Исход неясен (Гарри Поттер – Женская Версия) (СИ)

***
Визит к Блэкам заставил ее нервничать, чего Анна никогда не любила. Она, вообще, терпеть не могла ситуаций, навязанных ей другими людьми, и при том имеющих двусмысленный характер. Обстоятельства же ее приглашения к Блэкам, по ощущениям, имели именно такой характер. Отсюда и нервы, и малодушная идея отменить этот визит к чертям собачим. Мало ли какие у нее могли произойти изменения в графике. Всякое могло случиться, и она не должна была бы ничего объяснять. Просто извиниться и все. Однако, как говорят в народе, «сказал — делай, пообещал — выполняй, дал слово — держи". И Анна все-таки отправилась на площадь Гримо 12.
Легко нашла дом, — хотя никогда прежде в нем не бывала, — посмотрела на особняк Блэков долгим взглядом и решила, что строили его в ту же эпоху, что и Энгельёэн-мэнор. Дома с похожей историей, семьи с похожей судьбой. Вот только Блэков осталось в живых несколько больше. Им проще будет вернуться, но она тоже не промах. Глядишь, Готска-Энгельёэн тоже вернутся. По обе стороны Статута: Тут, у волшебников, и Там, у маглов.
«Скажешь, нет?» — спросила она себя, подходя к двери дома.
«Не скажу!» — решила, наблюдая за тем, как дверь открывается, и на порог, навстречу к ней, выходит Беллатриса. Очень красивая женщина и необычайно сильный боец. Боевой маг, как минимум, уровня Анны, а то и выше. Впрочем, возможно, все это в прошлом. Как знать.
— Здравствуй, Беллатриса! — поздоровалась она первой.
— Почему не Белла? — посмотрела на нее с вопросом в глазах женщина. — В школе, помнится, мы были достаточно близки. Но где же мои манеры? Здравствуй… А кто кстати? Леди Анна, просто Анна или все-таки Анника?
— Пусть будет Анника, — согласилась Анна, понимая уже, что скрыть свои промахи будет сложно, если, вообще, возможно в принципе, не тот дом, не те люди. — Пригласишь в дом, Белла?
— Входи, будь гостем, — неожиданно улыбнулась женщина, и улыбка сделала ее еще красивее.
Прошли в дом, миновали прихожую, и Беллатриса вдруг остановилась, не доходя до лестницы, ведущей на жилые этажи. Повернулась к Анне и, вытянув руку, — рост у нее, как и у Адары был не совсем подходящим для подобного рода жестов, — коснулась пальцами шрама на лице.
— Ты не помнишь, — сказала с неподдельным ужасом. — Ты идешь так, словно, никогда здесь прежде не бывала.
Что ж, от судьбы не уйдешь, и от озвучивания неприятных истин никуда не денешься.
— Он меня практически убил, — сказала просто, без ажитации, не зная даже толком, о ком идет речь. — Смертельное проклятие… Хорошо хоть не Авада. Фамильный портал сработал на экстренную эвакуацию, а дальше… Думаю, ты представляешь, что это такое, вернуться из-за грани. С памятью все еще серьезные проблемы, но я надеюсь, это останется между нами.
— Ты была кремень, такой и осталась, — покачала головой одна из сильнейших ведьм своего поколения. — Тебя что, ничем не пронять?
— Это ты просто еще не пробовала, — усмехнулась Анна, уловив, как ей показалось, главный нерв их диалога.
— И пробовать не стану, — улыбнулась в ответ Беллатриса. — Болтать тоже не буду. Блэки не болтливы. Мы люди чести, ты же знаешь.
— Знаю, — кивнула Анна. — С дочкой познакомишь?
— Разумеется! Как иначе? — искренно удивилась женщина. — Но сначала поговори с Вальбургой. Не знаю, что ей от тебя понадобилось, но она себе второй день места не находит. Как узнала, что ты жива и вернулась в Лондон, так сразу и началось.
— Пойдем, — добавила, вступая на лестницу, — провожу тебя до малой гостиной. Тетушка ждет.
— Как скажешь, — согласилась Анна.
Поднялись по лестнице, прошли в элегантно, но несколько старомодно обставленную гостиную. Вальбурга, несмотря на возраст, встретила их, стоя. Гораздо выше племянницы и все еще прямая, как если бы носила жесткий корсет.
«А может быть, и в самом деле, носит?» — мелькнула какая-то необязательная мысль.
— Леди Вальбурга! — исполнила она безупречный книксен.
— Леди Анна! — благожелательно кивнула старая женщина, которая могла себе уже позволить «не приседать»
 
«А старая ли? — задумалась вдруг Анна. — Ей, наверняка, нет еще даже шестидесяти! Просто жизнь получилась тяжелая… Укатали сивку крутые горки? Похоже на то».
— Оставлю вас, — сказала Беллатриса, кивнув обеим и поворачиваясь к двери.
— Останься! — практически приказала Вальбурга. — Твое участие не обязательно, но, думаю, тебе стоит послушать.
— Тогда, останусь и выпью с вами чаю, — легко согласилась женщина. — О чем будем говорить?
Они расселись вокруг небольшого чайного столика, и старик-эльф быстро сервировал его для традиционного пятичасового чаепития.
— Тебя зовут, Кричер? — спросила его Анна.
— Да, ваша милость, — низко поклонился ей эльф. — Это большая честь для Кричера, что вы запомнили мое имя.
— Ну, если ты помнишь Кричера, — усмехнулась между тем Беллатриса, — то не все потеряно.
«Да, с Кричером это удачно вышло», — согласилась с ней Анна, принимая от эльфа чашку с чаем.
— Вы, Леди Анна, как я помню, не просто чистокровная, — начала издалека Вальбурга.
— Да, так уж вышло, — вежливо ответила Анна. — Голубая кровь. Ее величество Елизавета признала за Энгельёэнами все наши титулы. Визенгамот тоже. Так что мы с вами, Леди Вальбурга будем теперь там встречаться во время сессий.
— Не будем, — покачала головой номинальный глава Рода. — Я снимаю с себя это бремя. Теперь она будет представлять там наш Род, — посмотрела Вальбурга на свою племянницу.
— Не слишком ли это радикально? — чуть поморщилась Беллатриса. — Я все же пожирательница. Мне этого никто никогда не забудет.
— Малфою и Нотту забыли, — возразила ей Вальбурга, — и тебе забудут.
— А если вернется Он? — тихо спросила молодая колдунья, акцентировав слово «он».
— Вот когда вернется, тогда и будем думать! — отрезала Вальбурга.
— Даст бог, не вернется, — добавила уже тише, как если бы для самой себя, но услышали-то ее все.
— Не подумайте плохого, Леди Анна, — заговорила уже Вальбурга громче, сосредотачиваясь на гостье. — Я не оппортунистка[7]. Я даже сейчас не постесняюсь сказать, что мне импонировала Его программа. Там было много справедливой критики либерализма… Но такой радикализм? Такое безумие! Напасть на ребенка! Такая низость! Дети — священны! Они вне войны и конфликтов. Но он пришел к Поттерам, чтобы убить наследника древнего Рода! Какой позор!
«Да, — кивнула мысленно Анна, — теперь все всё понимают, но клеймо-то с руки не стереть!»
— Ходят слухи, — сказала она вслух, — что он может вернуться. — Мне один колдун в Швейцарии сказал, что Лорд использовал какой-то ну уж очень темный ритуал. Так что всякое возможно.
— Звучит угрожающе, — покачала головой Белла. — Я… Да, что там! Зачем врать? Я была полностью за него. И сейчас бы поддержала, не задумываясь, но Вальбурга права, нападать на детей? И потом мне же дочку еще поднимать!
«Что ж, — решила Анна. — Такой вариант Беллатрисы мне нравится больше, чем ее свихнувшаяся на крови вариация!»
— Вы были там вместе с Сириусом, — неожиданно сказала Вальбурга.
— С чего вы взяли? — вполне искренно удивилась Анна. Одно дело ее домыслы, и совсем другое — фантазии старой ведьмы. Факты были ей пока недоступны.
— Он был здесь в ночь с тридцать первого на первое, — сказала почти шепотом Вальбурга.
— Я тебе, Белла, об этом не рассказывала, — повернулась она к племяннице. — Вообще никому… Но, — она снова смотрела на Анну, — ты вернулась. Я не могла никому ничего возразить, мне бы никто не поверил. Я его мать, глава темного рода, пособница Сами-Знаете-Кого. А ты была мертва. Он так сказал. Считал, что ты умерла, и… Неважно! Это уже сантименты, которые к делу не относятся. Но, если ты жива, если вернулась…
«Есть в этом что-то, — согласилась с Вальбургой Анна. — Никто же не знает, что я вообще ничего не помню. Может быть, мое свидетельство поможет вытащить его из тюрьмы?»