Очень долгое путешествие, или Инь и Ян (СИ)

Местами вдоль стен тянулись ряды рассохшихся сундуков, и валялись около саркофагов полуистлевшие мешки. Вероятно, они сохранились тут со времён, когда эльфы жили в некрополе, скрываясь от преследования.
Мы пересекли зал, и Иорвет снова повёл по лабиринту галерей. Я окончательно запуталась в пространстве.
В этот раз анфилада комнат, плотнее других уставленных сундуками и саркофагами, вывела в необъятный и необозримый в высоту зал в форме цилиндра. Ярусами его опоясывали балконы с беломраморными колоннами, увитыми резными узорами плетистых роз. Мы вышли на третьем этаже. С каждого балкона в глубь некрополя вели многочисленные проходы — в мозгу не укладывалось, насколько гигантским был этот город мёртвых.
Снизу с первого этажа поднималась многометровая, уходящая в темноту сводов белоснежная статуя эльфийской девушки в коротком хитоне, которая держала меч в высоко поднятой руке. Я узнала её — это была Аэлирэнн. Может быть, она и прокляла себя за то, что повела свой народ на смерть, но эльфы не отреклись от неё и не забыли.
Балконы местами обвалились, и Иорвет задумчиво остановился около завала.
— Нам нужно на первый этаж, — он махнул в направлении одного из проходов между стоящими кругом каменными изваяниями.
Я подошла к обрушенному краю. Ведьмачий медальон дёрнулся.
— Здесь есть какая-то магия, — обернулась я к эльфам.
Анару, который запасливо собирал по пути факелы, зажёг один и бросил вниз. Пламя очертило дугу, высветив неподвижные мраморные фигуры эльфов. Среди них лишней и неуместной была одна — тёмная гора из камня, которая, сгорбившись, сидела у подножья статуи Аэлирэнн. Факел подкатился к её ногам. С каменным хрустом фигура зашевелилась и поднялась. Голем!
Иорвет выругался и зашагал взад-вперёд по балкону.
— Какого чёрта тут делает голем?!
— Големов создают маги, чтобы охранять сокровища или проходы. Кстати, и дверь была заперта. Кто-то очень не хотел, чтобы этим путём пользовались, — размышляла я вслух.
— Ты можешь убить его? — раздражённо перебил эльф.
Я снова подошла к краю. Ростом голем достигал балкона второго этажа. С грохотом он затоптал факел и озирался вокруг. Я знала, что где-то в каменном теле искусственно созданного чудовища спрятан магический артефакт, поддерживающий ему жизнь. Взгляд зацепился за могучий торс из булыжников и огромные кулаки-гири. В списке самых мощных чудовищ голем занимал одно из первых мест, я же пока уверенно расправлялась только с самыми слабыми. Анару метнул второй факел, голем заторможенно поднялся и вразвалку пошёл к огню. Ощущение медлительности было обманчивым — големы при желании умели передвигаться молниеносно. Я покачала головой.
Иорвет порывисто остановился, перегнулся через парапет, вглядываясь в тёмный провал выхода.
— Все, кроме ведьмачки, ищите верёвки. Нам нужно как можно больше не совсем истлевших, крепких и длинных верёвок. Открывайте сундуки, мешки, саркофаги, что угодно, — скомандовал он. — А ты… ты достанешь утопцев. М-м… троих, не меньше. Они нужны мне живыми.
Живыми? Как он себе это представляет? Я растерянно смотрела на Иорвета, но он уже стремительно шагал к сундукам в коридор, из которого мы пришли.
Мучительно пытаясь придумать подходящий способ пленения утопцев, я свернула с балкона в соседний с нашим проход. Ладно, разберусь по ходу дела, да и вообще, сначала этих утопцев нужно хотя бы найти. Глотнула опять Кошку — лишних рук на факел у меня не было. Сосредоточилась, пошла по коридору на звук капающей воды. Так, тут четверо. Защита, оглушение. Одного пришлось убить, трое отлетели к стене. Схватив ближайшего за гребень, я потащила его в сторону балкона, послав оставшимся ещё один Аард.
Утопец скоро очнулся, и снова я оглушила его. Мне пришлось несколько раз повторить экзекуцию, прежде чем я доволокла его тушу до скоя'таэлей. Айвор с Роэлем ловко связали несчастного пленника, а я отправилась за следующими. К моменту, когда я подтащила всех троих, на балконе уже скопилась куча из мотков, клубков и бобин с верёвками разной степени трухлявости.
 
Иорвет выбрал самую тонкую, привязал к стреле. Отошёл максимально вправо, насколько позволял балкон, туго натянул лук и выстрелил. Стрела прошла за головой изваяния в глубоко надвинутом капюшоне у нужного нам выхода, отскочила от стены и выпала на пол слева, протянув за собой за спиной статуи верёвку.
Голем закрутил головой, пытаясь вычислить источник шума.
— Отвлеки его, — тихо сказал Иорвет.
Анару кинул факел на противоположную, подальше от выхода, сторону зала.
Пока голем расправлялся с очередным факелом, Иорвет тщательно прицелился и выпустил вторую стрелу с тонкой верёвкой. Стрела вошла точно в древко первой. Голем бросил играть с огнём и ринулся к стреле.
— Кидайте утопца! — заорал Иорвет.
Анару и Айвор молниеносно перевалили утопца через каменные перила. Тот плюхнулся на мозаичный пол и забился в верёвках. С поднятым кулаком голем неожиданно стремительно двинулся на него.
Иорвет с Моной тем временем аккуратно вытащили крест из стрел, привязали прочный толстый трос к концу тонкой верёвки и стали протягивать его за шеей статуи.
Голем крушил зал. Удары кулаков дробили плитку, а вёрткий утопец никак не хотел умирать. Мне стало не по-ведьмачьи жаль его, и я постаралась выкинуть лишние мысли из головы. На его месте могли бы быть мы.
Эльфы, наконец, протянули трос за спиной статуи и привязали концы к перилам. Иорвет попробовал его на прочность, недовольно покачал головой.
— Я пойду первым, остальные по убыванию веса, — сказал он. — Анару, когда я из прохода зацеплю верёвку, отвяжи левый конец, и мы натянем её прямо на выход.
Анару кивнул. Снизу раздался предсмертный визг и глухой звук удара. Иорвет порылся в куче притащенного с верёвками хлама и выбрал ржавую изогнутую скобу. Приложил её к тросу, примерил, взялся с обеих сторон. Я смотрела во все глаза.
Эльф оглянулся, многозначительно кивнул на второго утопца, легко спрыгнул, оттолкнувшись ногами от балкона, и заскользил через зал. В детстве мы занимались подобным развлечением, спускаясь безо всяких страховок по тросу вниз с дерева и тормозя в ржавую пружинную кровать, притащенную со свалки. Отбитые тогда плечи фантомно заныли.
Голем увлёкся новой приманкой, а Иорвет в полёте раскачался, уже у статуи отпустил скобу и прыжком вылетел в проход.
Утопец выпутался из верёвок и бросился удирать, и поглощённый догонялками голем даже не повернул головы, пока Анару с Иорветом туго натягивали трос прямиком в нужный нам коридор. Выбрав железки для скольжения, Анару, Роэль и Айвор по очереди исчезли в тёмной арке прохода. Мона порывисто обняла меня и полетела вслед.
Грохот и визг сотрясли зал, с балконов посыпались куски парапета, а в ступне Аэлирэнн зазияла пробоина. Голем расправился со вторым утопцем.
Я приложила свою железку к тросу и уже собралась с духом, чтобы прыгнуть, когда верёвка обвисла. Я дёрнула, она подалась. Кровь ударила в лицо. Метр за метром я вытянула её на балкон — конец был аккуратно обрезан ножом.
В глазах потемнело. «Проход предназначен только для эльфов, только настоящий эльф может пройти», — стучало в голове. Они бросили меня! Ярость забралом упала на глаза.
Отшвырнув ненужную железку, я заметалась по балкону. Так, дышать! Я не могу позволить им сбежать! Схватила последнего утопца и из приседа с трудом перевалила его через перила. Перелезла через парапет и спустилась по обрезанной верёвке на первый этаж. Квен, ещё Квен. Заметив меня, голем отвлёкся от пойманного и извивающегося под его рукой утопца и явно размышлял, кого нужно убивать первым. Гнев придал мне сил, и я рванула через зал к выходу. Бросив добычу, голем бросился в погоню, и в момент, когда я впрыгнула в проход, ударил в арочный свод. Он никак не пролезал в узкий коридор, но бился в него, обрушивая камни проёма и выбивая кулаками дыры в полу. Я побежала вглубь и резко затормозила, обнаружив в соседней комнате всю компанию эльфов.