Путь первого (СИ)

— Ладно, — вздохнула Мадхури, — я вижу, что ты тоже огорчён. Мне уже достаточно этого доказательства твоей сыновьей заботы. Я смирилась с тем, что ты стал воином, хотя это ещё одно доказательство твоего безумия. Но я не могу смириться с тем, что для меня ты уже завернулся в покрывало смерти. Настолько редко я тебя вижу.
— Виноват, — склонил я голову. — Обещаю, что теперь мы будем видеться, ну, скажем, каждые двенадцать дней?
— Зачем? — горько спросила мама Самирана. — Для того, чтобы ты сидел со мной, делая вид, что тебе интересно? И разве мать для тебя это что-то вроде упражнений в бое на мочи-ке, которые нужно выполнять по расписанию?
— Чего же тебе тогда надо? — не выдержал я.
— Пообещай мне одно: что ты всё-таки начнёшь лечиться.
— Ты чем-то болен, Самиран? — спросил вдруг Похар Те-Танга, выходя из арки одной из комнат.
Я ранее слышал шорох и сипение за стеной, но решил, что это Служанка. Рабы частенько тяжело дышали через ткань, словно Дарты Вейдеры.
Я подскочил и смиренно поклонился:
— Добрый день, отец.
— Я не подслушивал, — тут же оправдался он, не глядя на Мадхури. — Просто недавно вернулся. А эта комната, как вы знаете, как раз имеет выход на балкон, где приземляется мой акраб…
Оправдания звучали натянуто. Очевидно — он именно что подслушивал.
— Со мною всё в порядке отец. Я привёл к маме хворую из моего отряда.
Папа Самирана выглядел не так свежо, каким я его запомнил в тот день, когда он и мама посетили меня в кутузке Прямого Пути. Хотя на нём та же белая шуба, как у сутенёра из американских комедий, но теперь она делала его не респектабельным, а каким-то ещё более несчастным. На шубе чернели пятна засохшей грязи, в ворсинках застряли какие-то щепки и сухие листья, будто Похар валялся под забором. Лицо его стало до странности тощим, что не сочеталось с большим брюхом. Само брюхо не торчало победоносно и жизнеутверждающе, как раньше, а висело тяжёлым мешком. Кажется, его кризис среднего возраста углубился.
— Я здоров, отец. А вот вы… Вы в порядке?
— О, лучше не бывает. Скоро будет ещё лучше. Вот увидите! Увидите!
Щёки Похара задрожали, словно он сдерживал то ли ярость, то ли рвоту.
— Рад тебя видеть, сы… Самиран. Прости, у меня важные дела.
Он быстро прошёл мимо меня и спустился в подвальный этаж. Туда, где жили рабы и где у него не могло быть никаких дел.
— Вот уж кто безумен, — сказал я маме. — Что с ним? Некоторых воинов в покрывало смерти краше кладут. Даже после того, как по ним оттопчется гракк.
Мадхури слабо улыбнулась:
— С тех пор, как род Те-Танга и Карехи стали союзниками, Похар целыми днями пропадает в родовых владениях Карехи. Он и его брат ведут какие-то дела с Карапу Карехи.
— Что за дела?
— Мне-то откуда знать? Мы с Похаром видимся реже, чем с тобой.
— Но на это ты жаловаться не будешь?
Мадхури снова улыбнулась:
— Мне пора возвращаться к хворой.
— Спасибо. А плата за…
— Моя работа обойдётся тебе бесплатно, но кристаллы придётся купить. Уверена, Патунга обеспечили тебя казной.
— Сколько?
— Для начала девяносто тысяч, но это не все траты. Позже будут ещё. Мне нужно будет взять двух помощников из сословия. Но обещаю, что верну Лоуа былую красоту.
— Красота — страшно дорогая сила, — вздохнул я. — Я пришлю деньги сегодня.
✦ ✦ ✦
Я вышел из дома родителей и направился к месту для приземления акрабов. Внутренний Голос напомнил:
«Ты хотел посмотреть, что теперь находится на месте Храма Движения Луны».
Точно. Я расправил крылья и взлетел. Подо мной вилась та лестница в тысячу ступенек, по которой я когда-то поднимался домой и обещал себе, что обязательно обзаведусь крыльями.
На месте храма теперь не пустырь, а какой-то невзрачный барак из серого шлифованного камня. По периметру участка расставлены длинные шесты с флагами и фонарями, отмечавшими бесполётную зону. На плоской крыше барака стоял чёрный, приземистый, как таракан, акраб без опознавательных иероглифов.
Держась в отдалении, я облетел весь участок бывшего храма. Ни в одной стене барака не оказалось окон. Я сделал вывод, что это, скорее всего, склад дорогих стройматериалов для будущего строительства на участке.
 
Подозрительно было то, что вся территория вокруг барака закрыта густыми кронами деревьев. Раньше их не было. А если на участке будет строительство, то зачем засаживать его деревьями? Только для того, чтобы скрыть что-то от посторонних глаз. Особенно от тех, которые в небе.
Так быстро вырастить защиту из больших растений могли только мастера из сословия Поддерживающих Твердь. Например — Похар Те-Танга.
Я не успел завершить круг, как чёрный акраб на крыше барака зашевелился и взлетел, направляясь ко мне. Я отлетел ещё дальше и приземлился между двумя утёсами на какую-то заросшую травой дорогу, сделав вид, что именно сюда мне и надо было.
Но акраб продолжил сближение.
Приняв вид торопящегося по делам человека, я зашагал по заброшенной дороге, ведущей, кажется, в тупик. Зависший надо мной акраб «не заметил».
Я одет в гражданскую тунику и накидку. Кинжал и знак скрыты под складками, а чехол с мочи-кой — под плащом. Ничего не выдавало во мне воина.
Акраб опустился на ту высоту, на которой «не заметить» его уже нельзя. Я остановился и посмотрел вверх.
В поблескивающем чёрным металлом днище акраба открылся квадратный люк, в него высунулось лицо наёмника, закрытое маской со светящимися глазами.
— Чё ты тут летаешь? — рыкнул он голосом, искажённым маской.
— Вообще-то я шагаю по тверди, уважаемый. Или свет очей мешает вам увидеть это?
— Не летай над нашей землёй.
— Я и не летал.
— Ты кружил.
— Люблю, знаете ли, покружить в небе Дивии…
— Кружи в другом месте, а не над нашей землёй, понял?
— Нет.
Моё резкое несогласие обескуражило наёмника, который привык, чтобы его боялись.
— Ты кто, дерзкий юнец? Воин, что ли?
— А ты из какого крыла? — поинтересовался я. — Не из «Тёмных Героев», случаем?
— Не твоё дело, из какого я крыла.
— Недавно я славно отделал одного из твоих товарищей и забрал его копьё. У тебя какое избранное оружие, уважаемый? Вдруг мне пригодится?
— Ещё раз подлетишь к нашей земле — увидишь, какое у меня оружие. И умрёшь.
— Я ещё раз мне нагрубишь — умрёшь первее.
Наёмник обернулся, будто ему что-то сказали из глубины акраба. Снова повернулся ко мне:
— Попробуй, покружи ещё тут мне.
И, не дожидаясь моего тщательно подобранного остроумного ответа, закрыл люк.
Акраб резко унёсся в сторону и пропал за кронами деревьев.
В целом, я вышел победителем из словесного поединка. Но испытывать терпение наёмников не решился. Судя по всему, их тут много, целый барак. Поэтому расправил крылья и полетел домой.
✦ ✦ ✦
Выросшее на месте храма гнездо наёмников чем-то тревожило меня.
Наёмники покидали свои ветроломы только с одной целью — напасть на кого-нибудь в других Кольцах. Но чтобы они строили бараки в других Кольцах и жили в них — такое я видел впервые. Быть может, это и не новость для других дивианцев. Тут я не уверен. Вроде бы нет закона, что нельзя бывшим жителям ветроломов покупать дома и землю в других Кольцах.
«Нет такого закона, — подтвердил Внутренний Голос. Любой прирождённый житель имеет право жить там, где ему дозволяет его Моральное Право».
Я попросил Голос напомнить всё, что я знал об этом участке земли.
Землю под храмом Движения Луны выкупил род Хатт. Рабб Хатт, тот мужчина, с которым я разговаривал после резни во дворце Карехи — являлся советником Карапу Карехи, как до этого был советником Вакаранги Карехи.
Рабб Хатт обещал папе Самирана устроить мой брак с дочерью мясного барона, который укрепил бы род Те-Танга и сделал бы папу Самирана одним из старших в роду. Свадьбы не случилось, поэтому Похар Те-Танга потерял свои позиции и в роде, и в сословии.