#Zолушка в постель (СИ)
Алекс сидит за столом и ест бутерброд с большим куском буженины. Ничего особенного в этой картине нет, кроме того, как выглядит младший Крестовский. Он словно подрался с носорогом, потому что на его лице красуется огромный синяк, губа разбита, а ухо даже посинело и припухло.
Я тут же вспоминаю грохот, разбудивший меня ночью, и ужасаюсь догадке – скорее всего, в нападении был виноват Алекс. Но что он такого сделал? Кому задолжал? А главное, как мне себя с ним вести?
Ладно, он и так получил, судя по лицу. Пусть разбираются сами, жить в атмосфере постоянной ненависти я просто не смогу. Поэтому буду делать вид, что части Крестовских просто не существует. Нет заносчивой и стервозной Крис, нет ублюдка Алекса, из-за которого я пережила несколько отвратительных часов. Есть весельчак Сергей и… Игорь. С ним сложнее и, чувствую, будет еще хуже.
Я помогаю Марине (правда, скорее больше мешаю, но экономка не возмущается и позволяет мне мариновать мясо для ужина). Вплоть до самого выхода я остаюсь на кухне и мысленно молюсь, чтобы Игорь не спустился. На нетронутый поднос экономка отреагировала очень спокойно, но от меня ведь не укрылось, с каким интересом она на меня взглянула. Даже закралось подозрение, что из кабинета Игоря еще целыми и невредимыми не уходили, иначе чего она так удивлена?
Когда часы показывают пятнадцать минут одиннадцатого, я беру сумку с документами и выхожу из дома. Напротив уже стоит здоровая черная машина, возле которой трутся два охранника в неизменно черных костюмах.
– Анна Артемовна, – кивает мне один из них. – Мы готовы.
А я – нет! Я не готова к этой жизни, не готова к тому, что, если мне хочется куда-то съездить, я должна позвонить и вызвать машину. Не готова к тому, что даже чай я не могу сделать сама, ведь на кухне властвует Марина, а она, вместо того чтобы объяснить, где лежат заварка и чайник, улыбается и делает все сама.
Не готова и не уверена, что когда-нибудь привыкну. Но это не значит, что я не испытываю удовольствия, в редкие моменты чувствуя себя принцессой.
Прежде чем я иду к машине, дорогу мне преграждает красная спортивная машина, и, кажется, я знаю, кому она принадлежит.
– Куда собралась, Золушка? – усмехается Серж. – Давай подвезу.
К нам подходит охранник.
– К врачу, – говорю я. – Показать руку. Но, боюсь, Игорь убьет меня, если я поеду с тобой.
– Звони, – бросает Серж охраннику.
Тот незамедлительно достает телефон:
– Игорь Олегович, Анна Артемовна хочет поехать с Сергеем Олеговичем.
Я в напряжении пытаюсь прислушиваться. Не разрешит. Или разрешит? Непредсказуемый, этот Крестовский.
– Мы поедем за вами, – наконец говорит охранник.
– Вот видишь, – хмыкает Серж, – мамочка разрешила нам погулять.
Мне нравится в машине Сержа. Во-первых, я сижу на переднем сиденье. Во-вторых, она… не знаю, какая-то обжитая, что ли. Машины, которые Игорь присылает за мной, одинаково роскошные и безликие. В машине Сержа приятный пряный запах от ароматизатора, болтается забавный паучок на леске. А еще он явно любит гонять, но периодически поглядывает в мою сторону и сбрасывает скорость, словно вспоминая, что едет не один.
– За что его так? – вырывается у меня.
– Кого?
– Алекса. На нем живого места нет.
– За то, что играть любит не в кубики, – усмехается Серж. – Этот говнюк давно по мелочи проигрывал, отца не напрягало, а Игоря бесит. Он ему ограничил лимит на карте и стал контролировать все траты. Алекс стал по мелочи снимать и отмазываться: то тренеру отдал, то девчонку снял, то туда, то сюда. Игорь поставил за ним слежку. Отрубил вообще на хер карту, выдавал каждое утро на карманные. Ну а этот дебил залез в долги. Вчера получил.
– Не только он, – усмехаюсь я.
– Да, – Серж мрачно кивает. – Хреново вышло. Но теперь ни один мудак не подойдет, Игорь тебе дал Германа, он служил не то в спецназе, не то в ВДВ по контракту. Любого, кто подойдет, утопит в фонтане. А если фонтана не найдет, то будет в багажнике возить, пока не представится случай.
Я смеюсь, представив себе сурового Германа, который возит в багажнике нападавшего. Только я понятия не имею, кто из этих двоих амбалов Герман. Надо будет выяснить.
– Кстати, что ты сделала с Игорехой? Он с утра чуть высоковольтный кабель с психу не перекусил.
– Да ничего я не делала, – смущенно бурчу. – Просто он меня доводит.
Серж смеется:
– Он тебя? Или ты его? Я начинаю думать, что у вас любовь такая… как в средней школе.
– Игорь лезет в мою жизнь. В те аспекты, которые я и без него могу контролировать. И делает это… Мне не нравится его тон. Он постоянно издевается, хамит! Я не прошу быть веселым и гостеприимным, но раз уж такая фигня случилась, что мне придется – хотя, опять же, я-то могу отказаться в любой момент – жить с вами, можно как-то свести на нет неприятные последствия?
– Слушай, ну с ним все понятно, он в гробу видел всю эту компанию, родственную хреноту и сохранение семейных ценностей, вот и бесится, а ты-то? Ты ж девчонка, прикинься слабенькой, дай ему почувствовать себя защитником. Прогнись немножко, пройдет время, он на тебя забьет. Как только убедится, что ты не собираешься участвовать в оргиях и снимать это для «Ютуба». Меньше всего Игорю сейчас надо, чтобы с ним связали какой-нибудь скандал. А он тебя не знает. Мало ли как ты примешь кучу денег. Может, в запой уйдешь, а может, решишь в сериале сниматься.
– Об этом же можно сказать спокойно.
– Наивная ты, Калинина.
– Может быть. Но если Игорь хочет, чтобы его не бесили, то пусть скажет прямо и вежливо, чего от меня хочет и чего опасается.
– Понятно, – с какой-то странной усмешкой говорит Сергей.
Мы как раз подъезжаем к медцентру. Я думаю, что сейчас Серж высадит меня и поедет дальше, но он, к моему удивлению, паркуется и выходит, чтобы открыть мне дверь.
– А ты…
– Ну что, я тебя оставлю одну бегать по кабинетам с забинтованной рукой? А если гипс наложат?
– А… Герман?
– Да он же вэдэвэшник, – фыркает парень. – С принцессами обращаться не обучен.
Спустя буквально десять минут я понимаю, что Серж явно послан мне судьбой в награду за неприятности. По крайней мере сегодня. Потому что народу в медцентре столько, что я теряюсь и понятия не имею, куда мне нужно идти. Записана ли я уже? И можно пройти к кабинету? Или сначала отметиться у администратора? К счастью, Серж просто берет меня за руку, открывает двери с надписью «служебное помещение», и мы оказываемся на пустой лестнице. По ней попадаем в приемную главного врача и так же, без стука и вопросов, заходим в его кабинет.
– Здрасте, дядь Леш, я вам пациентку привел.
– Сергей, – врач ничуть не сердится и даже улыбается, – давно к нам не заходил. За здоровьем надо следить, спортсменам особенно!
– Да слежу я, слежу, у нас в клубе есть спортивный терапевт, до нее ближе. Нам на рентген к одиннадцати, куда ее вести?
– Сейчас, минутку в коридоре подождите, сам провожу.
Мы ждем врача, а потом вместе с ним идем к рентген-кабинету, куда проходим тоже без очереди, через другой вход. Я много сталкивалась с больницами и процедурами, а потому оцениваю скорость и комфорт. Почти сразу мне выдают снимок, а врач сам перебинтовывает поврежденную руку.
– Перелома нет, ушиб, гематома, вот рецепт на очень хорошее средство, мажьте на ночь. Рецепт на обезболивающие тоже дам. Не перегружайте руку и постарайтесь даже во сне на нее не опираться, кладите на подушечку. Если будет болеть сильнее – сразу же приезжайте. Поправляйтесь, Анна Артемовна. Сергей, не желаешь пройти осмотр?
– Не, я в клуб опаздываю, – усмехается Серж. – Поехали, довезу до дома, чтобы мамочка не волновалась. А то и мне прилетит.
Когда мы выходим из центра, меня вдруг осеняет.
– Сереж, а мы… м-м-м… можем поехать к тебе в клуб вместе? Я заскочу буквально на минутку, а потом поеду домой с… ну, ребятами. И тебе не нужно будет тащиться домой, сразу поедешь на работу.