Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)

Книга древнего философа была прочитана трижды, но все равно решение проблемы основательно застряло на стадии формирования. Кроме того, крайне осложняли задачу и те обстоятельства, что нежить жила недолго и не могла иметь потомства. Как ни крути, а искусственным существам было далеко до полноценных людей, хоть они и превосходили обычный человеческий сброд по боевым качествам и многим другим показателям.
Если Кергарн хотел властвовать на Шатуре долго, а именно этого он и хотел, то нужно было срочно улучшить свои детища и наладить процесс их полностью автономного воспроизводства. Как видно, решить вторую проблему было ничуть не легче, чем разобраться с первой, а тут еще под ногами мешалась третья, не очень актуальная на ближайшие сто – двести лет, но если сбросить ее со счетов сейчас, то в дальнейшем последствия будут необратимыми, и все придется начинать заново.
Любой социум развивается, а вместе с ним претерпевает изменения и физиология отдельно взятых индивидуумов. Первобытные люди весьма смахивали на обычных обезьян, имели необычайно крепкие тела и маленькие, способные решать лишь примитивные задачи мозги. Процесс эволюции всегда основывается на умственном труде, но запас сил организма ограничен, иными словами, чем умнее становится особь, тем слабее ее мышечные ткани и костяная основа; чем сложнее мыслительные процессы, тем уязвимее тело к воздействию окружающей среды. Некоторые цивилизации эта закономерность привела к полнейшему вырождению, некоторым повезло больше, они уничтожили себя раньше, чем превратились в хрупких слизняков с маленькими, слабенькими тельцами – придатками мозга.
Кергарн не желал тратить ни времени, ни сил на создание хрупких, мягкотелых существ. Он хотел избежать ошибок природы, но для этого нужно было много экспериментировать, иметь целую тюрьму подопытных крыс и как следует изучить эволюцию тел нынешних обитателей Шатуры, тем более что именно их система воспроизводства и послужит основой для качественно нового поколения нежити.
За дверью раздались громкие шаги. Кергарн опять подсел к камину и спрятал лицо под капюшон. Слугам незачем было знать, как он выглядел, это удел людей, с которыми колдуну вскоре придется тесно общаться. Осторожность и предусмотрительность – залог успеха любого большого начинания. Кергарн не знал, каким способом, но рыцарям Ордена почти всегда удавалось считывать память и получать изображение из мозга убитых ими существ. Сам он был осторожен, а вот некоторым из его сородичей Озетов уже приходилось по нескольку раз менять обличье.
* * *
Вебалс не соврал, хозяйка дома действительно оказалась милой, заботливой, в годах, телесах и совершенно не «ахти». Плотные одежды, на которых еще сохранился отпечаток давнего купеческого благополучия, надежно маскировали раздувшуюся за последние годы талию. Когда-то лоснящиеся, розовые щеки стали отвисать и образовали не только второй, но и третий с четвертым подбородки. Холеные руки были натружены до кровавых мозолей, а в прошлом пышные волосы свисали с маленькой головки сальной паклей. Купеческая вдова находилась в стадии длительной метаморфозы, затянувшегося на годы превращения царевны обратно в квакающую жительницу болот.
Девичья красота меркнет не только с годами, но и от отсутствия достойного финансирования. Это аксиоматичное правило Палион хорошо усвоил еще в юности. Красочный образ приютившей их купчихи не опровергал, а только подчеркивал непреклонную истину жизни. Смерть мужа, утонувшего два года назад в небезызвестном гниющем водоеме, отразилась не только на внешнем виде хозяйки. Благодушная толстушка с романтическим именем Терена как-то странно смотрела на изможденных «дорогой» странников. Нет-нет да ее взгляд и соскальзывал ниже уровня поясных прях, нет-нет да крупные телеса и касались мужских рук в узком, плохо освещенном коридоре по пути наверх, где между пыльной кладовкой и ныне пустующей комнатой почившего супруга для путников были приготовлены две маленькие отдельные комнатки.
 
– Может, в комнату мужа попросимся? Все равно же пустует, – предложил Палион, с кряхтением укладывая помятые ребра и сломанную руку на мягкую, пуховую перину.
– Что, боишься спать один? – рассмеялся Вебалс, пока еще не собиравшийся идти в свою комнату. – Не бойся, Терена хоть в коридоре о нас бока и обтерла, но дальше дело не пойдет, слишком она степенна да пуглива, чтобы вот так сразу, в первую ночь к постояльцам приставать, так что дверь можешь не запирать, по крайней мере еще дней десять ничего не случится.
– Хочешь сказать, мы целых десять дней здесь прохлаждаться будем? – В голосе Палиона чувствовалось явное разочарование: ему не нравились пейзажи за окном и дикие нравы обитателей Нижнего Дукабеса.
– Тебе руку подлечить надо и еще…
– И еще?! – настойчиво спросил разведчик, чувствуя, что колдун пытается скрыть от него явную причину остановки у пышнотелой вдовушки.
– У нас есть дела, – ответил Вебалс, – точнее дело, оно одно, найти Кергарна.
– Полагаешь, твой дружок скрывается здесь, среди немытого сброда и грязи? – искренне удивился Палион. – Ну и пристрастия в вашем роду Озетов, ничего не скажешь… да вы просто любители экзотических мест и экстремального отдыха!
– Не иронизируй, его, конечно, здесь нет и быть не может, – произнес Вебалс, довольно убедительно притворившись, что понимает смысл слов «экстремальный» и «экзотика». – В нижнем городе слишком многолюдно и шумно, а в верхнем, наоборот, чересчур размеренная жизнь. Появление чужака в верхних кварталах сразу вызовет массу подозрений. К тому же возникнет необходимость притворяться аристократом, принимать участие в светской жизни городской верхушки и превратить свой дом в проходной двор для скучающей знати, а этого Кергарн не любит, это как раз и идет вразрез с его интересами, он ищет тишины и спокойствия, он ищет…
– Да-да, вот именно это и интересно, что же твой приятель все-таки ищет? – Палион попытался разговорить вдруг замолчавшего Вебалса.
– Если бы я только знал, – честно признался колдун. – Кергарн скрытен и весьма образован, очень опасное сочетание, в особенности для Озета. В последние месяцы атаки нежити стали менее интенсивными и хуже организованными, значит, Кергарн на время отошел от борьбы: ищет иное стратегическое направление для удара, прорабатывает какой-нибудь грандиозный план или занят исследованиями. Точно я сказать не могу, но знаю наверняка, вблизи Дукабеса он появился неспроста…
– Но мы же его вспугнули, – предположил Лачек, – он мог отправиться или в столицу, или еще куда.
– Нет, – уверенно произнес Вебалс и интенсивно затряс рыжими, торчащими в разные стороны бакенбардами. – Лежбищ на болотах и в чащах у него полно, даже мое появление, не способно заставить Кергарна изменить свои планы. Он где-то здесь, засел в окрестностях Дукабеса и разнюхивает обстановку.
– Телепат или нюх так хорошо развит?
– Не ругайся. – Вебалс снова не понял неизвестного слова, хотя сам денно и нощно обитал в чужих головах. – Ты что думаешь, ему только твари лесные служат? – печально вздохнул колдун. – К сожалению, рыцари Ордена правильно делают, что ищут приспешников темных сил среди горожан да селян. Охота на последователей Озетов не мракобесие, а вынужденная мера. Их действительно много, они спокойно живут среди людей и время от времени выполняют для своих хозяев кое-какие задания. Другое дело, что на одного сожженного на костре врага приходится более сотни невинно замученных душ.
– Ты хотел сказать «загубленных», – поправил Палион.
– Сначала замученных, а потом загубленных, замученных вусмерть, загубленных самым мучительным образом, не придирайся к словам, и так тошно! – неожиданно вышел из себя Вебалс и довольно сильно саданул кулаком по хлипкой двери. – Методы ведения борьбы Ордена весьма и весьма неэффективны, но иных нет, – резюмировал колдун, также внезапно успокоившись. – Я уверен, что «глаза» и «уши» Кергарна навострены сейчас на Дукабес, он где-то поблизости, а не удрал в столицу. Нам нужно найти ищеек Кергарна и допросить, перед тем как они вернулись к обычной жизни или их превратили в жаркое палачи Ордена.