Девочка из прошлого (СИ)
— Но разве дом сохранился?
Давид отвечает, что Влад ремонтировал дом, а у меня внутри поднимается волна эйфории. Хочется разделить свои счастливые воспоминания с самым главным мужчиной в жизни.
— А работа?
Желания желаниями, но нельзя быть такой эгоисткой. Мне безумно хочется побыть вдвоём, но и напрягать так сильно я тоже не могу. Тем более, если он собрался не спать ночь, а сидеть за документами.
— Или можем на несколько дней после поехать? — Опять читает мои мысли? Или я действительно громко думаю, как он иногда шутит. — Сашуль?
Прежде чем ответить хочу услышать ответ на важный вопрос.
— Зачем ты меня остановил?
Давид шумно вздыхает и вместо ответа предлагает выйти в сад. Выпускает Чака и тот радостный начинает прыгать по траве.
— Когда нашел в шкафу сумку, всё понял…
Я ощущаю отчаяние, сквозящее в словах, на физическом уровне. Самое страшное в том, что я хотела сделать счастливым его, а, получается, поступила как эгоистка, оставляя вариться в непонимании и собственной боли.
***
Мужчина останавливает машину на парковке клиники. Внушительное здание, я бы даже сказала, немного помпезное. Как-то боязно заходить внутрь, а ещё я стесняюсь. Все-таки мои вещи далеки от того уровня посетителей, к которому привык персонал. Давид замечает мое смущение, но интерпретирует по-своему. "Не бойся", — берет за руку и ведет за собой.
Внутри ещё круче, чем снаружи. А еще меня начинает трясти от страха, что придется рассказывать врачу о прошлом.
— Подождешь меня здесь? — показывает на уютные светлые диванчики в углу.
К горлу подкатывает тошнота от волнения. Я рада небольшой передышке.
— Малышка, я тебе скину одно письмо, посмотришь?
Серьезно? Сейчас?!
Удивлённо таращусь на улыбающееся лицо. С опозданием понимаю, что он всё понял и просто хочет отвлечь.
— Да. — От долгого молчания голос хрипит. Откашливаюсь. — Да, пересылай.
Чмокает в губы, ни сколько не стесняясь окружающих, и уходит. Тут же на телефоне звякает оповещение о новом письме.
К моменту, когда за мной приходит медсестра, я успеваю набрать одну треть текста с переводом. На телефоне это делать сложнее. Паника моментально начинает подкатывать снова, но немного утихает, когда в кабинете вижу Давида.
К счастью Ольга Михайловна, как зовут врача, не задает никаких вопросов о причинах обращения. Предлагает пройти за ширму и раздеться для осмотра, а Давиду подождать в коридоре. Он недовольно поджимает губы, но выходит.
Стандартная процедура не приносит никаких неприятных ощущений. Мне хочется задать некоторые вопросы, но я теряюсь строгого вида и молчу.
Врач приглашает Давида обратно, и, пока я одеваюсь, говорит, что со мной все в полном порядке, никаких ограничений нет. Протягивает листы с перечнем анализов и мы идем в процедурный кабинет.
— Не боишься? Пойти с тобой?
— Не боюсь. — Мне приятна его поддержка, но я ухожу в мысли о том, что именно рассказал мужчина врачу. Понятно же для чего сдавать такой перечень показателей.
— Жду тебя здесь.
Медсестра быстро и аккуратно берет кровь, перебинтовывает место взятия, хоть и пытаюсь убедить, что нет необходимости.
Выхожу и сразу попадаю в крепкие объятия.
— Всё в порядке?
— Угу. — На секундочку позволяю себе уткнуться носом в грудь и вдохнуть любимый запах.
— Завтракать и… — Поднимает за подбородок мое лицо, чтобы заглянуть в глаза. — Может, со мной на работу? Или хочешь домой?
— Хочу с тобой.
Давид просит подождать и идёт оплачивать. На выходе шиплю, что мог бы выбрать место поскромнее, получая в ответ:
— Милая, давай ты не будешь мешать мне быть мужчиной?
Остаётся только вздохнуть.
Весь день проводим вместе. Сначала заезжаем в офис, где Давид утопает в кипе бумаг. Неудобно же сидеть сложа руки и я предлагаю помощь. Мне доверяют разложить документы по папкам, а затем отправляют к Вадиму помочь отвечать на деловые письма. К концу третьего часа я уже вполне могу самостоятельно набирать тексты без диктовки, Вадиму остаётся за мной только проверить. В обед появляется Егор, скрывается в кабинете у Дейва, а потом выходит и зовет меня с ним пообедать, потому что мой мужчина погряз в делах.
Давид выглядывает из кабинета, быстро целует и просит сходить с Егором, потому что ему нужен еще час, и он со всеми срочными делами разделается. Есть я не хочу, и вполне могла бы подождать этот час, но Егор уже настойчиво тянет под локоть в сторону выхода.
Приезжаем в уютный ресторанчик. Но для меня опять же все это с приставкой чересчур. Мне кажется, я не смогу привыкнуть к их миру и уверенности, с которой они себя ведут. Что Давил, что Тим, что вот Егор…
Заказываю сок и тут же получаю мягкий выговор, что ничего не ем. Пытаюсь объяснить, что не хочу, я так привыкла, но, похоже, говорю сама с собой. Егор выбирает на свой вкус.
Пока ждем заказ, спрашиваю про девочек и Ксюшу. У него глаза горят, когда говорит про жену. А потом он интересуется моим детством, учебой. Вспоминаю забавные случаи из интерната и он заразительно хохочет. Принято считать, что детский дом это мрак и ужас… Конечно, там несладко хотя бы потому, что ты одна, всегда одна. Но дружба, родившаяся в тех стенах, навсегда. Да и весёлых моментов тоже много, ведь дети умеют и любят шалить.
Егор смеется над очередной историей, когда сзади раздается голос Давида. Первым делом он садится рядом, притискивая к себе и напористо целует.
— Соскучился.
Егор смотрит на нас чуть прищурившись и широко улыбается, а потом начитает собираться. Хочет оставить нас одних или кое-кто попросил меня развлечь? Давид внимательно следит за мной и выдаёт моими же словами.
— Оставайся, а одна несносная девчонка уже решила, что я тебя попросил её отвлечь.
Нет, он точно умеет читать мысли. Егор снова улыбается и возвращается на свой диван. Я думала, начнут говорить о делах, но нет. Мы продолжаем рассказывать смешные истории и отлично проводим время, пока Давид обедает.
Прощаемся и едем в "Лагорио". Там всё готово уже. Очень красиво. У Давида прекрасное чувство вкуса и стиля. И, несмотря на то, что тут роскошно, еще здесь очень уютно. Когда Давид уходит с администратором что-то проверять, сбегаю в машину. Помню про прошлый визит бывшей девушки и не хочу повторения. Слишком много сегодня потрясений и без неё.
Следующая на очереди больница. Мама Давида очень тепло улыбается, тянется с объятиями. В носу щиплет от трогательности момента. Давид качает головой, когда мама просит его сходить "попить кофе", но выходит. Агата Львовна берет меня за руку и говорит, что она счастлива, что её сын меня встретил. От ее слов разливается теплота в душе. Такое спокойствие — спокойствие. Но это минутная заминка, мама Давида переводит тему и рассказывает о своих планах, новых теплицах и цветах. Она не очень опытный огородник, но когда у человека горят глаза, всё точно получится.
Вспоминаю, как у бабушки вдоль дорожек цвели желтые и оранжевые кустики. После непродолжительных поисков находим, что цветы называются бархатцами. Делаю скрины и отправляю Агате Львовне по её просьбе. Минут через двадцать приходит Давид и забавно морщит нос, спрашивая, наобсуждались мы уже или нет. Мне очень нравятся его отношения с родителями. Такая семья-семья. Как я себе всегда представляла.
После клиники у Дейва несколько встреч, мы едем вместе. Я не считаю себя уместно одетой для таких мероприятий, не хочу, чтобы рассматривали, поэтому делаю вид, что задремываю, и мужчина оставляет меня в машине, прикрыв своим пиджаком. Укутанная его ароматом я и в самом деле засыпаю.
Мне снится, что я перышко и меня несет ветер. Так приятно, плавно двигаюсь вверх. Только «приземлившись» на кровати приоткрываю глаза и вижу довольное лицо любимого.
— Выспалась, малышка?
— Угу. Я так долго спала, да?
Давид смеется и говорит, что успел на три встречи, а я все сопела, как ежик, свернувшись клубочком. Особенность организма: после сильной встряски меня «выключает» из реальности.