Система Альфонса в Мире Боевых Искусств 2 (СИ)

Несколько минут девушка неподвижно стояла на месте и смотрела на свои ноги, пока вокруг проводились приготовления к последнему поединку. Постепенно, однако, Лу Инь стала приходить в себя. Она была совсем неглупой. Она вспомнила, что были всего две квоты; затем вспомнила слова Посланницы, когда сказала ей, что старший Сима тоже нашёл удивительный фрукт.
И вдруг она ясно осознала, что именно ей нужно сделать.
Мир несправедлив, повторила про себя Лу Инь, поднимаясь на каменную платформу.
Значит, если она хочет быть полезной для старшего Сима.
Если она хочет быть вместе с ним.
Она тоже должна стать несправедливой.
Лу Инь приподняла глаза на соперницу, девушку в чёрной робе, и крепко стиснула рукоять своего меча…
 Глава 57 
 Дерзость 
Зачем?
Именно этот вопрос мелькнул в сознании Цзинь Суаньмо, когда девушка с голубыми волосами приподнялась на арену. Опытный воин способен почувствовать жажду крови даже на расстоянии. Было очевидно, что Лу Инь собирается сражаться. Но почему? Более того, её действия сопровождала некая отчаянная решимость…
Что это? Гордыня? Высокомерие? Ей сказали, что она не победит, и она решила доказать обратное? Дети часто совершают глупые поступки, и в то же время Цзинь Суаньмо казалось, что девочка по имени Лу Инь была если не достаточно умной, то покладистой, чтобы прислушаться к её совету.
Она ошибалась.
— Дура, — хмыкнула Хэнь Фяо. — Остановить турнир?
— … Нет, — после некоторые паузы ответила Цзинь Суаньмо, отражая площадку для поединка своими чарующими фиолетовыми глазами. — Даже если причиной тому было детское упрямство, она должна сама испытать последствия своего решения… Не вмешивайся, Хэнь Фяо. Даже если она будет в смертельной опасности.
— И не собиралась, — ответила служанка. — Она посмела не послушать вашего совета, госпожа. Если она думает, что её спасут… Хм! Это неуважение к противнику.
Цзинь Суаньмо медленно кивнула и вновь опустила свой пронзительный взгляд на каменную платформу.
…
Когда Лу Инь осознала, что именно ей нужно сделать, в её сознании немедленно промелькнули тысячи вопросов: возможно ли это? Если да — каким образом? К чему всё это приведёт и так далее. Они разрывали девушку на части, а затем притихли, стоило ей приподняться на арену, стать против своего соперника и схватиться за меч.
Лу Инь не могла сказать, когда это случилось в первый раз и при каких обстоятельствах — во время спарринга против старшего Сима или же первой настоящей битвы, — но в один момент девушка заимела привычку входить в своеобразный боевой транс.
Стоило ей оказаться на поле боя, и она сразу забывала всё вокруг: из живого человека противник превращался для неё в своеобразную задачу, как те, которые приводились в учебниках счёта, только разрешить которую нужно было не кистью и чернилам, но своим телом, мечом и кровью.
Тревога в такие моменты как бы затихала, уходила на второй план, в бездну голубых зрачков, уступая место пронзительному стеклянному блеску.
Лу Инь посмотрела на Ци Му.
Последняя держала правую руку на своей сабле.
Она попыталась представить, как девушка хватает последнюю и наносит удар; она попыталась представить свою смерть, ибо это, осознала Лу Инь, был единственный возможный исход, если ей придётся встретить такую атаку. Заблокировать её было невозможно. Увернуться — тоже.
Тогда…
Лу Инь обнажила меч, и последний сверкнул в лучах полуденного солнца.
Напротив неё белые руки приподняли чёрную саблю.
Лу Инь попыталась вспомнить прочие битвы Ци Му, её движения, движения её противников, все самые мельчайшие детали. Она вспомнила, что, по словам Посланницы, Ци Му не могла в полной мере контролировать свои силы. Только потому, что каждый раз ударяла насмерть? Или помимо этой была ещё одна, другая причина?
Все её битвы, вдруг догадалась Лу Инь, были слишком долгими. Ци Му всегда побеждала своего противника одним ударом, но до этого момента сражения неизменно растягивались. Почему? А что если ей нужно было время, чтобы сосредоточиться и применить свою технику? И если победить её прежде, чем она успеет это сделать, тогда…
 
«Если».
Нет.
Это невозможно.
Лу Инь почувствовала, как эта линия мысли упирается в тупик.
Ей снова вспомнилась битва Ци Му против Линь Ю. Последний находился на более высоком этапе культивации, и тем не менее первое время девушка сражалась с ним почти на равных. Сила Грандмастера проявлялась не только в особенном ударе, но во всей полноте твоей техники. В своё время Лу Инь одолела Мьяо Чжо, но только потому, что та вела себя неосторожно, и потому что сильные родословные подавляют более слабые, что делает их почти бесполезными.
Пробудив Лазурного Феникса, она была примерно сравнима с воином на Первой страте Истинного Ци, разве что обладала несколько меньшей выносливостью.
Она тоже была Мастером, однако Сутра Чистого Сердца была неподходящим искусством для стремительного наступления. Это была контратакующая техника. Даже если Лу Инь бросится в атаку, даже если она подгадает идеальный момент, она всё равно не успеет (если вообще сможет) одолеть Ци Му прежде, чем последняя сосредоточится достаточно, чтобы применить свою смертельную атаку.
Лу Инь сжала губы.
Тогда… Что, если немного изменить Сутру?
На самом деле эти мысли давно уже витали в её сознании, с тех самых пор, когда Лу Инь стала Мастером и в совершенстве освоила третий этап своей техники и овладела «Гармоничной бурей». Ещё тогда она почувствовала, что не столько упёрлась в потолок, сколько дошла до конца протоптанной тропинки: теперь перед ней простиралась крутая гора боевых искусств.
Сима Фэй рассказывал, что настоящий воин обязан проложить свой собственный путь на её вершину. Техника для него — всего лишь трамплин (Лу Инь не совсем понимала, что это такое, но была уверена, что метафора старшего Сима, конечно, очень хорошая).
Когда она впервые увидела удар Ци Му, Лу Инь как будто заметила тонкую трещинку в горной стене у себя перед глазами.
Затем она снова узрела силу Грандмастера в битве против Шу Гуаня, и наконец перед ней мелькнула ещё более невероятная атака девушки, лицо которой прятала чёрная вуаль.
Дорога, путь, становился всё более отчётливым. Лу Инь стояла на пограничье. Перед ней простирались горные дебри. Теперь ей просто нужен был последний толчок… Но какой?
Она сосредоточилась на своей противнице и прикусила губы.
Ответ был очевидным.
Она должна была ещё раз увидеть смертельную атаку.
Она должна была испытать её на самой себе.
…В разгар битвы Лу Инь имела свойства забывать даже про собственное благополучие. Собственное тело превращалось для неё в расходный материал. Это не значит, что она не испытывала страха, просто…
— Начинайте, — провозгласил судья.
Лу Инь стала в оборонительную позу, стремительно покрывая себя лазурным пламенем. Ци Му приподняла свою саблю и сосредоточилась. Один, два, три… Лу Инь вдруг подумала, что должна посчитать, сколько времени требуется девушке, чтобы сосредоточиться для её смертельной атаки… Десять, одиннадцать, двенадцать…
Тринадцать.
Тринадцать секунд.
Затем мелькнула чёрная вспышка, брызнула кровь. Острое лезвие пронзило лазурное пламя, рассекая грудь и сердце Лу Инь на две половины…
 Глава 58 
 Смерть 
Что происходит?
Сперва Сима Фэй не заметил, как Лу Инь приподнялась на арену. В этот момент он старательно пытался придумать новый план. Положение было настолько отчаянным, что он серьёзно раздумывал о том, чтобы рассказать ей, что её талант напрямую связан с его собственным (впрочем, эта идея ему совершенно не нравилась хотя бы потому, что тогда девушка начнёт подозревать, насколько искренними были их отношения).