Топить в огне бушующем печали. Том 1

Но все ее намерения оборвались, когда в ушах раздался голос таинственного господина: «Как вы обычно поступаете?» Тонкий, словно шелковая нить, он шел издалека, но звучал совсем близко, невероятно четко, как будто передавался через динамик телефона. И проникал прямо в ушную раковину, да так искусно, что другие вообще ничего не заметили.
Пин Цяньжу напряглась всем телом.
«Всего лишь передача звука, это не страшно, не бойся, – кое-как выговорил на корявом путунхуа Шэн Линъюань. – Отвечай тихо, я услышу».
Чтобы проверить, а возможно ли это, Пин Цяньжу вытянула шею и немного высунулась из укрытия. Как оказалось, ее и «духа меча» разделяло расстояние минимум в пятьдесят метров. Следом, чуть не плача, она подумала: да ему радаром нужно быть, чтобы уловить ее звуковой сигнал!
Ситуация, конечно, аховая, и любое шевеление – что мертвому припарка, но делать нечего, пришлось притвориться, что все в порядке. Пин Цяньжу, стараясь шептать на грани слышимости, будто собеседнику на ухо, начала объяснять протоколы отдела:
– Раньше мы использовали специальный прибор, который называется «ревербератор». Он нужен в случаях, когда гражданские увидели что-то лишнее. Это такое устройство, которое создает специальные звуковые волны, и они в течение короткого времени меняют человеческие воспоминания.
Слушая ее, Шэн Линъюань с непоколебимым спокойствием наблюдал, как один из полицейских заковывает его в наручники. Сопротивляться он и не подумал.
«Почему не воспользуешься?» – мысленно спросил он.
– Нельзя! – громким шепотом откликнулась Пин Цяньжу. – Нужны специальные условия! Сначала надо поговорить с очевидцем, вызвать у него воспоминания, относящиеся к происшествию, и лишь тогда произвести эти волны на нужной частоте. Если все правильно сделать, ревербератор войдет в резонанс с головным мозгом очевидца и ослабит синаптические связи между нейронами, задействованными в вызванном воспоминании, а затем снова возбудит гиппокамп, где фиксируются введенные скорректированные воспоминания. Это очень сложный процесс, потому что воспоминания очевидца, как правило, эмоционально ярко окрашены. И при воспроизведении нужного события в организме обычно происходят все сопутствующие физиологические реакции: повышается активность миндалевидного тела, наблюдается устойчивое возбуждение гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси и так далее. Иногда после коррекции воспоминаний вся прочая активность нервной системы человека остается рассогласованной, из-за чего у очевидца могут впоследствии возникать криптогенные судорожные приступы и паника. А если коррекция окажется недостаточной… ну, это уже катастрофа, надо принимать другие меры. Даже опытным сотрудникам приходится применять ревербератор несколько раз. Но потом, когда к нам перевелась госпожа Би… то есть Би Чуньшэн, работать стало гораздо проще и приятнее, потому что ее «особая» способность делала то же самое, но гораздо мягче…
Переваривая ее объяснения, Шэн Линъюань ответил далеко не сразу. Между делом он подумал: откуда родом эта девчушка? И почему ее наречие так сложно понять? Наконец он решил отмести все лишнее и перейти к главному:
«Просто скажи, чего не хватает».
– Времени и рабочих рук, – быстро переключилась Пин Цяньжу. – «Особая» способность Сяо Яна – обычное «сопереживание». То есть он так тесно связан с человеком, что просто не справится с задачей внушать что-то новое. К тому же он никогда прежде не работал с ревербератором, у него совсем нет опыта. Остаемся мы с Ло Цуйцуем, но у меня тоже мало практики…
«Ничего страшного», – торопливо прервал ее Шэн Линъюань.
– И еще кое-что! – поспешно вставила Пин Цяньжу. – Ревербератор можно использовать только в изолированном, абсолютно герметичном, помещении, а иначе звуковые волны разойдутся слишком широко, и тогда случится резонанс с каждым случайным прохожим, и психика оператора не выдержит…
«Готовь этот предмет, я все сделаю» – велел ей «дух меча».
Пин Цяньжу на секунду замерла, прикидывая, нужно ли его слушаться, но затем поняла, что других идей у нее нет, а значит, придется следовать указаниям. Стиснув зубы, она достала из сумки небольшую, примерно с ладонь, круглую коробочку. Выложив ее на асфальт, Пин Цяньжу вытащила оттуда несколько антенн, напоминающих усики насекомого. Это была походная модель ревербератора, упрощенная и легкая, и, как следствие, с очень малой мощностью. С помощью этого устройства можно было работать только в ограниченном диапазоне и воздействовать на одного (максимум двух) очевидцев. Но даже так ревербератор не функционировал сам по себе – ему требовался «психический» усилитель, то есть человек, который будет внушать другие воспоминания.
 
Увидев, что делает их коллега, Ло Цуйцуй и Ян Чао обменялись растерянными взглядами.
– Цяньжу, это ты зачем? – забеспокоился Ян Чао.
Отвечать было некогда, поэтому Пин Цяньжу просто молча выдала тому и другому специальные беруши, которые экранировали всякое звуковое воздействие. Распорядившись вставить их в уши, она откинула крышку коробочки и вытащила нечто, напоминающее «бобы» беспроводных наушников. Проделав все это, Пин Цяньжу сообщила «духу меча»:
– У меня только десятикратный усилитель. Так как его передать тебе?
В этот момент полицейский, закончив защелкивать наручники и обыскивать Шэн Линъюаня, пихнул его вперед, чтобы пошевеливался и шел куда следует. Владыка людей покачнулся, отступил на полшага, но ничуть не вспылил. По крайней мере, в ушах Пин Цяньжу раздался такой же спокойный голос: «Усилитель? А что это?»
Пин Цяньжу от его вопроса похолодела и совсем отчаялась. Не знает, что такое усилитель, почти не понимает путунхуа… да как он собрался работать с ревербератором?!
– Ну, если кратко… Он позволяет сознанию оператора взять верх над всеми другими сознаниями, которые оказались в диапазоне…
«Тогда не нужен. Приготовься», – кратко ответил Шэн Линъюань и умолк.
Следом Пин Цяньжу мрачно подумала: к чему готовиться? Разве что к смерти…
Но замешкаться ей не дали. Секунду спустя она с ужасом наблюдала, как ее рука сама по себе тянется к берушам, затыкает ими уши и нажимает кнопку ревербератора. Примерно так же в День холостяков она сама по себе тянется к мышке, чтобы в разгар распродаж кликнуть по бросовой шмотке и отправить ее в корзину.
Ревербератор заработал. Раздалось гудение особых звуковых волн, которые стремительно разошлись по округе. Накрыло всю площадку перед входом в торгово-развлекательный центр.
Разумеется, Шэн Линъюань так до конца и не понял, что за предмет такой, этот «ревербератор», но догадался, с каким старинным изобретением он схож. И осознать это помогло упоминание Би Чуньшэн и ее «особой» способности. Насколько Шэн Линъюань помнил, в жилах этой смертной старухи текла очень разбавленная кровь кошмарного зверя-яньшоу, и это родство почти не давало о себе знать. Не помешайся Би Чуньшэн – и Шэн Линъюань никогда бы не учуял от нее характерный запах этого существа.
Клан зверей-яньшоу еще называли Кланом Кошмаров, и в бытность свою они представляли значимую угрозу. Каждый их мастер тайных искусств мог в одиночку отправить целое войско в мир бесконечных кошмаров, и даже превосходные воины не сумели бы этому противостоять. Многие из них, блуждая среди бесконечных иллюзий, рано или поздно умирали от изнеможения. Чтобы одолеть могущественную магию яньшоу, люди перепробовали множество средств, пока не создали Ветрозащитный камень. После особой обработки его разделяли пополам, а само войско делили на боевые двойки. Одному в этой паре выдавалась одна половинка, другому – вторая, и если кто-нибудь из такой двойки попадал в ловушку, второй всегда приходил на помощь. Ветрозащитный камень позволял тем, кто разделит его, сохранять ясность ума, что, в свою очередь, помогало выявить и разрушить любое магическое построение изнутри. Носители Ветрозащитного камня делили между собой грусть и радость, чувствовали другого как себя, а значит, могли друг на друга воздействовать. Примерно то же самое делал «ревербератор», описанный девчушкой из нового ведомства Цинпин. Однако работал он куда незаметнее и тоньше.