Игрушечный стрелок (СИ)
В глубине души я понимал, что меня понесло и я уже придумываю какую-то абсолютную дичь. Но это, по крайней мере, была та дичь, о которой я не буду переживать, если она не сработает. Это пока еще не дендрофекальная методика, а что-то, на первый взгляд даже имеющее под собой научную основу, так что шансы на успех у меня есть. А если меня все же постигнет неудача — я не особо расстроюсь, я хотя бы пытался.
Наскоро перечертив пистолет под новую концепцию, я выделил те части, которые придется переделать, и, по привычке, сначала изготовил модель из дерева. Соединил коленчатыми рычагами груз и затвор, подвигал их, убеждаясь, что все работает. Кожух назад — груз вперед, и наоборот. Заодно и возвратную пружину можно будет перенести со ствола в нижнюю часть, под ствол, а то помню я проблемы владельцев ПМов, когда возвратная пружина просачивалась в щель между стволом и кожух-затвором, прописываясь там на ПМЖ.
Когда кузнецы поняли, что им надо второй раз делать почти то же самое, на меня посмотрели… Не очень дружелюбно. Но когда я объяснил, с чем связана странность заказа, они подобрели и даже заинтересовались общей концепцией:
— Значит, говоришь, это просто такой груз внизу? — спросил Фес, тыкая в параллелепипед со скругленными краями под стволом. — И другой нагрузки он не несет?
— Никакой. — подтвердил я. — А что?
— Нет, ничего. — загадочно улыбнулся Фес. — Завтра будет сделано.
И на следующий день детали действительно были готовы. Новый кожух-затвор, новая рамка с рукоятью с площадкой под крепления рычажной передачи, сама передача из толстых планочек, шайбочек и винта для крепления всего этого дела и самое главное — груз. Фес не зря так загадочно улыбался — на грузе он оттянулся по полной, продемонстрировав все, чему успел научиться с новым оборудованием. Груз состоял из двух частей — внутри латунь с отлитым по форме знаком королевской гербовой лилии, снаружи — сталь, в передней части груза фрезерованная хитрыми ромбами и треугольниками, так, чтобы лилию обязательно было видно. При этом груз был расчетно-полым внутри и идеально подходил под общую конструкцию. В очередной раз поразившись тому, как аборигенты быстро схватывают новую для себя информацию и находят ей применение, я принялся за сборку второй версии пистолета и уже даже не удивился, когда все идеально встало на свои места, все двигалось и работало, а после смазки даже пахнуть стало настоящим оружием.
Недолго думая, я зарядил минимальный патрон и выстрелил с рук. Чего мне бояться? Ствол-то давно проверен. Тем более, кожух-затвор даже не откатился толком.
После второго выстрела автоматика сработала. Сработала полностью — груз дернулся вперед, затвор дернулся назад, гильза вылетела и запрыгала по полу. При этом отдача, хоть и была, но она не шла ни в какое сравнение с тем, что я испытал с первой версией пистолета! Помимо прочего, отдача была строго вертикальная — пистолет подпрыгивал, но уже не пытался вывернуться из руки через большой палец! А уж с вертикальными компонентом мы умеем бороться при помощи ДТК.
Отстреляв еще несколько патронов и удостоверившись в том, что все действительно работает в расчетном порядке, я поставил пистолет на затворную задержку, спустил ее на пустом магазине, снова поставил — уже вручную, еще раз спустил, проверяя работу автоматики, положил его на стол и сел на стул, все еще до конца не веря тому, что моя дурацкая идея сработала.
Ну и страшная же у меня пушка получилась, честное слово. Гоблин от оружейного мира, иначе и не скажешь.
Назову-ка я его "Гоблин-2"
Глава 31
Пистолет я пока что решил оставить в тайне от всех. В смысле, не говорить никому, что смог создать прототип, работа которого меня устраивала. Потому что пистолет был лишь частью более глобального плана, пусть и самой главной частью. Той, с которой все началось, той, без которой ничего бы не было.
После очередного жаркого секса с Фабиолой, когда она, тяжело дыша и довольно улыбаясь, устроилась у меня на груди, я будто бы невзначай поинтересовался, кто в замке занимается одеждой.
— У нас трое портных. — ответила принцесса. — Один исключительно для королевской семьи и приближенных, еще двое — для людей попроще, в основном, они занимаются пошивом всякой рабочей формы. Ну, не конкретно они, а их артели, сами портные выступают как начальники.
— Понятно. Наверное, мне нужны как раз они.
— Да вот еще. — Фабиола подняла голову и отчетливо нахмурилась. — Если тебе понадобилась одежда, я пришлю к тебе нашего портного, и он сошьет тебе такие обновки, что вылезать из них не захочешь. Сидеть будет как вторая кожа.
— Спасибо, но это лишнее. — усмехнулся я. — К тому же, наверное, королевский портной специализируется на тонких, нежных материалах, всяких там воздушных юбках, оборках… Я прав?
Принцесса подняла руку и покачала ею, иллюстрируя, что в общем и целом я прав.
Точно, рука!
— Вот, знаю! Твои наручи, топик, кожаную юбку — кто делал?
— Спросишь тоже. — фыркнула принцесса, устраиваясь поудобнее. — Это вообще не замковый человек был, это был мастер из города, самый лучший кожевенник, что только живет в пределах городских стен. Постоянный поставщик кожаных изделий для замка.
— А почему тогда он не живет в замке?
— Его услуги требуются не так что. — Фабиола пожала плечами. — Обычные проходные изделия из кожи может сделать почти любой кожевенник, а к мастеру Фраю обращаются только тогда, когда нужно что-то необычное, для чего не существует лекал и схем. Его изделия всегда идеально сидят — от перчатки до седла, даже ходят слухи, что он пользуется магией в работе, хотя сам не отмечен номером.
— А ты сама как думаешь?
— А я думаю, что в его семьдесят лет, пятьдесят из которых он работает с кожей, это нормальный результат.
— Познакомишь?
— Да зачем тебе? — не унималась принцесса. — Если я тебе наскучила в постели, давай я пару вожжей с конюшни принесу.
Я улыбнулся, показывая, что шутку понял, но все же протянул руку и звонко шлепнул ее по голой заднице. Принцесса притворно взвизгнула и принялась возиться, заползая под одеяло.
— Скажем так… — медленно ответил я, когда она снова улеглась. — Вот у тебя же есть свой боевой жилет, сделанный мастером Фраем.
— Ну?
— Вот и мне тоже нужен свой.
После завтрака я сходил к кузнецам и попросил их повторить "Гоблина", только отзеркалив все элементы. Они не поняли, для чего это, но спрашивать не стали, а я не стал объяснять.
Они еще с обычной стрельбой-то не свыклись, а уж если бы я стал им рассказывать про македонскую…
До сих пор не понимаю, почему стрельбу с двух рук называют "стрельбой по-македонски", ведь это две разные вещи. Даже три, если копать совсем глубоко. Есть "стрельба с двух рук" и это, в принципе, обычная стрельба из пистолета — когда он удерживается двумя руками. Есть "стрельба по-македонски", сугубо киношный прием, когда герой тыкает в разные стороны двумя стволами, стреляет не целясь и враги валятся пачками. А есть "акимбо", которое суть тоже "стрельба по-македонски", но чуть более приближено к реальности и имеет чуть более боевое применение. Суть акимбо в том, что прицельно стрелок стреляет только из одного пистолета, используя второй исключительно как дополнительный ствол, увеличивающий плотность огня и позволяющий вести огонь на подавление. Подобная техника полностью изжила себя с появлением компактных пистолетов-пулеметов, которые, обладая габаритами, сравнимыми с пистолетами, выдавали в разы больший темп стрельбы.
Однако здесь и сейчас нет пистолетов-пулеметов. И некому их создать, если только не мне, а у меня в планах пока что такого нет. Подобное оружие все же больше пистолета, намного прожорливее относительно боеприпасов, а самое главное — требует нарезного ствола. Пистолет-пулемет с гладким стволом, или, чем черт не шутит, даже с накруткой "парадокс" или сверловкой Ланкастера, которую я все равно не смогу изобразить — это какой-то нонсенс.