Digging for the Bones (ЛП)

— Послушай меня, Гарри, — сказал он, накрыв ладонью руку мальчика. — Я знаю, ты — самое лучшее, что было в жизни твоей матери. Она сама мне так сказала.
Гарри резко втянул в себя воздух. Он вглядывался в лицо Северуса, словно ища признаки обмана или насмешки.
Где-то в глубине души Северусу казалось, что Лили подсказывает ему правильные слова для своего сына:
— Они с Джеймсом Поттером поженились за два года до твоего рождения. Твоя мать пошла на всё, чтобы произвести тебя на свет. Она сделала бы всё, чтобы защитить тебя.
— Откуда вы знаете? — недоверчиво спросил мальчик.
— Она была моей лучшей подругой, Гарри, — у Северуса защемило в груди. — Если бы тебе понадобилось зелье весьма деликатного, щекотливого характера, к кому бы ты пошёл? Ты не был ни нежеланным, ни незапланированным ребёнком. Совсем наоборот. Твоя мать пришла ко мне за зельем, чтобы помочь ей зачать тебя.
Он рассказал Гарри столько правды, сколько собирался. Возможно, когда-нибудь… Но в нынешнем хрупком душевном состоянии мальчику не стоило сообщать подробную информацию. А пока ребёнок должен знать, что он нужен. Что он чей-то.
У Поттера сдали нервы. Северус пересел на кровать и притянул Гарри к себе, так что тот прижался лбом к его груди. Северус не хотел, чтобы ребёнок задохнулся, учитывая повреждения гортани.
— Ш-ш-ш…
— Но… но она умерла… — раздался шёпот, похожий на крик.
— Да, — мягко подтвердил Северус. В конце концов, больше сказать было нечего.
Гарри говорил ещё что-то, но слова утонули в потоке детских слёз.
— Ш-ш-ш, мы поговорим позже, — шепнул Северус и погладил мальчика по спине, пытаясь успокоить. Слёзы никак не помогут его горлу.
Гарри было всего тринадцать, он оправлялся от довольно серьёзных травм, а целебные зелья, которые мальчик принял, обладали седативными свойствами, поэтому вскоре дыхание ребёнка стало глубже, и он обмяк в объятиях Северуса.
Зельевар осторожно уложил Гарри, сняв с него очки, положил их на прикроватный столик. Немного подумав, он призвал томик «Сказок Барда Биддла» и поместил его под очки.
Откинувшись на спинку стула, он прикидывал, не позвать ли домового эльфа Поппи, чтобы тот принёс ему чаю, когда в открытую дверь тихо постучали. Северус резко повернулся, поднимая палочку.
— Прости, — в дверях, выставив перед собой ладони, стоял Люпин. — Меня впустила Поппи, — пояснил он.
Северус сузил глаза, задаваясь вопросом, как долго Люпин стоял здесь и как этот человек мог двигаться так бесшумно?
— Мне показалось, что у тебя с ним всё хорошо, — сказал Люпин.
— О да, — усмехнулся Северус и наконец опустил палочку, сдерживая желание ударить оборотня. — Так хорошо, что он вешается при первой же возможности.
— Нет, я имею в виду только что, — сказал Люпин. — Он, кажется, привязался к тебе.
Северус взмахнул палочкой, накинув заглушающее заклинание, чтобы они с Люпином могли говорить свободно — на случай, если мальчишка притворялся, что крепко спит.
— Побитый щенок потянется к первому, кто его приласкает, — огрызнулся он, стараясь не смотреть на ребёнка.
— И становится, как правило, самым верным другом, — мягко возразил Люпин. — Поппи говорит, что тебе нужно отдохнуть, что вы оба не спали почти всю ночь.
— Где она? — настороженно спросил Северус.
— Превратила твой обеденный стол в кровать, а столовую — в комнату для гостей. Она предположила, что ты захочешь остаться рядом с Гарри, — ответил Люпин.
Северус кивнул, видя, что это неизбежно.
— Хорошо, я иду спать. Разбуди меня, если что-нибудь случится. Или если ему понадобится… что-нибудь.
— Конечно, — Люпин улыбнулся. — Кстати, у меня есть хорошая новость. Я нашёл собаку Гарри. Мне не хотелось брать её с собой, не поговорив сначала с тобой.
Северусу показалось, что сам собой развязался один узелок. Одним грузом меньше для мальчика. Ребёнок настолько привязался к обоим своим фамильярам, что даже подумал о том, чтобы о Хедвиг позаботились после его запланированной кончины. Северус был уверен, что предполагаемая смерть собаки сыграла огромную роль в кажущемся внезапным порыве Гарри покончить с собой.
 
— Да, обязательно приведи собаку, — сказал Северус. — Я уверен, это очень поможет Гарри.
И он спустился вниз, чтобы приготовить себе чашку чая.
========== Глава 39. Наблюдение за Гарри ==========
— Гарри? — позвал чей-то голос. — Мадам Помфри сказала, что тебе пора просыпаться и попробовать что-нибудь съесть.
Гарри не хотелось отзываться на говоривший с ним голос. Ему хотелось спать, хотя сны его были тревожными. Чего он действительно желал, так это чтобы последние несколько часов оказались дурным сном. А ещё лучше было бы заснуть и никогда не просыпаться.
Он осторожно попытался повернуть голову. Теперь она двигалась, и шея не болела. Гарри приоткрыл глаза, но не смог разглядеть говорившего — в комнате, освещённой лишь настольной лампой, царил полумрак.
Голос не принадлежал профессору Снейпу, и Гарри был рад этому. Он не знал, сможет ли когда-нибудь посмотреть опекуну в глаза. Сколько раз он расклеивался перед этим человеком? О боже, ну почему он постоянно выставляет себя перед Снейпом полным придурком?
Гарри сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться и напоминая себе, что могло быть и хуже. По крайней мере, он знал, что Снейп о нём и так не лучшего мнения.
— Сколько?.. — прохрипел он едва слышно, закашлялся и попробовал снова: — Сколько времени? — на этот раз голос прозвучал увереннее, хотя и оставался довольно хриплым.
— Шесть часов, — ответил мужчина, сидевший, как понял Гарри, в кресле у изголовья кровати, и теперь мальчик узнал его — это был профессор Люпин.
— Тебе действительно пора просыпаться, — мягко повторил Люпин. — И поесть, чтобы принять целебные зелья.
Он наклонился вперёд, намереваясь положить ладонь Гарри на плечо, но мальчик отпрянул, и профессор отдёрнул руку. Гарри не мог толком разглядеть выражение его лица и вообще старался не смотреть на него, пока неловко нащупывал очки.
— Я не голоден, — пробормотал Гарри. Ему хотелось в туалет, но вспомнив, что Снейп последовал за ним туда в прошлый раз, он не стал ничего говорить об этом.
— Мадам Помфри хочет, чтобы ты попробовал что-нибудь съесть. Я также уверен, что тебе хочется воспользоваться уборной, — Люпин, как Гарри показалось, пытался быть добрым. — Почему бы тебе не сделать это в первую очередь? Ты, наверное, захочешь одеться. Сегодня вечером сюда должен прийти директор.
При упоминании о директоре у Гарри свело живот. Наверняка после этого последнего фиаско Снейп решил избавиться от него.
— З-за… Зачем он придёт? Меня отправят в Мунго?! — выпалил Гарри.
— Нет, Гарри, — Люпин, подняв бровь, удивлённо посмотрел на него и покачал головой. Его взгляд был слегка укоризненным и одновременно каким-то сочувствующим. — Профессор Снейп совершенно непреклонен в этом вопросе. Он велел передать тебе, чтобы ты успокоился, этого не случится.
— О… — Гарри не знал, что сказать, поэтому несколько минут сидел молчал. Люпин тоже ничего не говорил.
Наконец молчание стало слишком неловким. Гарри спустил ноги с кровати и, встав, пошатнулся. Люпин поддержал его, затем, достав кое-какую одежду из всё ещё почти упакованного чемодана Гарри, протянул ему свитер и джинсы. Гарри ожидал, что профессор уйдёт, но понял, что Люпин действительно выполняет угрозу Снейпа насчёт того, что они будут постоянно держать мальчика в поле зрения. К большому облегчению Гарри, Люпин тактично отвернулся к тёмному окну. Гарри торопливо оделся.
— Э-э-э… Мне нужно в туалет, — прошептал Гарри, чувствуя себя совершенно униженным.
Люпин кивнул, открыл дверь и последовал за ним в ванную. Как и Снейп, он стоял в дверях, пока Гарри справлял нужду.
Гарри гадал, как долго продлится это наказание. Вероятно, Снейп придумал его, чтобы поставить мальчика на место, это вполне в стиле профессора — унизить Гарри как можно сильнее.