Почувствуй (СИ)

— Она не навредила тебе? — Спрашивает Озгюр. — Или кому-то ещё?
— Остальных допрашивают в доме, не понимаю, зачем спрашивать у всех одни и те же вопросы.
Друзья, пожелав Кадер терпения, побежали к дому, спорить с полицейскими, не желающими пропускать их во двор.
— Она ничего тебе не сделала?
— Сделала, — вдруг говорит любимая, сейчас её взгляд другой, и я не понимаю, что он означает.
— Что? — Пытаюсь погладить её по голове, но она останавливает мою руку, самое время заметить красивые узоры на её руках.
— Открыла мне глаза на всё происходящее. Тебе не кажется странным, что перед нами постоянно встают какие-то проблемы? И это не глупые ссоры, или обиды. Проблемы доходят до такого, что кто-то из нас может умереть.
— Но мы всегда справляемся с этими испытаниями. Нужно преодолеть все беды, чтобы после мы были счастливы.
— А что если посмотреть на это с другой стороны? У кого-то в жизни ты видел подобные ситуации? Чтобы влюбленные опасались убийц, чтобы кого-то похищали, взрывали машины, стреляли? Ты встречал такие истории в жизни?
— Нет, но…
— Что это если не прямое доказательство того, что нам не суждено быть вместе?
— Что ты такое говоришь? Мы ведь со всем справляемся.
— И сколько это будет продолжаться? Пока не будет последнего сигнала? Когда никаких сомнений не останется, что всё это было ошибкой? Когда кто-то из нас всё-таки умрет?
— Откуда такие мысли?
Кадер поднимается на ноги, я поднимаюсь за ней, она смотрит на меня глазами полными слёз.
— Ты разве не замечаешь? Любовные истории не начинаются с покупки человека, и не продолжаются дикой смесью из убийств, похищений, угроз, и попыток убийства.
— Это всё скоро закончится, я обещаю тебе. Сделаю всё, что возможно и даже больше. Я люблю тебя, и знаю, ты любишь меня.
— Люблю, не буду врать. Помнишь наш разговор одной тёмной ночью. Мы сказали друг другу, что сможем держаться в стороне друг от друга, только бы ты, или я, остались живыми? Что изменилось с тех пор? Ты готов оставить меня, чтобы оба мы остались жить?
— Кадер. Ты просто напугана. Всё хорошо, никто никого не убьёт. Мы поймаем Йетер, и она больше никогда не появится перед тобой, — беру любимую за руку, пытаюсь успокоить её, другой рукой поглаживаю её по плечу.
— Ответь на вопрос, ты оставишь меня, как и обещал, никогда не вмешиваясь в мою жизнь?
— Кадер, прошу тебя, успокойся.
— Ответь на вопрос. Ты ведь обещал мне.
— Да. Если что-то действительно будет угрожать твоей жизни из-за меня, я сделаю всё, чтобы спасти тебя, какая бы цена у этого не была.
— Спасибо, — шепчет она.
— У нас ведь завтра свадьба. Неужели Йетер напугала тебя так, что ты решила оставить меня?
— Я не знаю, Биркан. Я запуталась. Что если мы и впрямь не должны быть вместе, настолько не должны, что судьбе проще убить нас, чем позволить быть вместе?
— Значит, жизнь так боится нашего союза, потому что мы можем переиграть и судьбу и смерть, чего уж говорить о врагах, — целую девушку в лоб, максимально растянув этот поцелуй.
Она задирает голову, смотрит на меня долгим, болезненным взглядом. Невыносимо смотреть на её слёзы.
— А что если не переиграем? А станем жертвами своих же игр и прихотей?
— Всё будет хорошо. Я обещаю тебе.
Йетер снова сбежала, и как только ей это удаётся? Нам повезло, никто не пострадал. Шекер закатила истерику, и не успела выстрелить, Кадер успели спрятать, а едва послышались полицейские сирены, Йетер начала палить в воздух, освобождая себе дорогу, чтобы женщины испугались её задержать, и скрылась в неизвестном направлении.
Подвёз Кадер до дома, завтра мне предстоит забрать её отсюда, и в скором времени назвать её своей женой.
Всю дорогу она молчала, весь вечер, до того, как мы разъехались, не произносила ни слова.
— Завтра важный день, — говорю я, глядя через лобовое стекло, на нервно топчущегося у двери Джошкуна. — Доброй ночи. Постарайся больше не нервничать.
— Биркан, — вдруг говорит Кадер, трогая ногтями рисунок хной на своих кистях, уделяя этому процессу всё внимание своих глаз. — Я не могу обещать, по поводу завтрашнего дня.
 
— Что это значит?
— Если я стану сбежавшей невестой, можешь никогда меня не прощать, но так я буду уверена в том, что не стану причиной твоей смерти.
— Кадер, — вздыхаю я, понимаю, что никаким образом переубедить её не смогу. — Я ведь обещал оставить тебя в покое, если ты этого захочешь. И прощу, если завтра ты не придёшь. Но пообещай мне, пообещай, что подумаешь об том событии. Пусть эта ночь будет тяжелой для нас, но ты не должны пожалеть о своём решении. Если ты посчитаешь нужным, не прийти, я пойму тебя, главное, чтобы у тебя не было никаких сомнений на этот счёт.
— Спасибо, — шепчет она.
— Я отменю всю эту организацию, церемония начнётся на месте праздника. Утром никто не будет будить тебя песнями, музыкой, битьём в барабаны.
— Спасибо, — вновь поблагодарила девушка, на это раз взглянув в мою сторону.
Кадер взяла мою ладонь, двумя своими, и сжала. Мы посмотрели друг другу в глаза. Это и было нашим прощанием.
  
Глава 73. Кадер
 
— Ты можешь ничего не спрашивать? — Говорю я отцу, заходя в дом.
— Дефне позвонила мне, я слышал…
— Забудь. И Дефне пусть забудет. Она останется у тётушки этой ночью, они приедут утром, чтобы подготовить меня.
— Тебя ведь беспокоит не только эта ситуация, не так ли?
— Верно, — железно-спокойным тоном проговариваю я. — Возможно, завтра я не выйду замуж. Знай это. Так же, как и снова могу сбежать из города. Если вдруг что-то из этого произойдёт, не пугайся и не переживай.
— Ты ничего мне не расскажешь?
— Нет. У меня нет сил для этого.
Я прохожу в гостиную, и вместо маленького уютного стола, дивана, телевизора и остальных вещей, вижу тот самый длинный деревянный стол, и кучу стульев. Все те предметы, которые я так ненавидела, и выбросила из своей жизни.
— Что это?
— Теперь ведь у нас большая семья, я хотел, чтобы после вашей свадьбы, на следующий день или позже, чтобы мы собрались здесь. И хоть единственный раз были бы счастливы за этим столом. Я не думал, что эта мебель причинит тебе боль…
— Всё хорошо, пусть будет.
С улицы послышались звуки машин, в окнах отразился свет фар. Отец подбежал к окну.
— Это ещё что?
— Охрана из дома Ташлычунар, они будут здесь до утра, чтобы больше никому не пришло в голову напасть на нас.
— Да что же это такое происходит?
— Ничего больше не имеет значения.
Закрываюсь в комнате, снимаю праздничный наряд, оставляю его на полу, сажусь рядом с ним, и смотрю на шкаф, где на дверной ручке, на вешалке висит моё свадебное платье.
Не могу сказать, сколько времени я провела глядя на него, не могу понять, о чём думала, обо всём, но при этом ни о чём важном. В моей голове звенела пустота, за которой маскировались тысяча и одна проблема.
Совершенно неожиданно наступило утро, я даже не заметила появления солнца, но прислушивалась к пению птиц за окном, к шуму ветра, к скрипящим от порывов ветра стенам дома.
— Ты готова, невеста? — Стараясь выглядеть решительной, спросила тётушка.
Не заметила, как они с Дефне приехали, не знаю, сколько они уже стоят в дверном проёме, с этим беспокойством во взглядах, наблюдают за мной.
Молча пожимаю плечами и встаю на ноги.
— Ты ведь не спала этой ночью, да? — Проговорила тётя, обхватив руками мою голову.
— Нужно было многое обдумать.
— Отец рассказал нам о твоих планах, — прошептала эту новость Дефне, так, будто это что-то страшное. — Что ты решила, дочка?
— У меня нет конечного решения, о котором следует заявить.
— Но ты ведь переоденешься, правда?
— Если я не буду выходить замуж, зачем?
— Сэкономишь время. А так ты всегда успеешь снять его, или даже разорвать в клочья при побеге, — странно проговорила тётушка, проследовав к шкафу.