Волчья натура. Зверь в каждом из нас

Арчи не обманулся в ожиданиях. Затеял с Ядвигой ныряние на дальность и уже на пятой минуте обнаружил отточную трубу в дальнем углу прямоугольного пруда. Труба действительно была забрана сеткой, но крупноячеистой, и флакончик пропихнуть скорее всего удалось бы без особого труда.
«Отлично, — подумал Арчи удовлетворенно. — Рискну. Дня через три-четыре, когда пооботрусь, а волки привыкнут к нюфу-паиньке».
Потом он долго лежал на горячем, горячее вечернего воздуха, бережку и жмурился на закат. Солнце валилось за гряду далеко на западе, и косые багровые лучи простреливали базу насквозь; за полусферическими куполами строений сгущались чернильные тени. Как оглашенные стрекотали цикады, а где-то в горах отчетливо хныкал шакал. Далекий дикий родич любого из людей. Он и хныкал совсем как ребенок — жалобно, с подвыванием.
Вода освежила Арчи, придала ему уверенности и спокойствия.
«Все мы из воды вышли, — философски подумал Арчи. — Не оттого ли нас туда так тянет?»
Джипы вернулись еще перед ужином; хозяйский лимузин — когда Арчи окончательно обсох и принялся одеваться.
Вовремя Арчи это затеял: волк-гонец явился за ними в момент зашнуровывания второго ботинка.
Разговор (впрочем, если выражаться точнее — не разговор вовсе, а перепалка) Варги с Расмусом состоялся в уютном кабинете, видимо, в рабочих пенатах первого человека «Чирс». Присутствовали Варга, Сулим Ханмуратов, еще двое из местных и волки — Расмус, Веном и Лоренцо. Когда Арчи постучался и вошел, Расмус отрывистым кивком головы указал на стул рядом с собой. Арчи послушно сел. Ядвига устроилась чуть в стороне, ближе к входной двери.
В кабинете было прохладно, кондиционеры работали на совесть. Сам Варга сидел за столом, самой заметной деталью на котором был ворох весьма разнообразных газет — взгляд Арчи зацепился за оборванный титул «Парагон Беоба…» и за окончание другого титула — «…керз Комплит Евент Ревю». Рядом со своим шефом расположились остальные служащие «Чирс» — Сулим, рыхлый пули с венгерской фамилией и подтянутый немецкий овчар, которого Арчи раньше не видел и как зовут его не знал. Разговор шел на повышенных тонах и оборотах:
— Это авантюра! — рычал Расмус. — Затевать такое, не посоветовавшись с нами! Черт возьми, Варга, вы казались мне умным человеком!
Варга, напротив, хранил видимость спокойствия.
— Господа! Я бы попросил вас воздерживаться от поспешных выводов. Принятое мною решение — единственно возможный вариант из тех, что устроят и «Чирс», и вас, Расмус. Вас и ваших э-э-э… людей.
— Устроят? — Стул под могучим телом предводителя волков жалобно всхлипнул. — Если я хоть на столько, — Расмус продемонстрировал присутствующим мизинец, — понимаю ситуацию, ответом будет немедленное объявление войны всеми сопредельными государствами! Сибирью, Россией и Тураном. Европа тоже вряд ли в стороне останется. Да и окрестные азиатики тоже не преминут под шумок выдрать свой кус… Эй, консультант! — Расмус внезапно всем корпусом обернулся к Арчи, и стул под волком снова душераздирающе всхлипнул. — Ну-ка, давай консультируй!
Арчи с готовностью привстал:
— К сожалению, я слегка опоздал и не слышал, что затеял наш коллега, — негромко сказал Арчи. — Кто потрудится ввести меня в курс дела?
Болки внешне никак не отреагировали на его слова, но Арчи показалось, что им очень понравилось это «наш коллега». Арчи походя продемонстрировал, по какую сторону черты находится. Ненавязчиво подчеркнул, что играет в волчьей команде.
— Охотно, — отозвался Варга с не меньшей готовностью. — Я и введу. После сегодняшней беседы с президентом Туркменистана и членами его кабинета я окончательно уверился в необходимости государственного переворота. Если уж все равно перехватывать вожжи в свои руки, так зачем мне кормить эту несметную банду бездельников и тунеядцев?
— Переворота? — опешил Арчи. — То есть вы собираетесь силой взять власть в стране?
— Да, — спокойно, чересчур спокойно, до ненатуральности спокойно подтвердил Варга. — План этого… мероприятия разработан давным-давно. Нужные люди уже оповещены. Сегодня ночью нынешнее правительство Туркмении будет низложено. Селектоид оживает, и я уверяю всех присутствующих: его не остановить.
 
Варга взглянул на часы:
— Если быть безукоризненно точным, первая фаза уже завершена. Запущена вторая. Собственно, силу применять и не придется. Полиция, пограничники и национальная гвардия давно куплены. Они уже много лет делают то, что велю им я, а не президент и министры. Президент и министры — всего лишь удобная ширма.
— Если так, то какой смысл их устранять с политического горизонта? — поинтересовался Арчи. — Зачем менять вывеску, если суть заведения остается прежней?
— Видите ли, молодой человек, — терпеливо сказал Варга. — Длительное безделье на подобных постах развращает даже самого преданного человека. Эти наглецы вообразили, что могут игнорировать мои требования. Все, мне надоело. Пора показать, кто хозяин на этой земле.
Арчи кивнул, давая знать, что услышал достаточно, и повернулся к Расмусу:
— Ответом на переворот станут немедленные меры ведущих евразийских государств. Блокада границ, возможно, после алзамайских событий, ввод вооруженных формирований. Новое правительство скорее всего не признает никто: ни государства, ни ООН. Наш коллега, по всей вероятности, затеял развязать войну.
— Именно, — подтвердил Варга. — Именно войну. Только у меня ведь есть лучшие солдаты на этой планете, не так ли?
— Нет у вас никаких солдат, — заявил вдруг Расмус.
Он на глазах мрачнел.
— Я, помнится, говорил, что мы свое отвоевали. И класть жизни за вас, господин Варга, мы не намерены. Наш уговор был совсем другим, если вы забыли. Да и потом, будь мы согласны — двести солдат не устоят перед всем миром, даже если это мир слюнтяев. Вы воюете паршиво, но не безнадежно. Вам не удержаться у власти — ни самим, ни с нашей помощью. Осознаете вы эту очевидную истину или нет?
Варга, казалось, ничуть не смущался.
— Господа! — сказал он, лениво расчищая место на столе; расчистив, он водрузил на столешницу локти и подался вперед. — Я прекрасно понимаю все, что тут было высказано. Позвольте теперь высказаться мне.
Переворот я затеял не от зуда в известном месте и не из тщеславия, как могло кое-кому показаться. Наша — подчеркиваю: наша с вами задача — выиграть минимум три недели. Лучше — месяц. И у нас в распоряжении появятся несколько тысяч отменно подготовленных солдат. И не, как вы изволили выразиться, слюнтяев, а людей, которым убивать ничего, ровным счетом ничего не стоит, потому что у них будут ваши гены. Волчьи. «Чирс» — биолаборатория. Особи-матрицы уже выращиваются, два десятка. Потом мы их клонируем. И все. Этот месяц нам нужно удержать границы; можно даже не всей Туркмении, хотя бы Ашгабата и окрестностей. При старом правительстве эта задача неожиданно стала трудновыполнимой. Если во главе нового правительства встану я — все будет в порядке. Неделя, а то и все две, уйдет на переговоры, ноты, коммюнике и прочие объяснения. Ну а потом… Будем обороняться. Вы тем временем построите свой портал или что там вы собрались строить. Как только первые клоны покинут лаборатории, можно будет считать наш договор исчерпанным. Отправляйтесь куда угодно. В Пасифиду, в Латинскую Америку, в Австралию — весь мир ваш. Внимание будет приковано к нам, к Туркменистану. Вам ведь именно это и нужно, не так ли? Чтобы на вас перестали обращать внимание. Уверяю, я об этом позабочусь. Но пока растут матрицы и не началось клонирование, я крайне, крайне нуждаюсь в ваших услугах. В конце концов, если тут будут свистеть иглометы да черкать небо европейские штурмовики или российские тяжелые махолеты, вы тоже много не настроите…
— Погодите, Варга, — прервал излияния шефа «Чирс» Расмус. Видно было, что он взял себя в руки и успокоился. Во всяком случае, перестал орать. — Неужели нельзя было просто пересидеть этот месяц, без всяких дурацких переворотов?
— Нельзя, — отрезал Варга. — Меня сегодня отследили агенты Сибири и России. Если ничего не предпринимать, уже завтра тут будет черно от разведчиков и спецназовцев. Нынешнее правительство Туркменистана наотрез отказалось закрыть границы и заявило, что не в состоянии отказать в содействии Европе, Сибири и России. А это значит, что тут готовится второй Алзамай. В таких условиях ни нам, ни вам спокойно поработать не дадут. Единственный выход — смешать всем карты. Шокировать. А потом тянуть время. Подскажите мне иной выход, и я с удовольствием им воспользуюсь, если только это будет возможно. И учтите: в распоряжении у нас всего одна ночь. Ближайшая. Утром будет поздно что-либо предпринимать.