P.s. Alice (СИ)
Он мог получить любую… И он получал… А я что? Глупая маленькая девочка, трепещущая при одной мысли о нём и мечтающая о чём-то серьёзном и большем…
Наверное мои чувства, пусть и не совсем осознанные ещё в таком юном возрасте являлись уже тогда – фатальными…
На каком-то инстинктивном уровне я чётко понимала, что мне нужен именно такой мужчина как Вячеслав…
А если точнее, то нужен именно ОН… Смешно, несбыточно, но так хотелось поверить в сказку…
Подобное сложно объяснить простыми словами... Напоминало больше какую-то дикую и взрывную химию между двумя людьми, которой невозможно было как-то противостоять…
И тогда невозможно! И сейчас невозможно! Факт? Факт...
Именно про эту самую «созависимость» и говорил Вячеслав несколькими часами ранее в кабинете и я понимала его тогда без лишних пояснений – это явление как бы я не противилась носило взаимный характер…
Нужно честно признать, чтобы между нами не происходило и как бы не крутила нас жизнь – меня всё равно будет тянуть к нему… Ненормальная? Ненормальная… Однозначно…
Эти чувства пугали, казались чем-то действительно нездоровым, но моментами они растворялись в этой самой «химии», доказывая и вытаскивая на поверхность сознания чёткое понимание – чувства к Вячеславу отнюдь не на короткий срок…
Но готова ли я была примириться и жить с этими чувствами? Особенно после всего, что между нами было…
Разговор выдался откровенным и морально очень тяжёлым…
Затянувшиеся душевные раны вновь были раскурочены до «мяса» и кровоточили с новой силой…
Я была в тупике… В смятении...
Что теперь делать и чего в действительности мне бы хотелось?
Без эмоциональной составляющей, вот так – на трезвую голову… Чего?
Вновь бежать от Князева и ныкаться по углам до конца оставшейся жизни?
Глупости… Даже если бы он меня честно отпустил, я бы никогда не отделалась от навязчивой и параноидальной мысли, что за мной следят его люди и я всё ещё нахожусь под колпаком… Факт? Факт...
Остаться? Но тогда простить…
Простить и отпустить прошлое…
Довериться? Довериться…
Начать с чистого листа…
Смогу ли?
* * *
Выходные наступили стремительно и ранним воскресным утром мы выдвинулись на кладбище под сопровождением внушительного количества охраны…
Охраны рядом с Вячеславом конечно и в прошлом было предостаточно, но сейчас масштабы всей этой «свиты» напрягали, против воли заставляя нервничать…
Невольно вспомнились слова Юры Туменова: «Здесь многое изменилось за время твоего отсутствия Алиса, Князь теперь очень важная персона… ВЕСЬМА»… И с этими изменениями мне только предстояло ознакомиться…
Вячеслав сдержал данное мне слово, более того, ни разу за время нашего пути не выказал ни словом ни своим видом неприязни или отрицания к происходящему и моему стремлению в последний раз проститься с Андреем…
Это было очень важно для меня, потому что я бы не выдержала чувства неловкости перед ним и открытой ненависти ко мне в связи с происходящим…
Мы ехали в полной тишине, Вячеслав выглядел полностью расслабленным и лишь изредка отвлекался на телефонные звонки… Постепенно его спокойствие передалось и мне…
Похоронная процессия собрала огромное количество людей и машин, которые заполонили всю округу рядом с кладбищем, но наши внедорожники тараном шли вперёд…
Фургоны телевизионщиков также мелькали среди машин представительного класса, а силовые структуры, стянутые по периметру огромной территории известного кладбища – старались не вмешиваться в происходящее действие…
Никаких провокаций… Чревато последствиями…
Чем ближе мы подбирались к месту назначения, тем труднее мне становилось дышать... Я чувствовала себя опустошённой и разбитой, еле сдерживала рвущиеся наружу слёзы…
Вячеслав перед нашим выездом заранее предупредил – гроб Андрея будет закрытым, поэтому мы появимся на кладбище непосредственно перед его погребением…
– Ну-ка, держи Алис, – обращается ко мне Вячеслав, протягивая пластинку с какими-то жёлтыми таблетками и маленькую бутылочку негазированной воды. – Это успокоительное… – спокойно поясняет.
Тем временем, наши наглухо тонированные внедорожники останавливаются рядом с центральным входом в кладбище и после отмашки сопровождающей охраны, мы с Вячеславом выбираемся из машины…
На улице стоит мороз, меня начинает колотить с двойной силой – внутренний мандраж и холод…
– Успокойся роднуль, я рядом, – уверенно берёт меня под руки и ведёт уже вглубь кладбища.
На нашем пути встречается разная публика: кто-то протягивает Вячеславу руку в приветственном рукопожатии, кто-то втягивает его в короткую беседу, но все как один с любопытством изучают мою скромную персону, начиная с кисти моей руки которую так бережно удерживал Князев, перебираясь взглядами к общей картине… Но… Открыто проявлять интерес и расспрашивать обо мне ни один из них конечно же не решался…
Вячеслав всё также не выпуская моей руки, уверенным шагом держит курс к нужному участку, почти на подходе к нам присоединяются ещё люди, среди которых узнаются знакомые лица Ветрова и Туменова – молча кивают мне в знак приветствия…
Дальнейшие действия проходят как в тумане, в голове стоит нарастающий гул, перед глазами мелькает вечер нападения на островах и я практически ничего не слышу – абстрагируюсь и закрываюсь от всего мира…
Среди толпы скорбящих внимание привлекают несколько женщин, особенно громко рыдающих и бросающихся на подготовленный к погребению гроб… Кто они? Кем приходились Андрею? Уже не важно...
Голова идёт кругом и подступает тошнота, я невольно жмусь к Вячеславу, который без лишних слов бережно приобнимает меня за плечи в знак поддержки…
А когда гроб начинают опускать, один из охранников появляется рядом с нами с огромной корзиной алых роз и чёрной траурной лентой, на что Вячеслав только кивает, выпуская меня из рук и позволяя проследовать за охранником для возложения цветов…
Его благородство подкупает, он позаботился даже о такой незначительной детали…
Взоры скорбящих обращены на меня, сквозь пелену слёз улавливаю заинтересованные и цепкие взгляды… Цепкие в плохом смысле этого слова… Мне становится не по себе… Коршуны…
Мысленно прощаюсь с Андреем и как можно скорее возвращаюсь к Вячеславу…
Не замечаю как сама нервно хватаю его за руку в поисках защиты… Всё тело бьёт мелкая дрожь и Вячеслав притягивает меня к себе, даря тепло своего тела… Безвольно поддаюсь и даю волю слезам, зарываясь лицом в его грудь…
Происходящее выглядит дико, но он всё равно находит в себе силы остаться рядом и поддержать меня…
– Идём Алиса, здесь слишком людно, ещё будет возможность наведаться без посторонних глаз, – шепчет где-то у виска и я молча соглашаюсь с ним лёгким кивком головы.
Под сопровождением нашей охраны, мы берём обратный курс как мне казалось к выходу, но Вячеслав сворачивает в сторону на другую аллею…
Через несколько минут, мы оказываемся у могил семьи Князевых, которые отгорожены отдельным белоснежным забором…
Невольно прохожусь глазами по табличкам и замираю – целые поколения…
Всё тот же охранник подносит ещё один большой букет и Вячеслав утягивает меня с собой к могиле своего отца…
Я не решаюсь открыто взглянуть на Вячеслава, но боковым зрением замечаю, как его лицо искажает гримаса боли… А после – смирение...
Он аккуратно ставит букет в большую каменную вазу и ещё крепче сжимает мою руку, наверное в поисках поддержки… Он такой же живой человек...
Не знаю сколько времени проходит, мне хочется высказать ему слова соболезнования или поддержки, но трушу и не решаюсь произнести и слова…
Невольно вздрагиваю, когда Вячеславу вновь протягивают ещё один букет и медвежонка из живых цветов…
Непонимающе смотрю на него, в то время как он молча отходит к могиле матери… На надгробной плите изображена красивая женщина, в тонких чертах лица которой угадывается сходство с Вячеславом…