Двух дорог пересеченье (СИ)
— Я не могу вас ненавидеть. Разве можно презирать женщину, которая так искренне и трогательно относится к твоему ребёнку?
— Я буду скучать по нему. Мне тяжело расставаться с Ваней.
— Давайте простим друг друга? — предложил Владимир. — Эти обиды не стоят того, чтобы мы с вами тешили ими собственное задетое самолюбие.
Лицо Натали просветлело. И озарилось надеждой.
— Давайте! Тогда, если позволите, мне бы хотелось навещать Ванечку. Думаю, мне удастся иногда отлучаться от двора и приезжать в поместье к брату. Пока не знаю, как скоро это вновь случится: может, через пару месяцев, может и позже.
— Наталья Александровна, перестаньте! — оборвал её речь Владимир. — Вы всерьёз полагаете, что я вас отпущу? Что вы сейчас скажете мне вежливое «До свидания» и уедете к себе? Чтобы потом, собрав свои вещи, пустить коней ко двору?
— Но я же обидела вас! Не знаю, могу ли надеяться хотя бы на вашу дружбу?! Однако, если вы позволите видеть Ванечку…
Резко сорвавшись с места, он подошёл к ней вплотную и взял за плечи:
— Ты приехала сюда только ради моего сына? — как-то вышло само собой, что он перешёл с ней на «ты».
— Нет, разумеется, не только!
— Тогда почему ты здесь?
— Мне хотелось увидеть вас ещё раз. Тебя увидеть! — её голос дрогнул, и несколько предательских слезинок скатились по щекам. — Услышать, запомнить твоё лицо! Чтобы потом, находясь далеко, воскрешать в своих мечтах! Глупо надеяться, что когда-нибудь мы встретимся вновь, посмотрим друг на друга и не расстанемся более! Никогда!
Владимир схватил её в охапку и прижал к себе. Натали, ощущая, будто тяжёлый камень свалился с души, спряталась у него на груди, пряча лицо в ладонях. Её плечи подрагивали, когда она, в очередной раз всхлипывая, пыталась справиться с подступающими рыданиями, силясь сказать ему что-то ещё.
— Милая, дорогая моя Наташа! — шептал ей Владимир.
— Я… люблю… Люблю тебя!.. Люблю, слышишь? — твердила она ему сквозь слёзы.
Медленно отстранившись, Владимир заглянул в её глаза:
— В таком случае, позволь мне опять задать свой вопрос. Ты выйдешь за меня?
— Конечно же, выйду! — она поняла, что снова плачет. — Да, да, и бесконечное да!
Услышав заветное слово, он впервые в жизни поцеловал её. Наташа опомниться не успела — как это произошло? Она ощутила солёный привкус его поцелуя. Столь долгожданного, как и сам целовавший мужчина. Неужели это случилось? Они обрели друг друга, обрели любовь, буквально выстрадав её!
Владимир тоже плакал. И это были слёзы радости, освобождения. И слёзы надежд на начало светлой полосы в его жизни. В их жизни с Натали Репниной.
***
— Кому сообщим в первую очередь? Ване, Варваре или Мишелю с Лизой? — спросил он, прижимаясь к её лбу своим.
— Согласна именно на такую последовательность.
— Даже спорить не будешь? Ни капельки?
Натали отрицательно замотала головой. «Ну и вид у нас у обоих! Оба взъерошенные, с покрасневшими веками и заплаканными лицами!» — восклицала она, в то время как душа буквально ликовала. И хотелось оторваться от земли и взлететь от внезапной лёгкости, возникшей из ниоткуда!
Да, всё снова вышло не так, как она предполагала. Но почему-то это вовсе не тревожило княжну теперь. Наоборот, Натали подумала о том, что ей кажется надо начинать привыкать к тому, что её жизнь с Владимиром Корфом не будет идти по заранее написанному тексту. Скорее уж наоборот — впереди их ждёт множество сюрпризов. Разве можно соскучиться с таким человеком?
— О чём думаешь? — опять послышался его голос.
— О тебе. О нас, — ответила она, глядя ему в глаза.
— И что же?
— Я могу сказать тебе об этом?
Он улыбнулся, касаясь её носа своим.
— Ещё спрашиваешь? Ты можешь сказать мне всё!
— Мне сейчас пришла в голову мысль о том, что ты мне сразу тогда понравился. Помнишь, ещё когда мы были детьми?
Владимир посмотрел на неё с деланно серьёзным выражением лица:
— Шутишь? Понравился? Да ты меня и близко к себе не подпустила, маленькая гордячка!
— Вот потому и не подпустила, что испугалась! Того, как ты красив, как по-взрослому держался со мной и с родителями!
— А мне тогда врезались в память твои глаза. Они смотрели на Мишеля с такой любовью, едва мы ступили на порог вашего питерского дома. «Никто и никогда, ни одна барышня, не смотрела на меня так», — подумалось мне тем далёким зимним днём.
— Жаль, что нельзя вернуть время вспять, — размышляла Натали. — Быть может, всё могло сложиться по-другому и гораздо раньше? Мы не наделали бы стольких ошибок. Нет, я глупости говорю. Прости, — она нежно дотронулась ладонью до его щеки. — Тогда, скорее всего, не появился бы на свет Ванечка. Мы оба прошли некий путь, каждый свой. И видимо на роду нам было написано встретиться именно тогда, когда мы встретились. Так же как и только относительно недавно суждено было понять, как до́роги мы друг другу.
— Будто две дороги, идущие издалека, пересеклись, наконец, дабы слиться в одну и никогда больше не разъединяться, — продолжил Владимир, целуя её ладонь.
— Как поэтично сказано!
Она обхватила руками его талию и прижалась к груди, в которой билось горячее и чуткое сердце.
— Да, словно двух дорог пересеченье, — подвела итог Натали, прикрывая веки от солнца, заливавшего своим светом всё вокруг.
Комментарий к ГЛАВА XXVII. ДА!
Обложка: https://vk.com/photo2106348_457246827
Коллаж с Корфом и его домом, то бишь, с местом объяснения с Натали: https://vk.com/photo2106348_457246828. Все фото, за исключением Даниила Александровича, моего авторства. ;)
Песенки для настроения:
1) Ани Лорак - Солнце (“Кто приходит и заводит эти часы?..”)
2) Nickelback - Far Away. Вот это, мне кажется, вообще гимн Владимира Корфа в этом фанфике. :-)))
3) и на десерт Katy Perry - Unconditionally (можно послушать и Acoustic, и обычную, поп-версию). А эта песня пускай будет гимном Натали.
========== ГЛАВА XXVIII. БЛАГОСЛОВЕНИЕ ==========
Комментарий к ГЛАВА XXVIII. БЛАГОСЛОВЕНИЕ
Глава небольшая. Некий переходный мостик к следующим, более объемным и насыщенным на события. Приятного чтения! :-)
ГЛАВА XXVIII
БЛАГОСЛОВЕНИЕ
Как всякий ребёнок его возраста, Ванечка ещё плохо понимал смысл таких слов, как брак, замужество, венчание в церкви и тому подобное. Единственное, что он уловил из того потока местами робких речей, обрушившихся на него, так это то, что в скором времени «князьна Натаи» будет не просто приезжать к ним иногда в поместье, а поселится в доме. «Она тепель будет игать со мной, целовать и обимать каждый день!» — размышлял про себя ребёнок, которого Акулина принялась укладывать в тёплую и уютную детскую постель, как только Владимир и Натали, поговорив с ним, удалились к Варваре. А что ещё было нужно малышу, как не ласка, внимание и забота женщины, благодаря которой его отец стал чаще улыбаться и реже грустить? Решив для себя, что озвученная новость сулит лишь приятные и радостные моменты в их с любимым батюшкой жизни, малыш беззаботно и сладко уснул.
Варвара, хлопотавшая без устали на кухне, приняла новость столь радостно и взволнованно, что едва не выронила миску с капустой из рук. «Наконец-то! Слава Богу, это свершилось!» — восклицала она то и дело. Когда восторги и объятия, подаренные обоим, были позади, Натали, попросив Владимира подождать наверху, задержалась подле Вари.
— Ты вправду нисколько не возражаешь против нашего брака? — спросила княжна Репнина, усаживаясь на лавочку и глядя на Варвару снизу вверх. — Я ведь знаю, как ты любила Анну.
— Ох, Наталья Александровна! Как я могу возражать против вас? Вы так любите нашего маленького мальчика! А ведь если взрослого ещё можно обмануть, провести уловками и коварством, то сердце ребёнка — никогда! Не привяжется дитя столь искренне и беззаветно к плохому человеку. И потом, — Варя, позабыв про кухонные дела, уселась рядом с Натали, — я вижу, что Володя любит вас. Уж сколько он настрадался! Ну какие, в самом деле, у меня могут быть возражения?!