P.s. Alice (СИ)
– Алиска… Я такой же живой как и все, думаешь в тот момент под гнётом сухих фактов я мог трезво что-то соображать? Блять… Не мог роднуль… Не мог... Ты не представляешь, какую картину я застал, когда приехал на место взрыва машины отца… Всё разом навалилось и я поплыл… Неужели ты думаешь, что я без причины так сорвался? Я же любил тебя маленькая, ты была мне дороже самого дорогого в моей жизни…
Вновь замолкаем… Тишину нарушают только всхлипывания Алисы и моё бешенное сердцебиение… Почему я не сдох ещё?
– До правды докопался Стас, в тот момент я был не в состоянии что-то разумное мыслить… Отправил его за тобой в Карелию не затем чтобы навредить Алиса, а просто уберечь… Я обезумел от одной только шальной мысли, что тебе могут навредить, что я сам тебе навредил и ты уже никогда меня не простишь… Знаешь, я даже жалею, что я выжил… После всего, что случилось мне и самому жизнь не в радость… И теперь, когда ты более менее знаешь, что творилось со мной, я хочу попросить у тебя прощения... Я знаю, что весь мой рассказ не умоляет моей вины перед тобой, но прости меня Алиса если сможешь…
Мы вновь молчим… Каждый о своём… Каждый сгорает в своём персональном аду...
– Возможно ты не воспримешь сейчас как-то здраво мои слова и возможно они не к месту, но Алиса... Блять... Я просто не могу не сказать... Будь что будет, но Алиска, ты мне всё также дорога, я тебя люблю роднуль... Люблю так, как не любил никого и никогда... Не готов тебя отпускать, не готов мириться вновь с тем, что наши пути могут разойтись... Не могу... Ты в голове, ты в сердце, ты под кожей маленькая... Хочу предложить попробовать ещё раз… Даю тебе слово, что не разочарую, если простишь меня и решишь остаться… Мы обязательно справимся, слышишь? Столько лет мы были с тобой созависимы, поверь это состояние не пройдёт ни через год, ни через два ни через десять лет…
– Почему ты не допускаешь мысли, что я уже излечилась от этой зависимости Слав? – хрипло спрашивает она, глядя прямо в глаза.
Моя маленькая девочка, измученная и искалеченная мной... Хочу всё исправить... Почти уверен, что даже если она решит двигаться дальше одна – она не обретёт счастья, потому что будет жить без меня... Звучит слишком самонадеянно, но в нашем случае с Алисой это скорее аксиома, которую мы просто должны принять и жить дальше...
– Потому что это неправда роднуль, давай не будем лукавить друг перед другом, раз уж у нас сегодня выдался вечер откровений… Алиса полушай…
– Я не знаю, что тебе сказать Слав, мне нужно переварить всё то, что ты мне сказал… Не дави на меня пожалуйста…
– Я и не собирался маленькая, у тебя ровно столько времени, сколько тебе понадобится… Что касается твоей безопасности, можешь быть уверена, что я тебе её обеспечу в любом случае, чтобы ты не решила… Всё же вы с Филатовым не мало людей взгрели и жаждущих поквитаться не уменьшилось… В общем не спеши, обдумай всё как следует и помни, каким бы не было твоё решение, я его приму и поддержу… Я искренне хочу, чтобы ты была счастлива Алиска, ты его заслужила как никто другой…
Да и это сущая правда... Пусть даже вдали от меня, пусть даже с другим человеком, но я отпущу, если она решит, что только так обретёт долгожданное счастье...
А я... Я буду каждый день умирать по чуть-чуть зная, что где-то рядом бродит моя мечта, которую я упустил... И у нас никогда не будет семьи, о которой мы вместе мечтали и никогда не будет детей, которых мы искренне хотели...
Алиса сидит тихо напротив меня и не спешит уходить, а я боясь спугнуть этот момент почти не дышу... Хочется обнять её до безумия, до ломоты в теле, но не могу себе этого пока позволить...
Нам нужно время... Ещё очень много времени, ведь впереди тяжёлый путь к нашему счастью... На меньшее я и не рассчитываю...
Глава 18
Когда началось моё безумие?
Порабощающее разум притяжение и неизлечимая болезнь под названием Князев Вячеслав…
Пожалуй очень давно, настолько давно, что порой казалось в совершенно другой жизни… Такой далёкой и всё больше блекнувшей с годами…
Когда мне первый раз довелось столкнуться с Вячеславом, я ещё не знала, что такое влюбленность и интерес к противоположному полу…
Для меня самой стали большой неожиданностью те первые тёплые всполохи в груди и «бабочки в животе», когда впервые увидела его воочию…
Молодой и красивый мужчина о котором так часто гудели практически в каждом уголке нашего городка…
Кто-то отзывался о нём с нескрываемым восхищением, а кто-то с опаской и страхом, не в силах выразить нечто большее, к примеру неприязнь или неуважение…
От него веяло непоколебимостью и уверенностью в себе, которые читались в каждом его движении, слове и взгляде…
Такие как он наверняка всегда держали данное ими слово и за такими мужчинами наверное как за каменной стеной – думала я тогда…
Его внутренняя сила манила и притягивала…
Моя первая влюбленность…
Мне было неполных шестнадцать лет, но не смотря на возраст, чувствовала я себя как уже хорошо «загнанная лошадь»…
Загнанная жизнью… Причём жёстко…
В то время, когда большинство моих сверстниц проживали более менее беззаботную юность, прикупая себе модных вещичек, косметики и отрываясь с парнями на дискотеках – мне каждый Божий день приходилось вести борьбу за выживание…
За наше выживание с Вероничкой…
Мы с сестрой были словно маленькие рыбки, выброшенные в бурю на песчаный берег, которые жадно хватали ртом воздух и отчаянно стремились вновь окунуться в привычную водную среду…
Из-за вечных попоек матери и отчима у нас на квартире, по-большей степени учёбу в школе мне приходилось пропускать, но учителя сочувствующе шли мне навстречу, позволяя отрабатывать материалы в дополнительное время…
Приходилось оправдывать возложенные на меня ожидания без промахов, дабы избежать потенциальных проблем с опекой, которые реально могли у нас возникнуть, если бы администрация школы сигнализировала им о моей неисправной посещаемости…
Я крутилась как «белка в колесе»: убитая квартира, в которой вечно нужно было наводить порядок после шумных застолий, уход за Вероничкой и внимание, садик, подработка в кафе, школа, домашнее задание ночами при свечах и самое страшное из всего – противостояние с отчимом…
Его сальные взгляды, открыто устремлённые на меня, пошлые шуточки даже порой в присутствии матери и стремления прикоснуться ко мне – становились невыносимыми…
Омерзение и отвращение, вот какие чувства вызывали во мне все его потуги… Даже удивительно, как при этом ужасе и ненормальности во мне в принципе могли зародиться чувства и интерес к противоположному полу – к Вячеславу…
От матери понимания и помощи ждать не приходилось, а жаловаться куда-то в органы было до безумия страшно…
Огласка предвещала серьёзные проверки нашей семьи со стороны опеки и органов – предвещала разлуку с сестрой, потому что нас бы просто раскидали по разным приютам из-за разницы в возрасте…
Приходилось молчать, приходилось терпеть, приходилось жить «по-средствам»…
На что мне были эти новые шмотки, эти дискотеки или первые отношения с мальчишками, когда на мне чёрной тучей висели куда более серьёзные проблемы? Смешно...
Да и в принципе, я никогда не задумывалась о мальчишках, не старалась кому-то из них понравиться, всегда одевалась в довольно свободную одежду из-за синяков и нездоровой худобы…
А потом, потом я увидела его…
Они стояли небольшой компанией около своих модных иномарок – молодые и крепкие спортсмены, переговариваясь о чём-то своём и переходя временами на общий гогот…
Вячеслав разительно выделялся среди молодых мужчин не только внешностью, но и умением держаться – от него буквально веяло опасностью и властью, которые каждый чуял за версту…
Влюбленность? Кто он и кто я?
Глупо конечно, ведь по нему сохла добрая половина женского населения нашего городка, но разве сердцу прикажешь?