Траурный эндшпиль (СИ)

— Понял, — ответил я и пошёл на спуск в сухой док.
Уже приметил, что там есть лестница на другую сторону, правда, в секторе обстрела бригадников, но им сейчас совсем не до меня.
Быстро преодолеваю дно сухого дока и взбираюсь по лестнице. По мне не стреляли, я быстро добежал до цеха и достиг указанной двери.
— Вот теперь начинается самая веселуха… — вышибаю я дверь и вскидываю автомат.
  
Глава четвертая. Бои в цехах
 
/11 мая 2022 года, г. Санкт-Петербург, Коммуна/
Сходу даю длинную очередь на полмагазина в двоих бригадников, едва-едва успевших повернуться ко мне. Где-то четверть пуль завязла в личных оберегах, но остальные попали по назначению.
Перевожу ствол на синеволосого пацана лет пятнадцати-шестнадцати, одетого в чёрное худи и серые джинсы. Весь остаток магазина повис в силовом поле оберега, а затем пацан взмахнул руками и выпустил в меня белые шипы. И тут я узнал его.
Это Блейзер, супер, способный метать взрывающиеся шипы. Резко даю задний ход, попутно отбивая летящий мне прямо в грудь шип автоматом. Эх, жаль, что титановый щит не успели восстановить…
Серия из шести шипов врезалась в стены цеха вокруг входной двери, но я уже отступил и скрылся за электрощитком, лихорадочно быстро перезарядив автомат. Раздался взрыв, осыпавший меня бетонной пылью.
«Ну, это значит, что переходим на осколочно-фугасные аргументы…» — решил я.
Граната Ф-1 лишилась предохранительной чеки, хлопнула запалом, после чего я выдержал её полторы секунды и бросил в дверной проём. Где-то через полторы секунды, она взорвалась, густо осыпав предбанник цеха чугунными осколками.
— Супер не задет, — сообщил мне координатор. — Убегает.
Вынимаю из кармана разгрузки ещё одну Ф-1, повторяю процедуру, но уже рискую и выдерживаю её две секунды, после чего закидываю по более крутой траектории полёта, чтобы она взорвалась в воздухе.
Сразу же после взрыва влетаю в предбанник и начинаю беспорядочную стрельбу во всех, кто лежит или сидит. Блейзера не видно, но простые бригадники теперь точно надёжно мертвы.
Контролирую их одиночными выстрелами в головы, после чего забираю у одного из них выстрелы к гранатомёту. Правда, забрать удалось лишь два, потому что третий оказался повреждён осколками. Всё-таки, брешут люди о сплошном поражении гранаты Ф-1. Из личного опыта знаю, что сплошное поражение возможно только на дистанции менее двух метров, вопреки заявлениям, что таковое у Ф-1 составляет семь метров. Да, в семи метрах от взрыва высока вероятность быть серьёзно, а то и смертельно задетым осколками, но это только вероятность.
Заряжаю кумулятивную гранату в свой РПГ-7 и иду дальше.
— Супер скрылся за седьмым по счёту станком, по левой от тебя стороне, — сообщил координатор.
Открываю дверь и выхожу в цех. Быстро отсчитываю седьмой станок и стреляю из гранатомёта в основание восьмого.
Блейзер болезненно вскрикнул, что послужило мне хорошим сигналом.
Стремительно преодолеваю расстояние в тридцать метров, после чего шарахаю пытающемуся встать суперу прикладом в морду. Надеваю наручники на руки и ноги жертвы, затем двумя хомутами скрепляю сами наручники со спины, а глаза закрываю тряпкой, после чего обматываю пятью слоями скотча. Блейзер мычит что-то, но он ещё не пришёл в себя.
— Что ты делаешь с супером? — спросил координатор.
— Он нужен мне для кое-какого дела, — ответил я. — Не связано с Коммуной и не несёт ей никакого ущерба.
— Можешь продолжать операцию? — спросил координатор.
— Могу, — ответил я. — Только отнесу кабанчика в безопасное место.
Утаскиваю очень лёгкого Блейзера в ближайшую подсобку, где размещаю у водопроводной трубы, к которой прицепляю его наручниками. Обыск дал мне два исчерпанных личных оберега, а также целый мешочек, полный сфер сверхспособностей.
— Кучеряво живёшь, Блейзер, — сообщаю я всё ещё пребывающему в ошеломлении суперу.
Перемещаю мешочек с ценностями себе в рюкзак, честный трофей ведь, после чего проверяю состояние супера. Серьёзных ранений нет, отделался лишь контузией от близкого взрыва, дополненного смачным прикладным ударом — везучий ублюдок. А из царапинок кровью не истечёт. Подключаюсь к рации.
 
— Я готов продолжать.
— Двигайся на выход, обходи цех справа, — велел мне координатор. — Через разбитое окно, над которым висит фонарь внешнего освещения, проникни в следующее отделение цеха. Спустись меж двух станков, после чего укройся за шкафом с деталями и жди.
Я вышел из цеха и побежал в указанном направлении. Со всевидящим оком воевать очень удобно, этого не отнять…
Запрыгиваю в окно и спускаюсь аккурат меж двух станков, как и сказал координатор. Шкаф был тут, но он точно не стоял на своём месте, а был кем-то передвинут, чтобы перекрыть проход между станками. Видимо, рабочие завода боролись за своё выживание…
«Он не сказал, чего ждать», — подумал я, прячась за шкаф.
По шкафу, кстати, совсем не видно, что в нём лежат детали, он жестяной, но это сведения от Рентгена, который всё видит. Даже меня.
— Приготовь оружие к бою, — велел координатор. — Примерно через две минуты мимо тебя пройдёт восемь боевых единиц противника, возможны суперы. Зайди им в тыл и примени гранатомёт.
— Сделаю, — ответил я.
— Соблюдай тишину.
Готовлю выстрел с 82-миллиметровой миной и жду.
Издалека начали доноситься частые шаги. Идёт группа людей, звучит характерное позвякивание металла — оружие или броня.
Пропускаю их мимо, после чего выхожу из-за шкафа с гранатомётом на плече. Цели идут близко друг к другу, расстояние — примерно тридцать метров. Нажимаю спуск и отправляю мину прямо под ноги удаляющихся противников.
Взрыв раскидал тела в стороны, с обязательным отрывом конечностей и обильными брызгами крови. Четыреста грамм тротила — это вам не Петросян пошутил…
По теоретической части читал, что корпус мины делится на четыреста-шестьсот осколков, которые и обеспечивают поражение всех целей в радиусе шестидесяти метров, а фугасное действие сохраняет убойность в метрах шести-семи.
В меня сильно стукнуло парой десятков осколков и экстремально обдуло жаром, но броня защитила от каких-либо ранений.
— М-да… — подхожу я к искорёженным взрывом телам и снимаю маску. — Тут трофеев…
Обращаю внимание на порванный рюкзак, лежащий вместе с торсом, лишённым головы и иных конечностей, и палашом открываю клапан. Еда, патроны, пробитая бутылка с колой, сломанный планшет и несколько мешочков. Аккуратно, лезвием палаша, достаю мешочки и открываю их.
— Ха-ха… — радостно издаю я и пересыпаю сферы сверхспособностей себе в рюкзак. — Надо будет посмотреть в более интимной обстановке…
Очень жаль, что оружие и экипировку покорёжило и порвало на куски — так-то у нас нехватка вооружения. Но всегда лучше, если есть такая возможность, безопасно взорвать противника, чем экстремально пытаться убить его из личного огнестрельного оружия. И чёрт с ними, с трофеями.
Похоже, что сферы постепенно превращаются в валюту, раз многие суперы таскают их в мешочках, как какую-то очень нужную вещь.
Заканчиваю со сбором уцелевших ценностей, и иду на выход.
Стрельба доносится отовсюду, где-то иногда хлопают ручные гранаты и взрываются самодельные взрывпакеты — командующим Коммуны применялся одновременный штурм с пяти-шести направлений, вынуждающий бригадников реагировать везде и не успевать нигде.
— Курильщик-1, можешь быть свободен, — сообщил мне координатор. — Твоя часть работы, на сегодня, завершена.
— Отлично, — ответил я. — Как раз собирался уходить.
Пришлось возвращаться за Блейзером, а то неудобно получится, если его заберут коммунары. Не для того я его так старательно упаковывал.
Пошёл обратно тем же маршрутом — через сухой док, мимо первого цеха, к КПП Балтийского завода. Сажусь в крузер и еду обратно на безопасную территорию.
Уже существенно потеплело, почти середина мая, а Апокалипсис состоялся каких-то полтора месяца назад…