Честный вор (ЛП)

- Разве у вас нет системы сигнализации? 
- Есть, но вор сумел отключить ее. Или воры. 
- Когда они позвонили вам? Почему-то мне кажется, что вор был не один. 
- Мне тоже, - кивнул Прокейн. - В среду утром мужской голос известил меня о том, что я могу получить мой журнал в обмен на сто тысяч долларов. В качестве посредника он предложил вас и особо указал, что ваши услуги будут оплачены из этих ста тысяч и составят десять процентов от общей суммы. И добавил, что с вами я могу связаться через Майрона Грина. Меня это насторожило, так как я только что стал его клиентом, Дело в том, что я с большим недоверием отношусь к подобным совпадениям. 
- Полностью с вами согласен. А что он обещал сделать с тетрадями в случае вашего отказа? 
- Он сказал, что передаст их в полицию. 
- Вы бы этого не хотели? 
- Нет, мистер Сент-Айвес, я этого не хочу, - он встал, взял мою пустую чашку и вновь наполнил ее ароматным напитком, не забыв положить кусочек сахара. - Я первый раз вижу профессионального посредника, - сказал он, передавая мне полную чашку. 
- Возможно, и в последний, - ответил я. - Мне еще не приходилось дважды встречаться с одним и тем же клиентом. 
- Я хотел бы знать, существует ли в вашей профессии определенный моральный кодекс? 
- Так же, как и в вашей. Правила я устанавливаю сам и не требую их неукоснительного выполнения. В противном случае никто не стал бы прибегать к моим услугам. Но, если бы эти правила не охраняли интересы человека, который нанял меня, я бы тоже остался без работы. Пока на меня никто не жаловался, - Я плачу сто тысяч долларов, чтобы уберечь от посторонних глаз подробности моей личной жизни. Я покачал головой. 
- Вы платите эти сто тысяч, чтобы не попасть в тюрьму. О том, что вы вор, знают многие, но не могут этого доказать, А вот тетради это докажут. Я не могу дать вам обещание не заглядывать в них после того, как они окажутся у меня. Для этого я слишком любопытен, Но уверяю вас, что никому не расскажу о том, что я их прочту. Не знаю, удастся ли мне убедить вас поверить мне на слово, но другого выхода нет. 
- Я понимаю, - вздохнул Прокейн и взглянул на часы, - Уже десять сорок пять. Он сказал, что позвонит в одиннадцать, чтобы передать вам инструкции, он помолчал. - Вы всегда работаете один? 
- Теперь, да, - ответил я, - Дважды я пытался работать с напарниками, и оба раза неудачно. 
- Кожемес, француз, о котором я вам рассказывал, учил меня действовать в одиночку. Но предупреждал, что возникнут некоторые заманчивые проекты, от которых придется отказываться потому, что они непосильны для одного. Я помню, как он говорил: "Найди кого-нибудь и подготовь его к делу, как я нашел и подготовил тебя". Два года назад я последовал его совету. Теперь у меня есть помощники, мужчина и женщина. Они прекрасно знают свое дело. При необходимости вы можете рассчитывать на них. 
- Буду иметь это в виду. 
В молчании мы дождались телефонного звонка. Прокейн снял трубку, сказал: "Слушаю", - и тут же передал ее мне. Неизвестный на другом конце провода первым делом поинтересовался, есть ли у меня требуемая сумма. 
- Я ее достану, - ответил я. 
- Тогда слушай внимательно, а еще лучше запиши, что я тебе скажу. 
- Говорите. 
- На Девятой авеню, между Двадцатой и Двадцать Первой улицами есть прачечная-автомат, работающая круглосуточно. Ясно? 
- Да. 
- Ты возьмешь одну из дорожных сумок с эмблемами авиакомпании и положишь в нее деньги. 
- Девяносто тысяч. 
- Да, девяносто тысяч. Я даю тебе десять процентов от всей суммы. Это значит, что ты работаешь и на меня. Так? 
- Так. 
- Ты положишь деньги в сумку. 
- В каких банкнотах? По пятьдесят, двадцать или десять долларов? 
- По сто и пятьдесят, - ответил незнакомец. - Главное, чтобы они не были новыми. Ровно в три часа ты войдешь в прачечную. В пять минут четвертого положишь сумку в барабан одной из сушилок. Все равно, в какую. Там их шесть. Понятно? 
- Да. 
- В шесть минут четвертого ты бросишь в нее десятицентовик. Она будет крутиться двенадцать минут. Еще через минуту остановится единственная работающая сушилка, В ней ты найдешь пять тетрадей, завернутых в одеяло. Ты успеваешь за мной? 
 
- Конечно. 
- Тебе даются четыре минуты, чтобы убедиться, что тетради подлинные. Еще через минуту ты должен уйти. Тебя это устраивает? 
- Вполне. 
- И не вздумай класть в сумку нарезанную бумагу или ждать, пока остановится сушилка с деньгами. 
- Я не пользуюсь такими методами. 
- Да, я знаю. Поэтому я и выбрал тебя. Но хочу предупредить, что я снял ксерокопии, они читаются ничуть не хуже оригиналов. 
- И что вы собираетесь делать с копиями? 
- Если получу деньги, то сожгу, если же нет - перешлю в полицию. 
- А где гарантия, что копии не окажутся в полиции, даже если вы и получите деньги. 
- Тебе придется поверить мне на слово, Сент-Айвес, - ответил незнакомец, и в трубке раздались короткие гудки. Я пересказал Прокейну полученные инструкции. 
- А как насчет денег? Сегодня же суббота, - Да, - кивнул Прокейн, - тут могут возникнуть некоторые сложности, но я все улажу. 
Я не спросил, как он собирается это сделать. Вероятно люди имеющие на своем счету несколько миллионов, могут достать сто тысяч в любое удобное для них время. Лично мне в эти дни, субботу и воскресенье, с большим трудом удавалось превратить в наличные чек в двадцать долларов, Возможно, Прокейн собирался их украсть. 
Глава 6 
- Я передумал, - сказал я, когда мы пересекли Сорок Пятую улицу. - Я не могу ехать к Прокейну. От меня пахнет тюрьмой, Грин недовольно хмыкнул. 
- Но ты же не был в тюрьме. 
- Ты понимаешь, о чем я говорю. 
- Но он ждет. 
- Майрон, не будем спорить. 
Грин надулся, но остановил машину у "Аделфи". 
- Спасибо за помощь, - я открыл дверцу и вылез из кабины. 
- Не забудь позвонить Прокейну, - напомнил Грин. 
- Первым делом я должен принять душ. 
В отеле я подошел к портье и попросил его положить сумку в сейф. Затем поднялся к себе, открыл воду, разделся и залез в ванну, вспоминая события вчерашнего вечера, когда мужчина и женщина (которых, будь они моложе на два-три года, я бы назвал юношей и девушкой) принесли мне сто тысяч долларов...