Худший из миров. Книга 9 (СИ)

— Вставай, проснись! — Фейфэй нещадно дергала Олега за веко, стараясь привести того в чувство, — Ну же, сколько дрыхнуть можно!
«Великий и ужасный» отмахнулся от назойливой малой и приоткрыл один глаз.
— Наконец-то! — фея подлетела почти вплотную к глазу и требовательно заявила, — Давай сюда те небесно-голубые сапфиры.
— А другие камни тебя уже не устроят? — спросонья поинтересовался Олег.
— Небесные камни лучше всего подходят для наших целей. В своем дневнике Мажори писала, что самые удачные камни выходили тогда, когда среди них был хоть один небесный камень, хотя и процент успешного воссоздания уменьшался в разы.
— Так давай я тебе выдам один из сапфиров.
— Нет, — категорически запротестовала Фэйфэй, — У нас сейчас есть уникальный шанс создать камень-хранилище из самых лучших материалов, у нас неисчерпаемый запас энергии, и мы сами себе крылья обрезаем! Так нельзя, ты сам обещал, что поддержишь меня в моих экспериментах! И теперь, когда…
— Прекрати истерить, — перебил фею Олег, — Ладно, если ты у нас такая экспериментаторша, будут тебе небесные опалы, но камень, который получится, будет моим.
— Если он получится, то он будет твоим, — согласилась Фея, сделав акцент на слове “если”.
Видимо, в данный момент ее интересовала чисто экспериментальная сторона процесса.
Олег выполнил пас рукой, и на его ладони оказался ларчик с теми самыми небесными камнями. А дальше закипела работа. Под чутким руководством малой, наш герой разложил камни в круге, а после, так, на всякий случай, спрятался за спинкой дивана. Со слов малой, процесс должен был занять не так уж и много времени, что-то около пяти минут.
Пять минуточек растянулись в восприятии нашего героя на целое столетие, при этом в комнате творилось черти-чего. В воздух взмыли небольшие предметы, штукатурка принялась осыпаться со стен, а, ближе к финалу, уши заложил какой-то неприятный тонкий писк. “Великий и ужасный” прекрасно помнил последнюю попытку воссоздать подобный камень, помнил разнесенную в щепки комнату в цитадели “Морских псов”. И теперь он лежал за спинкой дивана, прикрыв голову локтями в ожидании неминуемого взрыва. Писк в ушах становился все раздражительнее и громче. В какой-то момент он достиг каких-то невообразимых децибел, перекрыв прочие звуки. А после все разом стихло. Мелкие предметы, что висели в воздухе, осыпались на пол вместе с кусками штукатурки и прочих отделочных материалов. И именно в этот момент Олег Евгеньевич четко осознал, что кто-то высаживает входную дверь. 
“Великий и ужасный” поднялся на ноги, отряхнулся, сбив с себя пыль, и внимательно оглядел помещение. До безобразия счастливая малая валялась в центре круга рядышком с кристаллом-хранилищем. У Фэйфэй все получилось. Камень имел чуть меньший, чем сама фея, размеры и был примерно на пять шестых наполнен синей светящейся жидкостью. Образец Татарина с этим “монстром” и рядом не валялся.
Олег Евгеньевич прошелся по комнате, подобрал камень и двинулся к двери, которая вот-вот грозилась слететь с петель. 
— Вы чего, совсем охренели! — неожиданно проорал Олег, отодвинув засов и раскрыв дверь настежь.
За дверьми стояли немного перепуганные Сэяс, Тараний и Мания в компании прислужников нагов. А в самой комнате, за спиной человека, наличествовала картина полнейшего разгрома. По стенам комнаты шли трещины, часть штукатурки валялась на пыльном полу, у небольшого окна снизу тлела массивная портьера, а в центре комнаты, посреди нарисованного круга, тяжело дыша, валялась донельзя довольная малая.
— Ни минуты покоя от вас нет! — гневно выпалил Олег и захлопнул дверь перед самыми носами Сэяса и Мании. 
“Великий и ужасный” прошелся по комнате, завалился на диван и, достав кристалл, принялся его внимательно рассматривать.
— Еще хочу, — довольно выдала малая, немного отдышавшись, — Как думаешь, хозяева не сильно на нас рассердятся за разнесенную комнату?
— Забей, — с невообразимым пофигизмом ответил Олег, — Ты же слышала, что говорил слепой гоблин? Я сделаю Ниссу новой Ашши, так что плевать — если надо, хоть весь город разнеси. Я так полагаю, наша дорогая хозяюшка закроет свои змеиные глазки на любые наши шалости.
 
Как бы в подтверждение сказанных слов, Олег принялся доставать из пространственного кармана драгоценные камни различной чистоты:
— Прелесть моя, не отказывай себе ни в чем.
И малая не стала. Фэйфэй экспериментировала еще четыре раза, и после каждой попытки ближники и хозяева дома ломились в комнату. После третьей попытки Олег даже не удосуживался вставать с дивана и поставить союзников в известность о своей собственной целостности. Малая каждый раз старательно комбинировала различные камни, заставляя Олега тщательно выкладывать их в определенной последовательности. Три попытки воспроизводства камня прошли успешно. А на четвертой в изысканиях подручной Командора произошла осечка. Наш герой, памятуя о последней неудачной попытке, уже был готов отправиться на перерождение, но что-то опять пошло не так. На сей раз не было какого-то большого взрыва или выплеска энергии. Драгоценные камни накалились до красна, а после попросту осыпались пеплом.
— Странно, почему они не рванули? — принялась вслух рассуждать малая, рассматривая кучки золы, — Может, потому что энергии было в избытке? — Фэйфэй вопросительно уставилась на Олега, ожидая не пойми какого ответа.
— По любому из-за этого, — авторитетно, на серьезных “щах”, подтвердил “ужасный”.
И малая, кивнув каким-то своим мыслям, принялась выбирать новые камни для своих изысканий. Вся эта сценка происходила на фоне громких ударов в мощную дубовую дверь и задавшейся огнем крышей над небольшим оконцем. К завершению пятой попытки ближники и хозяева дома все-таки умудрились снести дверь с петель. Как раз в этот момент Фэйфэй закончила действо и с блаженным видом упала в центр круга, обнимая камень-хранилище, наполовину наполненный синей светящейся жидкостью. Дверь рухнула на пол, и спасители узрели занимательную картину безмятежного разгрома. Безмятежным во всей этой картинке был сам “великий и ужасный”. Он сидел с невозмутимым видом, закинув ногу на ногу, на одном краю дивана, другая же часть этого самого дивана полыхала огнем. За спиной нашего героя медленно разгоралась крыша, от штукатурки не осталось и следа, а посреди комнаты, громко хохоча, в каком-то нездоровом экстазе, дергалась малая. От подобного безразличия спасители самую малость опешили, не решаясь ступить в комнату.
— Диван горит, — растеряно указала пальчиком Мания.
Олег с безразличным видом глянул на огонь:
— Хм… И в самом деле горит, — равнодушно подтвердил Олег так, словно он только заметил этот неприятный факт.
— Что-то нужно делать, — не менее растерянно предложила Мания.
— Что ж тут теперь поделаешь?
Олег поднялся на ноги, прошелся по наполняющейся дымом комнате и поднял с пола камень-хранилище. Затем “великий и ужасный” подобрал свою спутницу, ее книгу и молча направился прочь из задавшегося пожаром помещения. Олег вышел прочь и только после этого прислужники наги кинулись в комнату устранять пожар.
Пока хозяева дома тушили комнату, Олег в компании Сэяса, Мании и Тарания расположился в саду. «Ужасный» удобно приземлил свою пятую точку в садовом кресле, вытянув ноги, и с интересом рассматривал, как маги воды заливали сильно охваченную огнем крышу. Малая беззаботно уселась на спинку садового кресла, глядя ровно туда же.
— Тебя в гости лучше не приглашать, — Сэяс старался даже не смотреть в сторону горящего особнячка — видимо врожденное благородство подсказывало, что за подобные действия придется извиняться не один раз.
— Это точно, — довольно подтвердил дутлан, — Более того, я бы даже не стал говорить, в каком королевстве находится мой дом. Особенно, после того, как ты показал нагам камень силы.
— Да? — Олег отвлекся от картины пожара и внимательно глянул на здоровяка.
— Да, — подтвердил Татарий, — Тот синий камешек, с помощью которого ты проводил ритуал над своей пигалицей. Подобные камешки полагается иметь исключительно королям, императорам и сильным магам. Любой гость любого из королевств обязан при находке сдать подобные побрякушки имперским или королевским представителям. По идее, ты обязан сдать этот камень представителям семейства Ханишшь. В противном случае, тебя могут казнить без суда и следствия. Таковы законы.