Последний архимаг (СИ)

Меня это раздражало, но Асшара поддерживала меня, говоря, что чувствует во мне огромный потенциал. До вчерашнего убийства я скептично относился к ее словам, а теперь же во мне зародилось зерно сомнения. Может она действительно что-то может предчувствовать? В моем мире таких звали «всеведущими», так может и тут были такие?
Хотя и в своем мире среди «всеведущих» попадалось много обманщиков. А как я успел заметить, Анхар во многом совпадал с моим миром.
В очередной раз я стоял напротив каменной глыбы, пытаясь сосредоточиться на собственных ощущениях. Руку упрямо тянул вперед и ничего не происходило. Меня это раздражало. Причем с каждой минутой раздражение росло все больше. Я ощущал себя беспомощным и теперь в полной мере понимал состояние Лери, у которого также ничего не выходило.
- Ленгли! – выругался я, опустив руку.
- Что случилось? – тревожно поинтересовалась Асшара.
- В том и дело, что ничего! - вспылил в ответ. – Я битый час стою перед гребаной стеной и, как дурак, пытаясь… да я даже не знаю что пытаюсь сделать. Выпустил струю огня, холода или как это работает?
- Магия сама выбирает свои пути, - вклинилась в разговор Саи.
- И как тогда понять насколько ты могущественный маг?
- Ты поймешь. Например, я, даже при всей своей силе, не сдвину этот камень и не расплавлю, - она показала на мелкий камешек у своих ног. - Но для человека жара огня, что я выпускаю, будет достаточно, чтобы убить его.
- Как ты понимаешь, что будет именно огонь? Ведь ту птичку я убил холодом.
- Я сосредотачиваюсь на огне, все мои мысли направлены только на пламя.
- Но почему у меня не получается? Я же вроде делаю все тоже самое… - я огляделся вокруг, и мне стало тошно от того, с какой жалостью в этот момент глядели на меня братья и сестры. – Нечего на меня смотреть так!
Надув щеки, я тяжело прошел взад-вперед, постепенно выпуская воздух и сдувая щеки. Так у меня получалось хотя бы немного успокоиться.
- Ладно, ребят, давайте продолжать, - уже спокойным голосом произнес я, но на позицию мне возвращаться не хотелось. Что-то меня манило к каменной глыбе, словно легкий шепот в глубине души.
Поддавшись внутреннему зову, я подошел к стене и коснулся рукой ее шершавой, еще прохладной поверхности. 
Закрыв глаза, я попытался прислушаться к себе. Мгновение, другое и что-то зашевелилось под моей рукой, подобно множеству мелких букашек.
Раздались удивленные вздохи за моей спине. Я открыл глаза и увидел как глыба передо мной стала расходиться волнами, словно в воду кинули камень. 
- Что это? – даже меня поразило произошедшее.
- Это твоя великая сила, - тихо произнесла Асшара, изумленная не меньше остальных.
***
Повторить свой фокус в тот день мне не удалось, но я уверился в собственной силе. Настроение сразу стало лучше. Поэтому домой я возвращался в отличном расположении духа.
На подходе к поместью к нам выбежала Тая. Она была взволнована и напугана. И улыбка с моего лица сразу исчезла.
- Что случилось, Тая? – нахмурившись поинтересовался я.
- Вам стоит бежать, уехать отсюда, как можно скорее, - понизив голос защебетала она, подбежав ко мне вплотную. Я взглянул в ее глаза, наполненные ужасом и страхом.
- Ты можешь спокойно объяснить? – ее излишняя эмоциональность начала меня раздражать.
- Я случайно подслушала, честно. 
- Да что ты подслушала?
- Они говорили, что сегодня ночью вырежут всех несогласных с красными наместниками.
- Кто эти они? 
- Не знаю, честно. Я не узнала их голоса.
Я обнял служанку, дрожавшую от страха. Может из чувства благодарности, может еще почему-то, но мне хотелось успокоить ее.
- Тебе стоит заночевать у наших друзей сегодня в городе.
- Ты уверен? – спросил Арус. – Если она не вернется к ночи, ее заподозрят. 
- Ты прав, - согласился я. Но мне не хотелось, чтобы из-за меня убили Таю. 
Все-таки еще никого не обвинили за убийство Гюрди, а у служанки где-то в доме была спрятанная одежда в крови. 
- Надеюсь, ты все же сожгла свою одежду, в которой была тогда? – на ухо прошептал ей я.
 
- Нет.
От ее ответа у меня сжалось сердце. 
- Нам надо уходить, - произнес Лери.
- И оставить всех этих людей на бойню? – ожесточенно ответил я.
- Как мы узнаем, кто из них на чьей стороне? Мы же не можем переговорить с каждым? Нас тут же раскроют. 
- И опять ты прав, - с сожалением заметил я.
- Как тогда нам быть? Это неразрешимая загадка. Мы могли встать у двери каждого гостя в этом доме, но нас ничтожно мало.
- Там и так стоят сейчас стражи, но где гарантии, что перерезать глотки не будут они же? Или что тот, кого отправят убивать, не окажется одним из тех, кто спокойно пройдет мимо них?
- Значит, мы имеем полное поместье потенциальных врагов? – влез в разговор Арус.
- Пока они не враги, а моя семья, - грубо поправил я его. – И я готов рискнуть. Предупредим всех, кого только сможем.
- Это чревато, - в очередной раз меня предупредила Асшара.
- А что нам остается?
- Что, если они не поверят?
- Мы можем до бесконечности тут стоять и ждать чуда, а можем пойти и поговорить с каждым. 
- Они все, как один, будут утверждать, что против наместников. Разве это не очевидно?
- А что предлагаешь ты? – раздраженно посмотрел на Асшару.
- Уйдем. Они все против тебя. Я понимаю, что все еще считаешь их своей семьей, вот только…
- Я переговорю с каждым, с кем только успею. А вы действуйте, как сочтете нужным.
В ответ каждый подтвердил, что пойдет со мной. Зачем тогда стоило устраивать болтологию? 
***
Первым делом я полагал, что нужно идти к брату, как новому главе клана, да и в целом он вроде высказал мне поддержку. Но на полдороге к его рабочему кабинету, я сам себя отдернул.
А что, если за всем и стоял мой брат? Тогда стоило найти для начала более надежного собеседника.
Потому я решил для начала найти герцога Керцийского Захе Умаси. Как-то в суматохе последних дней я совсем забыл о нем. Но ведь он приехал к моему отцу за помощью против красных наместников. 
Нигде в поместье Захе не оказалось и никто не знал куда тот подевался. И только Охея смогла сказать что-то внятное. Она его видела последний раз, когда тот уходил на прогулку и, видимо, пока не возвращался.
Прозвучало это скверно. Я встал у окна и стал задумчиво глядеть на улицу. И, на мое счастье, увидел возвращающегося с прогулки Захе.
Сбежав по лестнице, я подхватил за руку герцога и развернул его. 
- Нам следует поговорить, герцог. 
- Это так срочно? – поразился он. 
- К сожалению, да. Давайте отойдем подальше отсюда.
- Что за секретность? – удивился Захе, все еще сбитый с толку моим поведением.
- Не спрашивайте откуда я знаю, просто выслушайте меня. Сегодня ночью всех, кто не согласен с красными наместниками, вырежут.
- Кто? – испугался герцог.
- Не подавайте виду. Не исключено, что и здесь за нами следят.
- Боюсь, что я могу притащить их за собой, - угрюмо произнес Захе, опустив голову.
- Не вините себя. Мой отец виновен больше вашего. Он сокрыл своего сына-мага, хотя обещал сразу кинуть его на костер. 
- Ваш отец был прекрасным и благородным человеком.
- Не сомневаюсь. Но вы должны уехать сегодня же.
- Я вас услышал, - сухо ответил Захе. – А теперь можно мне домой?
****
После разговора с Захе, который меня совершенно не убедил, я направился к старшему брату. Но остановился у самых дверей его рабочего кабинета.
Если мне не поверил герцог, единственный, кто точно был против красных наместников, то почему должен был поверить брат. Из старых воспоминаний о нем у меня ничего не осталось. Потому, считай, я его и не знал вовсе. И его реакцию на мои слова предугадать я не мог.
На какое-то мгновение у меня закралась в голову мысль, что может быть Асшара, Лери и Арус были правы? И нам действительно было никак убедить собравшихся в поместье моего отца. Для большинства я был тем самым человеком, который убил собственную сестру и был оправдан.