Дайте шанс! Том 5 (СИ)

— Там… Рядом… Левее, — дрожащей рукой показала направление, улетевшая в осадок девушка.
— Ах да, нам бы скверны налить две тонны, — вспомнил я, зачем мы приехали на заправку. — А вообще, знаете, давайте полную цистерну. Там, по-моему, тонн пять поместится.
Ошибся. Всего три с половиной тонны. 
Так было указано на цистерне.
Пока парень заливал нам скверну, девица, так и не притронувшись к вываленным на прилавок деньгам, отправилась за нами на улицу, где стала донимать меня вопросами, к чему им с братом готовиться. Она все правильно поняла и не обращала внимания на оставшегося внутри Романа. 
Оно хорошо рассуждать, а когда твари вот-вот должны появиться, все, что знал о них, куда-то отлетает. Тебя начинает пробирать страх, сковывающий любую умственную активность. Ну это, конечно, в том случае, когда впервые с ними сталкиваешься и тебе нечем их долбить.
Работники заправки не имели оружия и не были осветленными. Шансов выживания вне надежного убежища — ноль целых, ноль десятых.
Нашу цистерну уже заправили, а девушка все спрашивала и спрашивала, подчас задавая совершенно глупые вопросы. Ни она, ни брат даже не подумали об элементарном. Не подготовились на случай отключения света, не приготовили, куда справлять нужду и чем подтираться.
— Ну вот и все. Еще и о сигаретках удачно вспомнил. Будет кто? — выползая из магазина с упаковкой пива и уже попивая первую бутылочку, предложил Роман.
— Ага. Спасибо. Мне сейчас не помешает, — отозвалась девица, словно забыв, что у нее целый магазин.
Вытащив из упаковки бутылочку, она свернула пробку и отшвырнула ее в сторону.
— Ой, смотрите птичка какая прилетела с красными глазами. Никогда такой не видела.
— Да это ж тварь! — заорал Рома.
Тут же бросив пиво, он выхватил из-за спины ствол и стал стрелять в Ворону. Та бегала по земле, а когда в нее стали стрелять, подпрыгнув, взмыла в небо, быстро потерявшись в ночной мгле. 
— А-А-А-А-А!!! — заорала девчонка. — Заберите меня пожалуйста! Я не хочу, чтобы меня сожрали твари!
— Можно и мне с вами! — прицепился теперь еще и парень. — Я готов ехать хоть на бочке, только чтоб тут не оставаться.
Этих нам не хватало. Понятно, что ненужный балласт. Но после стольких спасенных жизней, оставлять двух молодых людей было откровенно жалко. Даже если до них в подвале не доберутся твари, они сами погибнут от страха, едва Ворона или еще какая-то шавка начнет скрести крышку люка.
— Хорошо. Возьмем, — согласился я.
— Только сначала бабки наши пособирайте. Вдруг еще пригодятся, — кивнул Рома в сторону магазина. 
Ехать на бочке никому не пришлось. Рома эту парочку себе отправил в хранилище и, сев в машину, сам к ним отчалил, боясь, что они ему перебьют бутылки.
— Знаешь, я только что просмотрел один вариант, — обратился ко мне Матвей, когда мы стали отъезжать от заправки. — Глава клана Тарасовых сейчас сидит у себя в усадьбе в бункере. Большая часть выживших его людей были наемниками. Они разбежались. К главе вернулась только небольшая кучка людей. Их там чуть больше десятка. Пока не появились крупные твари, мы могли бы к ним наведаться. Ты же сам понимаешь, он просто так остатки клана Вагаевых не оставит. Все равно потом вернется.
— Заманчивое предложение. С десятком я и сам справлюсь. Поехали к Тарасовым прямо сейчас. Его усадьба тут рядом.
  
Глава 20
 
Я — бог, ей-богу. Пусть не на все сто процентов, а немногим меньше. Когда я в деле, ни Матвей, ни Роман, ни остальные ребята, оставшиеся в бункере, не могли со мной сравниться. Только сейчас я в полной мере ощутил свою нереальность. 
Уйдя в невидимость перед усадьбой Тарасовых, пришлось поторопиться. Моя возможность становиться богом имела лимит, исчисляемый количеством Света внутри. Его оставалось крайне мало.
Ожидая появления тварей, охрану с территории убрали. Теперь здесь совсем никого не было, хотя продолжало гореть уличное освещение. Добежав до основного здания и проделав в стене проем, я вошел внутрь.
 
Тишина.
И темнота. 
Это говорило о том, что глава клана Тарасовых с остатками людей скрылся в бункере. Благодаря подсказкам Матвея, я быстро нашел вход в подземелье. Вот только дематериализовать входную дверь не удалось. От подобных вмешательств ее чем-то усилили. Скорее всего, особым оберегом. Зато мне без труда удалось сделать проход в стене и попасть к ступенькам, спускающимся к бункеру. 
Еще одна запертая дверь оказалась без оберега. Она исчезла, и я вошел внутрь бункера.
Ну-с, начнем, господа!
Охранник — выстрел. Еще один охранник — и снова выстрел.
А этот, по-моему, не охранник. Какой-нибудь помощник, водитель или клерк.
А разве есть какая-то разница? 
Он один из Тарасовых и этим все сказано.
Выстрел.
Свернув влево, я очутился в большой комнате, заполненной мужчинами и несколькими женщинами. Кое-кто из них был ранен. Их тут оказалось человек тридцать. Вот только детей, подростков, стариков, почему-то, не было. Это означало, что глава клана Тарасовых позаботился перед захватом города тварями вывезти из Перми большую часть людей, в отличие от главы клана Вагаевых.
На этот раз, представив вместо пистолета штурмовую винтовку, я снова отдал приказ сидящей внутри Тьме — стреляй!
— Тах-Тах-Тах-Тах-Тах… 
Непосредственно самого автомата не появилось. Лишь огонек, от которого на всех полился свинец.
Все как обычно, та же схема. Я метился исключительно в головы. Так было надежнее и быстрее. Меньше расходовался Свет, которого у меня и так было немного.
М-да. Кровавое зрелище.
Массовый забой — это всегда ужас.
Покончив со всеми, я продолжил обходить бункер.
Ну надо же, Лев Георгиевич, оказывается, оставил с собой того самого гаденыша — внучка Егорку. Хотел, наверное, ему дать возможность лично убить последних Вагаевых и тем как бы закалить характер мелкого засранца.
Дверь исчезла. Лев Георгиевич вскочил из-за стола и выставил вперед руку. Второй рукой он дал знак Егору продолжать сидеть на диване со смартфоном и не шевелиться.
Старик активировал Кольчугу и затаился, превратившись в охотника.
Вот только оно мне надо играть в кошки-мышки? Кто его знает, чем он обладает. Глупые игры мне на фиг не сдались. У меня Света осталось позарез. Да и быстрее нужно возвращаться. Скоро появится Большая волна, а с ней полчище тварей. 
Твою ж мать!
Старый хрыч все-таки заметил появившееся рядом со мной крошечное серебристое свечение перед тем, как вылетит пуля и отправил на меня Огонь. Яркое пламя с шипением изверглось из его руки, как если бы его выпустили из газовой горелки. 
Выстрел.
Ух ты ж, падаль. 
Увернулся! 
Точнее, выпущенная пуля не пробила Кольчугу, и Лев Георгиевич сначала резко присел, а после ринулся к внуку, закрывая его собой.
— Остановись! Я заплачу больше Вагаевых! В десять раз больше! — снова выставив вперед руку, закричал он.
Я усмехнулся.
— Старик, ты ошибся. Предложение неинтересное. Я — Андрей Вагаев. Хочу, чтобы перед смертью ты знал, кто с тобою покончит. Никому из клана Тарасовых не выжить. 
— Это ТЫ развязал войну! 
Лев Георгиевич наверняка хотел много сказать, обвинив меня во всем, чем только можно, но резко себя остановил, вовремя вспомнив, что не в том положении.
— Понимаю тебя. Понимаю, что случилось. Мы проиграли. Я уже мертвец. Прошу не за себя. За внука. Пусть останется только он один. Пусть продолжит род Тарасовых. Он один ничего не сделает Вагаевым.
Последнее выглядело смешным. Матвей тоже был одним из рода. 
И чем это закончилось для его врагов?
Как бы на этом можно было заканчивать. Лев Георгиевич не сожалел и не раскаивался. Его глаза источали одно только зло, ненависть, желание моего убийства. Вот только кем я стану для самого себя, хладнокровно убив старика и внука, когда первый просит за второго?
Черт. Все-таки попался.