Аратта. Книга 6. Черные крылья

Вон она, эта дудочка, у девки в руках. Дудка из кости твари, не принадлежащей этому миру. Андемо был уверен: если услышит звук, то сразу узнает. Нежные, звонкие, переливчатые звуки – и горы сдвинулись с места… Уже дважды беглецы слышали голос дудки, и всякий раз после этого начиналось нечто ужасное.
– Мой товарищ правду сказал, – заговорил Андемо. – Варлыга с родичем в самом деле возвращаются домой. Но не я – моя родина осталась в Бьярме. Думаю, я никогда ее уже не увижу. Мы беглецы. Мы едва ускользнули от смерти. Ушли от погони под Змеиный Язык и решили, что спасены.
– Кто же вас преследовал? – спросил Мазайка.
Андемо помешкал, думая, с чего начать.
– Много лет назад Аршалай, повелитель Бьярмы, повелел копать Длинную Могилу.
– Что это?
– Огромное рукотворное ущелье. Можно много дней идти вдоль него, а оно все не кончается. Сейчас оно протянулось от моря почти до гор Холодной Спины… Когда оно будет выкопано, в него хлынут воды Змеева моря и оно превратится в новую реку…
– Зачем? – озадаченно спросил Мазайка.
Он пытался представить подобное ущелье, но ни образ его, ни смысл не укладывались в сознании.
– Со всех подвластных Аратте земель туда присылают несчастных, – продолжал бьяр. – Они копают и долбят землю, пока не погибают. Мужчины падают от непосильного труда, их семьи умирают от голода… Однако повелитель Аршалай безжалостен. Он говорит – это священный труд для спасения от вод Змеева моря! Но это неправда. Боги очень рассержены на арьев. Скоро грядет возмездие – и не хотелось бы оказаться там, где грянет гром!
– А! – догадался Мазайка. – Так вы были среди тех, кто копает это ущелье, и вы убежали, да?
Бьяр кивнул:
– Нас было больше. Арьи не любят марать руки убийствами – для таких дел у них есть накхи, змеиные люди. Те отвергают всех богов, кроме Первородного Змея. Это само по себе скверно, ибо Змей правит морем, а море – темная бездна, равнодушная ко всем живущим на суше. Накхи сторожат ров и убивают тех, кто хочет сбежать. Однако нам удалось обмануть их, спутать следы и оторваться…
Андемо с тоской поглядел во тьму.
– Нас было больше, – повторил он. – Со мной было два брата. Одного мы потеряли, как только вошли в пещеры. Второго погубил подземный огонь…
– Огонь?
У Мазайки мурашки побежали по спине. Он бросил быстрый взгляд на Кирью, вспомнив рассказ о ее видении. Уж не погубила ли она брата Андемо игрой на костяной дудке? Всякий раз, как Кирья берется на чем-нибудь играть, вокруг все рушится!
– У Варлыги остался хотя бы Дичко, – печально продолжал бьяр. – Все его прочие соплеменники тоже сгинули в подземельях один за другим. По правде говоря, когда начали рушиться своды пещеры, мы были уверены, что нам всем конец…
…Трещина уходила вниз. Из темной глубины веяло смертельным холодом. Люди спотыкались и скользили по ребристому полу. Гладкие стены трещины обросли застывшими наледями, словно некогда прежде струился поток, а потом мороз сковал его. Невыносимый грохот понемногу отдалялся, разлитое в воздухе синее свечение угасало. Дальше беглецы спускались на ощупь в полной тьме. Кто-то поскользнулся, упал в воду и выругался, – как-то незаметно оказалось, что по дну трещины бежит ручей. Вскоре он разлился от стенки к стенке. Пришлось шлепать по воде, и вскоре никто уже не чувствовал ног.
«Куда мы идем?» – спросил кто-то, когда они остановились отдохнуть.
Беглецы потеряли счет времени и понятия не имели, где находятся. Воздух обжигал холодом, ледяные стены высасывали силы.
«Вперед», – ответил Варлыга.
Больше сказать было нечего. Мог бы только добавить – как можно дальше от рушащихся гор и ползущего над головой свода. Позади – верная гибель. Впереди… Он просто следовал за ручьем. Опыт подсказывал: текучая вода рано или поздно найдет себе выход на поверхность. Но когда и как и смогут ли они пройти этим путем – знают лишь боги…
«Мы заблудились! – надрывно крикнул один из дривов. По голосу было ясно, что он находится на пределе сил. – Мы погибнем здесь… Надо возвращаться!»
 
Его поддержали и другие голоса. Позади грозил гибелью обвал и сторожили ловчие Каргая – но все это уже не казалось людям таким уж страшным по сравнению с черной ледяной бездной впереди…
«Нет, надо иди дальше, – решительно поддержал вожака Андемо. – Мы сейчас пойдем через вековые льды. Здесь все ручьи текут на полдень. Вода точит ходы во льду. Будем просто следовать за водой. Если боги будут к нам милостивы – мы пройдем насквозь и выйдем с другой стороны гор».
«Боги? – угрюмо повторил кто-то. – У бьяров есть подходящий бог, чтобы помолиться ему? Или надо воззвать к богам мохначей?»
«Я воззову к любым богам и пообещаю любые жертвы, если они помогут нам выбраться из этой ледяной преисподней, – рявкнул Варлыга. – Вперед!»
Андемо вдруг застыл, ощущая, как волосы становятся дыбом. Издалека, из тьмы, хрустальным эхом отражаясь от выглаженных водой и морозом стен, лились нежные, чистые звуки…
Не прошло и мгновения, как земля затряслась у них под ногами. Заплескала вода, с потолка острым ливнем посыпались сосульки… В недрах гор снова начал нарастать глухой грохот.
«Боги ответили нам! Вперед!» – заорал Варлыга, пока страх нового обвала не лишил его людей остатков разума.
Треск льда, шум потока…
– …так мы бежали во тьме, – говорил Андемо, то ли рассказывая, то ли просто вспоминая вслух. – Падали острые ледяные осколки, катились камни, бурлила вода. Нас становилось все меньше, но мы даже не знали об этом; каждый думал лишь о том как спастись самому. Мы бежали, словно в полубреду, не чуя от холода ни рук ни ног. Шум затих, и земля перестала качаться, но мы даже этого не заметили. В конце концов мы увидели свет.
Когда мы перевели дух и немного отогрелись, то поняли, что подземные боги приняли жертву и выпустили нас. Мои братья узнали место, куда мы вышли, – они бывали здесь прежде. Только ходили в эти края поверх Змеиного Языка, а не под ним…
Андемо ладонью расчистил кусок земли возле костра и принялся чертить, изображая нечто вроде змеиной головы, держащей в пасти острый камень.
– Глядите: южная оконечность Змеиного Языка разделяется на два извилистых отрога, огибая Алаунские горы. Люди редко заходят туда, но это не совсем необитаемые земли. В горах гораздо теплее, чем на Змеином Языке, из-за сотен горячих источников. В тамошних долинах водится множество жутких тварей. Между южным краем Змеиного Языка и Алаунскими горами – сырые заболоченные равнины. Неплохое место для охоты. Там пасутся стада оленей с самыми большими рогами, какие только можно вообразить… Наши охотники ходят туда по весне на промысел за молодыми, еще мягкими оленьими рожками – это волшебное средство от многих болезней… Водятся там и дикие кони, косматые и злые. Варлыга думал было поймать их, но это пустое дело…
– А что там, в Алаунских горах? – негромко спросила Кирья. – Ты сказал – чудовища?
– О да! Те, кто туда ушел, обратно уже не вернулись. Но даже издалека мы видели ужасающих птиц. Да и птицы ли это? Сущие нетопыри, только огромные. У них нет перьев, перепончатые крылья обтянуты черной кожей. У тварей длинная пасть, полная зубов, они могут растерзать любого… Раз мы вышли прямо к скале, где они гнездились… Ох как мы оттуда улепетывали!
Андемо содрогнулся, вспоминая, и не заметил, с каким жадным любопытством его слушает Кирья.
Некоторое время бьяр помолчал, подкинул валежника в огонь. Где-то вдалеке прогрохотал обвал. Должно быть, еще один склон подался и теперь сползал вниз, увлекая с собой травы, камни и лед.
– Что-то очень плохое происходит со Змеиным Языком, – сдавленным голосом сказал Андемо. – Мохначи неспроста прозвали эти горы Ползучими. Я подозреваю, горы ползут так быстро, что разрушают сами себя. Когда мы пересекали равнину между отрогами, мои братья не узнавали их. Там все изменилось! Звери уходят, реки разливаются… И обвалы… Каждую ночь меня мучили страшные видения. Казалось, вокруг черепа исполинских зверей…