Разрушенный (ЛП)

Я отхожу, выключаю лампу на ее тумбочке и направляюсь в ее ванную, чтобы выключить там свет.
Она, должно быть, смертельно устала, раз так заснула. Может быть, она слишком много работает, постоянно следуя за мной, включая поздние ночные гала-концерты и путешествия.
Выключив весь свет в комнате Елены, я закрываю ее дверь. Я беру стакан воды на кухне и возвращаюсь в свою комнату, готовый к хорошему ночному отдыху.
  
Глава 21
 
Елена
Громкий крик вырвался из моих губ, когда я проснулась в темной комнате. Я прижимаю дрожащую руку к груди, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Моя дверь хлопает о стену, когда в комнату вбегает Джакс.
— Господи, Елена? — он подходит к моей стороне кровати.
Я смотрю на свои руки, не в силах вымолвить ни слова. В памяти всплывают образы самой ужасной ночи в моей жизни. Так много крови. Липкой, темной крови.
Пальцы Джакса вдавливаются в мои плечи.
— Скажи мне, что, черт возьми, происходит?
Кровь.
Я вскакиваю с кровати и мчусь в ванную, включаю свет, прежде чем добраться до туалета. Кислота покрывает мой язык, пока мой ужин борется за свое место. Мои пальцы дрожат, когда я хватаюсь за край керамического сиденья.
— Черт. Тебе плохо? Мне вызвать врача? — Джакс опускается на колени рядом со мной, убирая волосы с моего лица.
— Свет, — шиплю я. — Почему ты выключил свет? — мой голос звучит надломленно. Слабый. Поверженный.
Его дикие глаза блуждают по моему лицу, когда он крепче вцепляется в мои волосы.
— Это из-за темноты? Ты напугала меня до смерти. Я думал, с тобой что-то не так.
Очередная порция тошноты накатывает на меня, но я борюсь с ней. Я встаю, мои шатающиеся ноги почти подгибаются, когда я иду к раковине.
Еще больше нежелательных образов наводняют мой разум. Осколки стекла. Кровь, темная и густая, прилипшая к моему телу. Я делаю несколько глубоких вдохов, включаю воду, наливаю мыло на руки и начинаю мыть.
— Елена, поговори со мной. Ты выглядишь так, будто вот-вот потеряешь сознание.
Мои руки дрожат, когда я избавляюсь от мыла. Я меняю задачу, решив энергично почистить зубы до боли, прежде чем выключить воду. Мой взгляд задерживается на руках, которые выглядят чистыми, несмотря на чувство отвращения, сидящее во мне. Я включаю воду, чтобы снова их помыть.
Джакс хватает меня и поднимает, перекидывая через плечо.
— Больше никаких странностей с мытьем рук. Перестань пугаться и поговори со мной.
Я кричу, когда он несет меня обратно в темную комнату.
— Нет! — я бью по его спине.
— Ебаный ад. Прекрати.
— Я хочу свет! — мое тело содрогается, пока я борюсь со слезами, умоляющими дать мне волю.
Он кладет меня на кровать и включает лампу.
— Черт, Елена. Ты боишься темноты?
Я качаю головой и подтягиваю колени к груди. Мои глаза задерживаются на фотографии родителей, прежде чем я закрываю их. Боль, ослепительно горячая, пронзает мою грудь. Из меня вырывается израненный крик. Я прижимаюсь лбом к коленям и всхлипываю, зарываясь в себя, чтобы не смущаться от того, что Джакс видит, как я теряю самообладание. Мне стыдно, что я позволила кому-то увидеть меня такой, но у меня давно не было такого яркого кошмара. Так давно, что я забыла, каково это.
— Что, черт возьми, с тобой случилось? — шепчет Джакс. Он удивляет меня, когда медленно садится на кровать и тянет мое скрюченное тело вниз на матрас. Его тело прижимается к моему. Моя кожа трепещет от осознания, я жажду его близости, особенно после того, что я пережила.
Я не хочу сидеть в одиночестве, и он каким-то образом знает это.
Джакс натягивает плед на наши тела, укрывая нас.
— Не выключай больше свет. Никогда больше. Обещай мне. — Прохрипела я.
 
— Черт. Прости. Я понятия не имел, что ты боишься темноты, когда выключал их. Я думал, ты заснула и забыла.
— Я не боюсь темноты.
— Твой крик говорит об обратном.
— Я боюсь своих воспоминаний. — Тихо говорю я, не уверенная, что он меня услышал.
Я вздрагиваю, когда он проводит рукой по моим волосам. Мои глаза закрываются, а голову покалывает от его медленных прикосновений по моим волосам. Я с болью осознаю тело Джакса. Его тепло окружает меня, давая ощущение защиты.
— Спи. Я буду следить за плохими парнями.
На смену кошмару в моей груди приходит новое ощущение. Не думаю, что когда-либо я была так благодарна за присутствие Джакса, как в этот момент.
— Ты считаешь себя?
— Всегда. Но я защищу твою добродетель, не волнуйся.
— Это не очень хорошая идея.
Его рука находит мою и сжимает ее.
— Нет. Совсем нет.
Даже среди моей грусти, мой пульс снова участился.
— Тогда почему ты здесь?
— Ты всегда задаешь мне вопросы, на которые у меня нет ответов. — Он звучит растерянно.
Проходят минуты. Рука Джакса обхватывает мою, успокаивая меня, несмотря ни на что.
— Что с нами происходит? — шепчу я про себя.
— Я бы тоже хотел знать ответ на этот вопрос. Но если честно, я до смерти боюсь узнать.
Мои глаза тяжелеют, пока я слушаю ритмичный звук дыхания Джакса. Я борюсь с бессознательным состоянием и проигрываю в борьбе. Рука Джакса возвращается к моим волосам, перебирая пряди в течение, кажется, целого часа.
Джакс оставляет после себя нежнейший поцелуй у основания моей шеи.
— Я бы хотел ненавидеть тебя. Но вместо этого ты нравишься мне еще больше. Ты притворяешься таким цельным человеком, но ты сломлена и повреждена, как и я. И самое худшее то, что я хочу знать и твои испорченные части. Я хочу соединить их со своими и посмотреть, что у нас получится. Так что я не знаю, бежать ли мне в противоположном направлении или умолять тебя дать мне шанс, несмотря на то, какой задницей я был. — Шепчет он.
О, Боже. Он думает, что я сплю.
— Но больше всего я не хочу быть трусом. Я не храбрый. К черту. Если бы я был смелым, я бы встретил свое будущее ради тебя. И, черт возьми, если это не беспокоит меня больше всего на свете. У тебя есть сила, чтобы все изменить.
Я не знаю, что он говорит дальше. Хотя пытаюсь не заснуть, усталость побеждает, и мои глаза снова закрываются.
Джакс наблюдает за мной со своего места на диване, когда я выхожу из своей комнаты.
— Мне нужно поговорить с тобой о прошлой ночи.
Я боюсь того, что он хочет сказать, но набираюсь смелости и сажусь на диван напротив него, как взрослый человек. Мои глаза пытаются найти в комнате точку, на которую можно было бы уставиться, но он встает и садится рядом со мной.
Я остро ощущаю его тело: от него волнами исходит потрескивающее электричество, оставляя мурашки на моей коже.
Эти руки были на мне прошлой ночью, обнимали меня, заставляя чувствовать себя в безопасности.
— Как часто тебе снятся кошмары?
— Уже не часто. — Я избегаю его взгляда.
— И это было из-за того, что я выключил свет? — его голос притягивает мои глаза обратно к нему, как корабль ищет маяк в штормовую ночь.
— Я не люблю темноту.
Его брови сходятся вместе.
— Я понятия не имел.
— Мы не совсем лучшие друзья.
— Я и не хочу ими быть. — Ворчит он себе под нос.
— Да, но у тебя характер кактуса, так что мне тоже не очень интересно.
Уголок его губ приподнимается.
— Не могу сказать, что я слышал это раньше.
— А «член» звучит более знакомо?
— Ты назвала меня членом? — он насмешливо задыхается, вцепившись в невидимое жемчужное ожерелье.
— Член. Козел. Pinche pendejo.
Джакс закрывает мне рот ладонью, в его глазах отражается легкость, которую я хотела бы видеть чаще.