Низвергнутый 5: возвращение в Гелион (СИ)
— Смотри в оба, Ямада, — произнес Шварцен. — Яд на этих шипах синтезирован так, чтобы причинять максимальную боль. Он разъедает плоть не хуже кислоты.
Да уж, порадовал! Я мельком оглянулся на доктора — и тут же отпрыгнул от еще одного шипа. Навстречу мне метнулась Фубуки, меч свистнул над головой, едва не срезая прядку упрямо торчащих волос. Подкат, на ноги, еще шипы!
Будь у меня сфирот контроля, я бы смог и сражаться с архонтом, и придумать план… стоп.
Я замер, едва не пропустив очередной удар. Из-под пола тут же ударили шипы аж с трех направлений, но разлетелись о пыхнувший энергией щит сомы.
Верно, контроль — Шварцен тоже контролирует Фубуки. Мой единственный шанс на победу — прервать связь. Одной мощной атакой пробить купол архонта и ударить по доктору.
Словно поняв мой план, архонт обрушилась на меня ураганом ударов. Пылающий маной меч дрожал и мерцал, — она теряла контроль над ним и теснила меня к капсулам. Туда, где мерцала стена купола, где я не смогу увернуться. И где наверняка меня ждет новая ловушка доктора.
Если это их план, подыграю. Бросая навстречу сопернице один щит за другим, я прыжками уходил назад, к ряду сверкающих белым пластиком капсул. Я старался не думать о том, что случайный удар может прикончить тех, кто внутри. Самому бы выжить.
Фубуки теряла контроль, её аура хаотично мерцала и шла вразнос. Взмахнув мечом в очередной раз, она вскинула руку — еще одно плетение! На меня обрушился град стальных копий. Одно за другим они вонзались в пол, где я был миг назад, тесня к стене. Перекатившись через капсулу, я на миг увидел доктора — он вытаскивал из громадного холодильника прозрачные пластины с фрагментами спинного мозга и пульсирующими шарами. Зародыши ядер магии, еще живые, и судя по размеру — детские.
Краем сознания я содрогнулся от отвращения. Насколько же нужно потерять остатки человечности, чтобы творить такое?
Но сейчас — идеальный момент, пока он занят спасением своих образцов. Я мельком увидел Фубуки в отражении капсулы — она взвилась в прыжке, занося меч для решающего удара. Но теперь бить буду я.
Повинуясь божественной воле, сома взвилась по сфиротам тугой струей — я раскинул руки, формируя сжатые до предела барьеры. Первый с хрустом уперся в стену купола и, как таран, пробил его насквозь. Второй же принял на себя удар меча. По ушам ударил страшный грохот энергетического разрыва, купол с треском рассыпался, а Фубуки, пронзив преграду, рывком метнулась ко мне, направляя лезвие точно в сердце.
Сжав зубы, я повернулся к бреши, пробитой в куполе, за которой виднелся силуэт доктора. Почуяв неладное, он медленно оборачивался к нам. Уклонюсь сейчас — упущу, возможно, единственный шанс ударить по Шварцену. Этот удар придется принять.
С обреченностью гладиатора я вскинул руку — вся моя сома сжалась в один нестерпимо яркий сгусток на кончиках пальцев. Сейчас!
Неизвестным чувством я ощущал, как позади меня меч архонта пронзает тугой воздух, приближаясь к спине. Сгусток в моей ладони вспыхнул — и ударил ослепительным лучом в фигуру доктора.
Точно в центр груди — в ядро магии.
Поток пронзил щит вокруг доктора, пыхнувший голубоватым светом, — и прошел сквозь его тело как нож сквозь масло.
В отражении стоявшей рядом капсулы мелькнуло лицо Фубуки и ее меч. Еще мгновение…
По затылку прокатилась волна холода — и с громким треском сзади вырос целый торос синеватого льда. Острие клинка вильнуло в сторону, обжигая руку. На пол закапала кровь, я отшатнулся и замер, не веря своим глазам.
В проеме коридора в конце зала стояла Котоно Айри. Запыхавшись от бега, она держала за руку дрожащую Химеру, а второй держала под прицелом Фубуки, остановленную неожиданной преградой. Архонт с заледеневшими по колено ногами дернулась, но лед держал крепко — в этом элементе Котоно не было равных.
— Цел, Гигас? — крикнула она.
— Ублюдок… — зашипел Шварцен, заставляя нас обернуться.
Он медленно вставал, даже не пытаясь закрыть оплавленную дыру в груди. Внутри что-то шевелилось, из раны сочилась слизь пополам со сгустками черной жижи, но и капли крови не было.
— Да что ты вообще такое? — с отвращением произнес я.
— Это ядро Лили, хорошая была девочка, — пошатнувшись, он с усмешкой поднял руку и коснулся раны. — Мечтала стать балериной, когда вылечится. Она хорошо послужила мне. Жаль, недолго.
Обрамленная каплями слизи, рана медленно затянулась. Я же не поверил словим глазам: его аура, слепленная из десятков разноцветных лоскутов, потеряла один цвет.
— Что за… дерьмо здесь происходит?..
Я обернулся — голос Фубуки! Архонт, погасив пламя клинка, обхватила руками голову. На её лице отразилась тяжесть недельного похмелья. Какое же облегчение — видеть такое её лицо!
Стены «цитадели архонта» вокруг нас замерцали и начали растворяться, плетение сходило на нет. Но Шварцен не спешил просто так отпускать удобную куклу.
— Фубуки, ты же знаешь, кто твой враг! — воскликнул он, неуловимо плетя новые узоры. — Убей этого бога, пока он не убил всех!
Тонкие нити магической связи снова протянулись и оплели ауру архонта липкой паутиной. Теперь я четко видел, как подонок контролировал её — через ядро, связанное с ним магическими потоками. Он буквально мог прикрыть ее магические силы, иссушить Фубуки — или же напротив, затопить ее. Архонт дернулась, борясь с путами доктора, но устоять перед столь сильным влиянием не смогла.
Проскрежетав зубами, архонт снова подняла голову — и изо всех сил рванулась, разбивая прочные ледяные оковы.
— Чёрт! — Котоно метнула в нее глыбу льда, но ловкая Фубуки быстро выстроила щит. Глыба разбилась о преграду сотнями сверкающих обломков, густо осыпая стоящие повсюду капсулы.
Воздух наполнился голубыми струйками газа из перебитых проводов, воздух пахнул сладковатым травянистым запахом химикатов.
В повисшей дымке разлилось пульсирующее эхо концентрации маны. Я видел такое раньше, но лишь в самых жестоких и беспощадных битвах с магами. Воздух сперло в груди. Сглотнув тугой комок, я воскликнул.
— Котоно, она будет бить по площади!
— Поняла! Я задержу её, иди за ним!
В стелющемся тумане я разглядел застывшую фигурку Химеры. Девчонка буквально остолбенела, слепо глядя на нарастающее пульсирующее свечение вокруг Фубуки. Её создатель не удосужился не только дать ей нормальное тело, но и научить выживанию в бою.
— Мелкая, прячься!
Химера словно по команде сорвалась с места и быстро спряталась за рядом капсул. И вовремя — наэлектризованный воздух вспыхнул ослепительной коронарной дугой — и на нас обрушился настоящий дождь молний.
Я вскинул щит, как тут же из земли ударила целая волна шипов. Проклятье, Шварцен!..
Спешно выставив щит над головой, я метнулся к нему под градом жесточайших разрядов. Ослепительные ветвистые молнии разносили к чертям капсулы, пронизывали и раскалывали ледяные преграды, облизывали щит, грозя добраться до меня. Я мчался среди капсул, уворачиваясь и перепрыгивая могильные клыки шипов, покрытых ядом, с каждым мигом приближаясь к доктору.
Яростный крик раздался за моей спиной — Котоно и Фубуки схватились в жестокой битве. Архимаг знала, что она ей не ровня, но Айри и не собиралась побеждать.
Держись, мамаша ангелов! Подари мне еще минуту, да хоть полминуты, мне хватит добраться до него!
Шварцен понял мой план — и буквально рассек разделявшие нас метры целой стеной из шипов.
Не сбавляя скорости, я прыгнул и взмыл над острыми гребнями в невероятном кувырке. Краем глаза заметил движение — шипы, словно живые, удлинились, пытаясь достать меня. Черт!
Струя энергии ударила вниз, сметая ядовитый частокол, а я кувыркнулся и прокатился по полу, едва не врезаясь в капсулу. Плечо обожгла ослепительная боль, расползаясь огненным потоком по всему телу. Всё же зацепил!
Но теперь это не имело значения — я был в пяти метрах от подонка, нас разделял лишь один ряд капсул. Но едва я бросился с места для последней атаки, как ветвистая молния грохнула в потолок над нами. Зловещая фиолетовая ветвь полоснула по стене, оставляя подпалину, и грянула в основание разделявшей нас капсулы.