Соль под кожей. Том первый (СИ)
Рина: А в чем проблема? То есть ты не можешь прислать мне нормальное фото, а я должна отчитываться перед ноунеймом из интернета о каждом изменении в своем рабочем графике? Ты охренел?
Жаль, что я не могу видеть его лицо в эту минуту.
Но, кажется, его хорошо приложило, потому что ни через пять, ни через десять минут он не выходит на связь. Что ж, и такое он тоже практиковал — пропасть на несколько дней, дождаться, пока я изгрызу себе все ногти, сама себя сделаю виноватой в его скотском поведении, а он появится как красно-солнышко на все готовое и еще повыёживается — принять ли меня обратно. Со временем мне приходилось брать на себя все больше вины, потому что простое «прости, я не хотела» его уже не устраивало.
Но Сергей, каким бы подонком он ни был, все же не дурак и должен понимать, что с Риной, которая сама рулит частотой их общения, такие фокусы не сработают по той простой причине, что для нее он просто буковки в мессенджере. Буковки, которые она запросто может игнорировать несколько дней, и единственное, чего он добьется тактикой «исчезновения с радаров» — потери полного контакта с вкусным для него мясцом.
Я делаю скриншот нашей переписки и скидываю его Данте с парочкой едких комментариев и припиской: «Если у тебя есть в запасе какой-то гениальный совет — самое время им поделиться». Но прежде, чем Данте успевает ответить — снова пишет Сергей. Я отмечаю, что с момента моего сообщения прошло ровно семнадцать минут и это довольно мало, чтобы корчить обиженку. Значит, он решил не устраивать Рине показательную порку. Неужели на личном фронте все настолько плохо, что самовлюбленный Наратов ака «Я не олень и за бабами не бегаю!» вынужден поступиться принципами?
Сергей: А вот грубить совсем не обязательно.
Ну надо же. И даже ни одного мата в ответ. Ни тебе предложения пойти на хер, ни очередного прощания и ухода в демонстративно не закрытую дверь.
Рина: Не люблю, когда мужчины, которые ничего для меня не сделали, используют формулировку «должна». Конкретно тебе я ничего не должна.
Сергей: Я погорячился.
Я показательно молчу. Нет, дорогой, просто так в этот раз ты не отделаешься. И никаких подсказок. Пусть в его голове сформируется рефлекс как у дрессированной собаки, что прежде чем ляпнуть что-то не подумав, придется сначала отковырять еще немного позолоты со своего драгоценного гонора.
Сергей: Извини, Рина.
Сергей: Не молчи, пожалуйста.
Сергей: Мне действительно очень стыдно за свое недостойное поведение.
Я читаю его сообщения, но не отвечаю на них — пусть видит, что каждое слово дошло до моих глаз и подумает, в чем дело и почему я не падаю в его объятия.
Делаю порцию кофе без кофеина, просто чтобы побаловать вкусовые рецепторы, прикидывая, как наилучшим образом раскрутить ситуацию в свою пользу. Сергей не просто откровенно накосячил — он еще и будет вынужден отказаться от встречи, при том, что у «Рины» плотный график сьемок и когда выпадет следующая возможность развиртуализации — неизвестно. Тем более, она сама проявила инициативу. Отказать ей сейчас — значит, поставить большой и жирный крест на общении. А оно Наратову явно интересно, иначе он не стал бы закидывать мой мессенджер десятками сообщений. Даже если весь его интерес болтается исключительно ниже пояса. Похоть так же командует людьми, как и любовь. Если не больше.
Когда в конце концов открываю мессенджер, первое, на что обращаю внимание — в строке «был в сети» у Сергея теперь неопределенный статус, хотя раньше там было точное время. И что мне с этим делать? Правильно, не обращать внимания.
Рина: Так в чем проблема встретиться?
Сергей: У меня уже другие планы. Я другу обещаю уже несколько месяцев, он тоже приезжает на эти выходные, и если бы ты сказала раньше, то я бы как-то выкрутился. Мы с товарищами уже все порешали, там же не я один, пойми.
Сергей: Но на следующие выходные я абсолютно свободен!
Рина: Ты внимательно читал, что я написала? В понедельник улетаю в Лондон, у меня там большая фотоссесия для очень солидного журнала.
Сергей: Может, можно как-то договориться и перестроить график?
Рина: Ради человека, который боится прислать мне фото с лицом, я должна отказаться от «жирного» гонорара и наплевать на свою профессиональную репутацию, в то время как ты не можешь выделить пару часов днем в перерывах между бухаловом с мужиками? Ты в порядке вообще, Сергей?
Сергей: Да какого хера?! Что я такого сказал?!
Рина: Действительно.
Внутри меня вибрирует неприятное чувство страха. А что, если он правда обидится и сорвется с крючка? Уйдет ловить в широких водах сайтов знакомств новую жертву? Вдруг я действительно перегибаю палку? Хорошо, что я быстро прихожу в чувство и понимаю, что это страхи из прошлого, фантомные боли маленькой влюбленной Валерии Гариной, которая так боялась потерять любимого человека, что боялась говорить буквально обо всем, что могло вызвать его недовольство.
Сергей: Я же пытаюсь придумать как решить проблему!!
Я лениво перелистываю нашу переписку еще раз, придумывая, что можно выжать из уже написанного им, чтобы у меня был законный повод прямо сейчас послать Наратова куда подальше. Хочу, чтобы он хотя бы раз в жизни почувствовал каково это — быть человеком, в которого плюнули. Даже если он абсолютно точно заслужил этот плевок.
А Сергей тем временем продолжает слать сообщения о том, что у него же все серьезно, что я ему действительно нравлюсь и он впервые в жизни чувствует с кем-то такое родство душ. От этого пафосного сладкого дерьма буквально подворачивает. Интересно, а каково другим девочкам — наивным, которые, может, упахиваются днями на двух работах, чтобы помочь родителям, чтобы в одиночку поставить ребенка на ноги, поэтому на сайт знакомств идут с искренним желанием встретить там хорошего мужчину? А им попадается вот такой «Сергей» — чмо без принципов, которому после пары лет семейных отношений становится тупо скучно трахать одну и ту же женщину, но уйти от нее не позволяет корыстный интерес? Сколько уже жизней сломали такие «Наратовы», сначала раскручивая женщину на разовые встречи, а потом пропадая с горизонтов по высосанной из пальца проблеме?
Я, ломая пальцы, пишу все это Данте, но в ответ получаю сухое и отрезвляющее: «Тебя заносит, меньше эмоций — больше дела».
И эта таблетка в который раз безупречно срабатывает.
Рина: А зачем ты вообще сидел на сайте знакомств?
Снова пропускаю мимо ушей львиную долю его сообщений, и перевожу разговор на нужную мне тему.
Сергей: За тем же, что и ты.
Рина: Я надеялась найти интересного симпатичного мужчину без проблем в голове, чтобы потом встретиться и, если мы друг другу понравимся, попробовать встречаться. Поэтому предложила увидеться.
Сергей сначала присылает ухмыляющийся довольный смайлик, а потом вопрос, можно ли расценивать мои слова как признание в том, что я считаю его симпатичным интересным мужчиной. Так и вижу, как этот урод где-то там, где он в тихую от жены строчить мне эти сообщения, задирает нос и водружает корону на свое ЧСВ. Самое время сыграть на этом.
Рина: Я до сих пор толком не видела ни одного твоего нормального селфи, так что нет, симпатичным мужчиной я тебя не считаю просто потому, что не уверена, существуешь ли ты в реальности.
Рина: И с учетом всего этого, твое нежелание встретиться вживую вызывает у меня абсолютно обоснованный вывод, что ты либо не тот, за кого себя выдаешь, либо тебя интересует только переписка. Может, ты вообще «сидишь»?
Рина: Меня такой формат общения не интересует, Сергей (если ты действительно «Сергей»)
Фактически, я только что загнала его в тупик, и сделала по фактам. Теперь, Сергею придется либо доказывать обратное, либо раствориться в просторах интернета. Но я слишком хорошо знаю Наратова — когда в нем бурлит дерьмо, он пойдет на что угодно, лишь бы себя выгородить. И он сделает это нарочито пафосно, бросит мне в лицо виртуальную перчатку, чтобы я оказалась категорически не права и, чтобы загладить вину, сделала для него что-то «приятного».