Вернусь не скоро (СИ)

Полицейский, уже начавший открывать железную дверь входа, обернулся в мою сторону и, прищурив глаза, спросил: — Даниил Таранов?
— Да.
— Пройдем во внутрь, поговорим, — сказал он и, открыв дверь, вошел в помещение.
Кроме небольшого кабинета, тут по сути ничего не было, ну, еще была одна дверь. Вот только узнавать, что скрывалось за ней, я не мог, да и не желал. Вдруг там обезьянник.
— Не похож ты на того, кто в лесу бродил пару месяцев, вообще не похож. Не хочешь это объяснить?
Вот зачем ему это, какое ему вообще дело, до того, как я выгляжу. Ощущение было, будто я на допросе сижу. Хотя может быть это профессиональная деформация, где во всем начинаешь искать подвох.
— Я нашел в лесу небольшой домик и провел там все это время, надеясь, что меня найдут, но видимо никто и не искал. Вот я и решил рискнуть и мне повезло, — начал рассказывать я, единственно, что придумал, когда спускался с горы.
А что мне еще рассказать, не про станцию же Фейрис или про эфир? Тогда меня точно за душевно больного примут и отправят в дом с мягкими стенами. А так, что мне предъявишь? Ничего. Потерялся, нашелся, всё. Единственное, что мне нужно от этого человека, — это возможность позвонить родителям.
— Искали тебя, Даниил Таранов, искали, и долго. Искали даже с вертушками, с собаками. Знаешь, сколько геморроя было из-за тебя. И все, как ты сказал, домики лесников тоже проверяли.
— Значит, плохо проверяли. Может, кто-то схалтурил. Ко мне то какие претензии. Можно мне просто телефон, чтобы позвонить домой?
— Не волнуйся, Даня. Я же могу называть тебя Даня. Позвонишь, только для начала ответь на несколько вопросов.
Несколько вопросов затянулись на пару часов допроса, во время которого я рассказал чуть ли не всю свою биографию и не только свою. Видимо, так проверял этот полицейский, являюсь ли я вообще тем, за кого себя выдаю.
  
Глава 13
 
– Сейчас приедем домой, покушаешь, и поедем в больницу.
– Мам, я же тебе сказал, что здоров. Зачем мне туда ехать?
– Не спорь с матерью, – ответил мне отец, сидящий за рулем своего старенького крузака.
– Ладно, ладно, но давайте не сегодня. Мне, для начала, нужно хотя бы телефон восстановить.
Не смотря на то, что в мыслях я поносил Дэна, но всё же собирался сообщить ему, что он может снять грех с души. Я ведь всё же не сволочь бессердечная.
– Не надо, все твои вещи с похода, будь он неладен, лежат у нас дома, – ответил отец.
Что он, что мать, сильно состарились за те пару месяцев, которые меня не было дома. Видимо, сильно их задела моя пропажа. У отца даже седина на висках появилась, раньше ее точно не было.
Когда они подъехали за мной к полицейскому участку, мать очень сильно плакала, отцу даже пришлось сбегать в аптеку и купить какие-то таблетки, чтобы успокоить её. А вот он пытался держаться спокойным, но я слишком хорошо его знаю, чтобы понять, что он просто сдерживается ради матери. Только когда мы подъезжали к нашему городу, мать, наконец-то немного успокоилась, видимо, поняв, что я больше никуда не пропаду.
Кстати, опасения, что меня уже записали в покойники, не оправдались. Оказывается, что для этого нужно полгода четыре месяца подождать, так что ни восстанавливать документы, ни доказывать, что я это я, мне не придется. Хотя в отделение полиции явиться еще надо будет, чтобы окончательно снять с себя статус пропавшего без вести.
– А вещи с моей квартиры? – вспомнил я, увидев знакомые очертания родного города и спросил.
— Почти все на даче, — отвечал отец.
— Ага, только для хранения вещей и она годится теперь, — недовольным голосом сказала мама.
— Зачем ты опять начинаешь? Сама говорила, что не до нее тебе, — ответил отец.
— А ты и доволен был.
Не знаю, что у них там случилось в мое отсутствие, но, видимо, не видать мне в этом году свежих овощей прямо с грядок, которые каждое лето пополняли мой рацион питания после редких визитов домой.
У подъезда дома нас уже ожидала моя сестра Васька, которая просто набросилась на меня с объятиями, когда я вышел из машины.
 
– Дурак, сволочь, – заговорила она, сквозь слезы.
– Да, да, я тоже люблю тебя, сестра, – ответил ей я.
– Василиса, – строго сказала мать.
От этого сестра сразу отпустила меня и успокоилась, осознавая, что всё же немного переборщила.
Остаток дня я провел дома, пытаясь хоть как-то отбиться от расспросов. Единственное, что меня спасло, это то, что вечерело, и я, сказав, что устал, отправился спать. Вот только заснуть нормально не получалось. Голова была забита тяжелыми мыслями.
В основном они касались семьи. Меня сильно задело то, что они пережили во время моего отсутствия. Пока я там жил, почти без забот, отец и мать теряли от переживаний годы жизни. Даже у сестры, которой не исполнилось и двадцати пяти, уже виднелись морщинки по краям глаз, которых не должно быть у молодой девушки ее возраста. И как мне за все это теперь загладить вину?
– Скажи, МИУ, а в том, как ты сказал маяке, есть еще одна капсула для входа в эфир? – я задал мысленно вопрос.
Просто у меня в голове появилась мысль: не затащить ли туда сестру? Она куда более талантлива, чем я, да и кредитов у меня еще прилично осталось. Обеспечу ей быструю прокачку.
— В маяке предусмотрено только одно место для входа в эфир, — разбил мои надежды голос в голове, но с этим я ничего уже поделать не мог.
Не знаю, когда я заснул, но проснулся посреди ночи. А во всем был виноват тот же МИУ, из-за которого у меня снова начало зудеть запястье.
– МИУ, скажи, а что ты делаешь? – спросил я.
– Идет сбор информации, – ответил мне знакомый голос в голове.
И тут я заметил, что экран моего смартфона, лежащего на тумбочке рядом с диваном, на котором я разместился светился, и на нем постоянно менялось изображение.
– Остановись, – скомандовал я и схватил смартфон, быстро проверяя историю запросов.
Ну, посещение Википедии я могу понять. Но вот на кой он полез по правительственным сайтам, и не только нашим, он умудрился уже даже на сайт НАСА и Пентагона зайти. Вот не хватало мне еще внимания со стороны всякого рода спецслужб.
— Черт! На кой ты полез на сайт Минобороны РФ? — спросил, продолжая пролистывать длинный список просмотренных страниц.
— Для сбора информации, — снова ответил он.
— МИУ, я запрещаю тебе лазить по сети. Ты вообще понимаешь, чем это может грозить? — словно отчитывая ребенка, сказал я.
— Это нерационально. Для большего ознакомления с уровнем развития человеческой цивилизации и помощи ему мне требуется доступ в интернет.
– Какая к чертям помощь может для начала ты поделишься со мной своими планами, – сказал я и сделал глубокий вдох, чтобы не начать орать на этого МИУ посреди ночи.
Нет, я не был против помочь, как он сказал, развитию человеческой цивилизации, но не хотел, чтобы такие решения принимались в темную. Просто это было опасно не только для меня, но и для моих родных. Тем более, все это он делал через родительский Wi-Fi. Хотя, может, ничего и страшного. Ну, полазил он по сайтам, подумал я, и замер, читая очередную подборку запросов неразумного МИУ.
— Да ты охранел! Какой к черту взлом баз данных? — не сдержавшись в слух, выругался я.
— Для сбора данных мне нужен доступ к закрытой информации, — как будто ничего плохого не совершил, ответил МИУ.
— Лучше бы ты для начала почитал Уголовный кодекс, — сказал я, а в следующий момент телефон сам собой открыл сайт, на котором был опубликован УК РФ.
— Я понял тебя, Даниил Таранов, и согласен, что подверг опасности тебя, – ответил МИУ, видимо, ознакомившись с нужными статьями, под которые меня собрался подвести.
— И семьи. Да и вообще, не создавай проблем никому. И не уходи от темы, выкладывай уже все свои планы.
На то, чтобы объяснить порядок своих действий, у МИУ ушло приблизительно десять минут времени. Для начала ему надо было узнать уровень технического и научного прогресса, не только то, что и так у всех на виду, но и те секретные разработки, находящиеся под семью печатями у правительств стран и корпораций. Короче, устроить тотальный промышленный шпионаж. А дальше уже, основываясь на этих данных, подтолкнуть человечество к новому рывку технологий, позволяющим людям подключиться к какому-то там полю и получить возможность входа в эфир. Нет, он пытался говорить мне всякие термины, но я, если честно, во всем этом и половины слов не понял.