бункере разместились все, народу собралось море. Туда-сюда шастали дети. Они уже освоились и как ни в чем не бывало начали играть. Они не понимали всего того, что случилось. А вот многие их матери выглядели крайне мрачно. После нападения клана Тарасовых они лишились своих мужей. Видимо, женщины еще не рассказали детям и пока внутри переживали свое несчастье.
Но как говорится, жизнь продолжается. Все крепятся, пытаются справиться с несчастьем и задумываются о будущем. Проходя мимо, я то и дело слышал обрывки разговоров о том, чем люди собираются делать, когда город отобьют от тварей. К сожалению, многие строили планы вне клана Вагаевых, как будто он уже перестал существовать. Думали, куда отправиться и где теперь поселиться. 
— Ну надо же, мы-то думали у тебя невеста — крокодил, что ты от нее отбрыкивался. А она очень даже хорошенькая, — встретила меня с ухмылкой Ева, словно все это время думала только о ней.
— Бывшая невеста, — уточнил я, остановившись у кровати.
Девушки выбрали себе нижние места, а нам с Матвеем оставили верхние. Я естественно выбрал кровать над Эмили.
— Скажи, а у тебя с ней уже было ЭТО? — оторвав взгляд от экрана смартфона, вдруг серьезно спросила Эмили.
— А это еще причем?
— Так было или не было?
— Конечно, не было.
— Тогда в некотором роде теперь Я БЫВШАЯ. У нас ведь было ЭТО, а у тебя с ней не было. Как знать, каким может быть ВАШЕ будущее.
— Да блин, Эмили, чего ты начинаешь накручивать?
Выговорившись, она уставилась в смартфон, всем видом показывая — разговор окончен. 
Видите ли, обиделась.
Несмотря на усталость, мне пришлось присесть к ней и пока забыть о столь желанном отдыхе.
— Эмили, скажи, разве я давал тебе повода сомневаться? Я сделал выбор. По-моему, это очевидно.
— А по-моему, она так не считает. Ну это уже ВАШИ дела. Думаю, ВЫ разберетесь.
Тьфу ты, ну что за человек!
Никого да бы не подумал, что Эмили окажется настолько ревнивой!
  
Глава 21
 
Всю ночь я проспал как младенец. Эмили разбудила, когда объявили завтрак. Из-за стольких людей, разместившихся в бункере, столовая всех не умещала, люди заходили в три смены. Я и остальные из нашей маленькой компании успели умыться и привести себя в порядок.
Позавтракав, мы поблагодарили женщин, накрывших столы, и прошли в командный пункт, где нас уже дожидались.