Двое (СИ)

— В следующий раз на коньках пробежку делай, — пробурчал я, сползая с постели сонным осьминогом, восемь ног которого так и не проснулись.
Ромка стоял в гардеробной и с видом убитого горем родственника разглядывал свою стальную задницу в зеркало. Синяк на ней наливался знатный. Мда… Пока гематома не спадет, Ромку особо не потрахаешь. Жалость-то какая! Ну да ладно, пусть и на его улице праздник будет. В утешение. Вообще, непонятно, чего он так расстроился? Кому он свою задницу показывать собирается?
— Ромка, лицо попроще сделай! Подумаешь, синяк, — сказал я, выковыривая из ящика в шкафу тюбик с Фастумгелем. — Первый раз, что ли?
— А если бы я себе что-нибудь сломал?
— Не сломал же!
— Тебе легко говорить, а у меня завтра корпоратив, между прочим! Народ со всего мира соберется, — проворчал Ромка. — Я, наверное, толком даже сидеть не смогу, не то что тушкой двигать! Как мне там зажигать прикажешь?
— Корпоратив? — неверяще переспросил я и приложил Фастумгелем по Ромкиному копчику так, что он взвыл. Черт, черт, черт!!! — Полагаю, в Дюссельдорфе?
— Хршшшррхххх, — зашипел от боли Ромка. Или от стыда?
— Когда ты собирался сказать, что улетаешь?
— Серж…
— Когда?!
Ромка отвел глаза. Детский сад, штаны на лямках! Каждый раз одно и то же! Заебало!!! Если поездка предстояла долгая, он молчал до последнего. Шпион недобитый! Я бросил гель в шкаф и как следует хрястнул ящиком. Ромка обнял меня тут же.
— Серж, пожалуйста, не злись. Я не хотел расстраивать тебя раньше времени. Ты не любишь, когда я уезжаю… надолго.
— Да пиздуй ты хоть навсегда! — попытался освободиться от него я, но он ручищи свои сжал вокруг меня покрепче, и все, затрепыхался, я, как рыба на льду. Куда мне против него? — Отпусти, мерзавец.
Ромка в ответ поцеловал меня в шею, потерся пахом о мою задницу, но я был неумолим. Хрен ему, а не секс! Предупредил бы заранее, я б его целую ночь облизывал, а теперь… не знаю, не знаю.
— Я кому сказал?
— Серж, не начинай, — услышал я в Ромкином голосе угрозу. Зря он это. — У меня самолет ночью. Что ты выделываешься?
— Я выделываюсь? — закипел я. Ну все. Если на вопрос не ответит, хана ему! — Когда у тебя обратный рейс?
Ромка шумно выдохнул, прошвырнулся по мне руками, поцеловал в висок, спрятал лицо в волосах, зная, что будет дальше, так же хорошо, как и я.
— У меня нет обратного билета. Я не знаю, когда вернусь, потому что после корпоратива лечу в Африку.
— Понятно, — потерянно обмяк я.
Раз у Ромки обратного билета не было, значит, не факт, что он даже на Новый Год прилетит. Мне сразу так тоскливо стало, что хоть волком вой. Черт меня дернул влюбиться в озабоченную работой скотину!
— Серж, я постараюсь вернуться как можно быстрее, правда, — развернул меня к себе Ромка. Виновато заглянул в глаза и принялся целовать.
Я собрался с силами и ответил. Нет, ну, а что? Секс я обожаю, а сейчас меня его лишить хотят хрен знает на сколько. Настроение только хуевое, а так… надо пользоваться моментом и партнером по полной: отыметь во все дырки и выгнать из дому. Пусть в Европе свою побитую задницу лечит. Ромка мои газпромовские планы обломал. Только я собрался труселя скидывать, как он обхватил меня за шею обеими руками и заставил себе в лицо посмотреть. Зря он это.
— Я не сделал ничего плохого! — тоскливо сказал Ромка, убивая во мне и так не слишком большое желание на корню. — Почему я опять чувствую себя мудаком?
— Потому что ты мудак, — твердо посмотрел ему в глаза я. — Ты мог сказать о своей поездке сразу, как узнал, тогда не пришлось бы оправдываться.
— Я не хотел тебя расстраивать! — обнял меня он. — И я не хочу уезжать, ты же знаешь.
— Хватит, — поморщился я, выбираясь из его рук.
— Серж, я не хочу уезжать вот так…
— О как! Так ты даже домой сегодня не вернешься? — спросил я, он отвел глаза. Сука! — Молодеееец, ну ты молодец, Ромка. Прям слов нет. Нисколько меня не расстроил.
Ромка открыл было рот, чтобы продолжить, но мне это уже надоело.
— Не надо ничего говорить, сарделька деловая, я все и так знаю. Езжай в свою командировку, я найду, чем заняться, — сказал я и демонстративно посмотрел на часы: — Тебе пора собираться на работу. Время поджимает.
 
— Серж…
— Проваливай! — повысил голос я.
Металла в нем было столько, что Ромка закрыл рот и пошел собираться. Хороший мальчик. Из дому я уехал через десять минут. Я — не он. Мне, чтобы собраться, времени много не надо, так что на работе я оказался аж в 07:45. Как ни странно, в окнах нашего офиса горел свет.
— Доброе утро, Сергей.
— Доброе, Олег Витальевич, — вежливо поздоровался я, заходя в кабинет генерального и разглядывая сидящего во главе стола мужика с искренним изумлением.
Что в московском офисе рано утром делает наш собственник? Он же в Питере живет! А питерцы все, как один, распиздяи и никогда раньше десяти на работе не появляются, тем более в Москве!
— Удивил, да? — как-то нехорошо улыбнулся Олег Витальевич. — Знаешь, ты очень вовремя пришел. Я голову сломал, как бы с тобой первым и без свидетелей поговорить.
— Что случилось? — напрягся я, пожимая ему руку. Ох, не к добру эти речи!
— Кризис случился, — уселся обратно в кресло он. Махнул рукой, мол, присаживайся. Я послушно упал на стул. — Ты предупреждал меня два месяца назад, но я думал, что все устаканится.
— Дальше будет только хуже, — пожал плечами я. — Вы же видите, что на валютной бирже творится. Выкупили бы готовое оборудование у европейских поставщиков в октябре, сейчас бы в шоколаде по самые уши были.
— Поздно уже, — помрачнел Олег Витальевич. — Что делать будем, а, коммерческий директор?
— А почему вы меня спрашиваете? — не стал спешить с ответом я. Что он задумал? Какого черта происходит? — У нас же вроде Кирилл — коммерческий директор по всему холдингу, разве нет?
— Уже нет. Я сюда приехал, чтобы поговорить. Вы одни вовремя спохватились. Екатеринбург, Новороссийск, Владивосток так до сих пор панику и не подняли. На хуя мне такие директора нужны? Деньги просирать?
— Давайте Гену подождем и вместе решим, что делать дальше. Он же все-таки мой генеральный директор, — предложил я, холодея до состояния айсберга, который потопил Титаник.
Олег Витальевич прищурился.
— Сергей, ты же понял, к чему я веду. Умнее тебя в нашем холдинге только я и Юрка. Гена хорош, но за последние три года совсем разленился. Если бы ты на выставке в октябре до меня лично не доебался, хрен бы кто сейчас задницей шевелил.
— Говорите прямо, Олег Витальевич, чего кота за яйца тянуть? Чего вы от меня хотите?
— Я хочу, чтобы ты стал коммерческим директором холдинга, — ответил он. — У тебя жены нет, обязательств особых в Москве тоже нет, переедешь в Питер, мы там тебе снимем нормальную квартиру…
— Олег Витальевич! Вы с кем разговариваете? Я что, первый год коммерческим работаю? Вы же знаете, кем я в 2008-м был! — возмутился я. Блеф проканал на ура.
— Хорошо, хорошо, — поморщился он. Постучал паркером по столу, поправил бумажки.
Мне от этого совсем тоскливо стало. Бляя, вот как начался день с пиздеца, так и продолжился.
— Мы не вытянем обязательства по договорам, Серега. Вы в этом году столько контрактов заключили, что я хотел остров в Тихом океане покупать, а оно вона как повернулось. Вариант только один — банкротство московской конторы прямо сейчас. Перекинем активы на левую питерскую компанию, спасем, что можно, а остальное сольем.
Мозги у меня враз закипели. Раз собственник со мной говорит и в кабинете Генкином с утра сидит, то догадаться, кого сделают козлом отпущения, не составило никакого труда. С одной стороны хорошо, что не меня, с другой… неспроста Олег мне должность коммерческого холдинга предлагает. Сейчас кинет Генку, потом, если что не так, и меня отдаст на растерзание. Своя шкура дороже. Кирилл же неспроста с должности свинтил, а он тот еще жук!
— Что скажешь, Сергей?