Низвергнутый 5: возвращение в Гелион (СИ)
Прежде чем я ступлю на землю Гелиона, нужно было подготовить почву. Последний раз я был там в день моего низвержения. До того же я десятки лет оставался в своем мире.
А Гелион менялся. Постоянно. Даже за эти полгода, что я провел на Земле, он изменился.
Легионы богов, Плененная Звезда, астральный источник, — я должен был узнать всё. Обновить старые связи, узнать обстановку, чем нынче дышит Гелион. И нет для этого лучше кандидата, чем неприметная химера вроде Аки.
— Я сделаю все, как скажете, господин! — она решительно стиснула кулачок.
— Отлично, — я повернулся к Юмэми и постарался натянуть дружелюбную улыбку. — А нам с тобой пора уделить время друг другу. Помнишь, я обещал показать тебе все богатства галактики?
Юмэми улыбнулась, — так, что на душе кошки заскребли.
— Прямо сейчас? Дай мне пять минут, я хоть Аки поздравлю. Мы, знаешь ли, сдружились, пока тебя не было.
Едва я отошел, они с химерой обнялись и принялись перешептываться. Прямо как мать с дочерью. Черт возьми…
До чего же гадкое ощущение. Словно я предаю их обеих, и больше всего — себя.
И что это у нее за взгляд такой?
Я покосился на них: Юмэми обняла Аки и с любовью взъерошила ее волосы.
— Ты справишься, я знаю. Ну всё, теперь мне точно пора. Прощай.
Я отвернулся.
Не «до встречи». Прощай.
Юмэми подошла ко мне и тронула за локоть.
— Я готова, пойдем?
Не оборачиваясь, я кивнул — и мановением руки открыл портал.
— Удачной дороги, хозяин. — донесся сзади механический голос Париса.
— Возвращайтесь скорее! — добавила Аки.
Затылок горел от их взглядов. Черт…
— Да… пошли.
* * *Мы оказались посреди громадного поля в ночи. Легкий ветер гнал теплый воздух, по бескрайнему морю зелени бежали волны, как по воде.
А над нами — черное небо, полное звезд. Треть небосвода занимали четыре луны на орбите потрясающего газового гиганта, опоясанного разноцветными кольцами.
Величественное и захватывающее зрелище поражало.
Едва мы ступили на землю, Юмэми восторженно ахнула.
— О боже… Какая красота! Где мы?
— Это Калиман-4, третья луна на орбите этой планеты. Свет вашего солнца отсюда практически не видно, так что можно сказать, мы сейчас на другом конце галактики.
— Просто фантастика… — не отводя взгляда, она выудила из кармана телефон и подняла к небу. — Можно я сниму это? Когда я еще увижу такую красоту?
Хоо. Так она умудрилась протащить с собой телефон и на секретное совещание на Смилате?
— Тогда подожди пару минут, сейчас начнется настоящее представление.
Она уставилась на звезды, держа телефон наготове. Несколько минут ничего не происходило, лишь пара случайных метеоров прочертила в небе тонкие белые линии. Юмэми заерзала, косясь на меня.
— Ты уверен, что…
Едва она заговорила, как небо подернулось голубой полосой северного сияния. Небесная иллюминация волной прошла по небу, меняя цвет до зеленого и фиолетового. А через миг небосвод расчертил яркий шлейф падающей звезды.
Юмэми издала восторженный возглас и нажала запись. А в небе одна за другой возникали новые падающие звезды, на глазах превращаясь в колоссальных масштабов звёздный ливень.
Моя жрица застыла с выражением полного восторга на лице. Ее дыхание перехватило, а взгляд жадно пытался охватить все вокруг.
Я приобнял ее сзади и мягко произнес.
— Посмотри вниз. Магия творится не только в небе.
Она опустила взгляд на бесконечную степь. Живые волны травы, которые гнал ветер, вспыхивали огнями в такт небесному свету, словно среди стеблей загорались и гасли миллиарды зеленоватых лампочек.
Вся земля вокруг нас засветилась. В один миг мы очутились посреди сияющего моря колосьев, зеркально отражавшего звездопад.
И в этот раз жрица не удержалась от вскрика. Водя камерой по сторонам, Юмэми звонко засмеялась, и смотрела повсюду, жадно выхватывая новые фрагменты грандиозного действа, творящегося вокруг.
— Во имя маны, как? Как такое место вообще может существовать, Рэйджи? — спросила она, вытирая сияющие от восторга глаза.
— Ночью эта луна проходит через одно из колец Калимана, его частицы сгорают в атмосфере и создают этот звездопад, — объяснил я. — А у насекомых, живущих в этой траве, очень короткий срок жизни. Им нужно успеть найти пару, и лучшее время для этого — ночь, когда их не видят хищники. Они находят друг друга по свету крылышек, и выбирают себе пару по танцу в небе… смотри!
От земли одна за другой стали отрываться светящиеся точки и кружиться, взлетая выше. На миг показалось, что светопреставление в небе и на земле слилось в один невообразимый поток, полный красок и движения.
— Потрясающе… — прошептала Юмэми. — Такое зрелище стоит того, чтобы прожить целую жизнь. Настоящее чудо!
— И это не последнее чудо за сегодня, — я с улыбкой взял ее за руку, открыл портал и жестом пригласил внутрь.
— Что на той стороне? — осторожно спросила она.
— Кто знает? — я пожал плечами. — Есть только один способ выяснить.
Блеснув глазами, женщина шагнула к порталу.
— Что ж, идём!
* * *Мы успели побывать в десятках миров. Гуляли по великанским лесам Рапанаса, где деревья вырастают до нескольких километров, и мочили ноги в мелководных морях Келенара. Под прикрытием божественного барьера смотрели на дождь из расплавленных камней на поверхности планеты-ада Лине — и любовались водопадами Янтау, текущими вверх. Катались на небесных китах Дреаниса, пили вино на летающих островах Йетера.
Мы прошли везде, где ступала моя нога за последние полторы тысячи лет. Развалины крепостей и величественные города. пришедшие в упадок, громадные горы и бездонные пропасти, поросшие дивными растениями. Были в хрупком и прекрасном мире на орбите черной дыры, мире под светом трех солнц, мире на орбите газового гиганта всех цветов радуги. Проходили по черному песку на Йор-61, а следом переместились в мир-сад, больше похожий на рай.
— Вот и приехали, — я отпустил обнявшую меня Юмэми и шагнул назад, давая осмотреться.
Мы оказались на окраине пустынного города, сплошь поросшего деревьями. Ветки клонились к земле под тяжестью плодов, а в воздухе стоял такой аромат, что голова шла кругом. Всюду яркими пятнами виднелись гроздья цветов всевозможных расцветок.
И здесь, посреди настоящего рая, у Юмэми, уже навидавшейся всевозможных чудес, пропал дар речи. Она озиралась, лихорадочно водя телефоном по сторонам и снимая все, что попадалось взгляду.
Я молча взял ее за руку и повел вперед. Знакомой, сотни раз хоженой дорогой — через город-сад, к выбеленной солнцем скале, нависающей над живописным городком на берегу озера.
Вокруг потянулись дома и улицы без единой живой души. Брошенные повозки, успевшие зарасти травой, детские игрушки, деревянные мечи и корзины, лежавшие так, словно их бросили в спешке.
Под пышным ковром из зелени, тянувшейся по мостовой, то и дело высились невысокие холмики. А между стеблей просвечивали белые камни.
— Где мы? — наконец произнесла Юмэми.
— В мире, где для меня все началось, и где всё закончилось. Тебе нравится здесь?
— Не знаю, — тихо ответила она. — Здесь потрясающе красиво, но слишком уж тихо. Не слышно птиц, ни насекомых, ничего. Тут будет время остановилось.
Она даже не представляла, насколько была права.
Мы прошил через весь город и поднялись на небольшую скалу. У подножья шумел небольшой водопад и виднелось озерко с кристально-прозрачной водой, усеянной большими белоснежными лотосами.
— Это самое живописное место города, — тихо сказал я, поднимая голову. В небе сияли знакомые созвездия, расчерченные светящимися полосами газовых шлейфов от соседних звезд. В этой части галактики находилась большая туманность, так что вместо черного космоса в небе сияли невообразимой красоты линии, узлы и завитки.
Вторя ему, от озерка у водопада полился мягкий жемчужный свет.