Убежище. Книга вторая
– Я тебя люблю!
Мишка растерялся. Отец ничего подобного никогда не говорил, да он и не спрашивал. Чего о пустом-то… Хотя, ему маленькому страсть как хотелось услышать что-то такое! А ещё очень хотелось, чтобы отец его хоть разок подкинул в воздух. Но чего не было, того не было…
Его спасли бультерьеры. Они традиционно волокли большую и особо суковатую палку, больше всего напоминающую корягу из какого-то жутковатого фильма о лесных чудовищах.
– Крок! Нельзяяя! – команда Лизы подействовала, Крок встал как вкопанный, но тут же повернул голову, чтобы уточнить, а что хочет любимая хозяйка, и напрочь снёс попаданием коряжкой под колени зазевавшегося Мишку.
– Елки-палки! Как, оказывается, креативно вы тут гуляете! – рассмеялся Владимир, изловив в полёте сына. – Я тоже так хочу!
– Кто ж мешает? Давай с нами! – Мишка неловко хмыкнул. – Слабо завтра тоже погулять?
– Мне слабо? Да не смеши!
Бультерьеры, с глухим и утробным урчанием, пригодным в качестве озвучки фильма про динозавров перетягивали корягу, Тим вис на ней где-то посередине и наслаждался буксировкой, Мишка старался выглядеть солидным собаковладельцем, но забывался и повизгивал от восторга, а Владимир соображал, во сколько ему теперь надо уезжать из офиса, чтобы пробиться через пробки домой… к сыну и матери!
Артур предупредил Николаевну, что вернётся домой рано – к обеду.
– Грибной суп, зразы с грибами, куриный рулет… – улыбаясь перечислила Николаевна.
– Я сейчас никуда не уеду! – рассмеялся Артур.
– Не-не, езжайте! Хорошего дня!
Николаевна ещё утром столкнулась с Никой, которая сквозь зубы процедила, что уходит на весь день. – Вот и хорошо! Такое на целый день с возу – мне только легче! – подумала Нина Николаевна, которую новая пассия хозяина приводила в состояние тихого, но вполне объяснимого раздражения.
Нет, понятно – он молодой мужчина, холостяк, имеет право на любую личную жизнь, какую сочтёт нужным себе устроить! За четыре года работы на Артура, сначала в качестве приглашенного повара в его офисе, а потом уже как домработницы, Нина Николаевна неоднократно убедилась, что он человек порядочный.
– Порядочный, спокойный, работяга, каких поискать ещё! Поесть обожает, терпеть не может грязь, да, простой, да, рявкнуть может, если устал или голоден как волк, так и что? Зато потом всегда извиняется!
Девушки в его жизни периодически появлялись, и Нина Николаевна, по негласному соглашению с Артуром, вела себя с ними любезно, без подобострастия, просто спокойно и вежливо. Всех это устраивало. Если девушка была на диете, Нина легко могла изобразить любое диетическое блюдо на выбор. Её это не напрягало ни разу! Но тут…
– Ах ты ж хищщщница и неррряхххха! – Николаевна заглянула в комнату, где Ника свалила свои вещи. – Опять!
С первого дня появления в квартире Артура Ники та принялась доставать домработницу. Сначала Николаевна старалась списывать это на привычки самой Ники. Всякие девицы бывают, может, её мама не научила за собой убирать… А потом, Николаевна увидела, как Ника специально вытряхнула на пол какой-то сор из кармана щегольского плащика. Мало того, ещё и ногой по нему повозила.
Потом добавились ядовитые высказывания про еду… мол, столовская, школьно-помойная, калорийная пакость…
– Столовская… Дурища! У меня высшее образование – технолог пищевого производства, а от тебя даже куриные яйца разбегутся! – хотелось ответить Нине Николаевне. Но она сдержалась. Высказаться можно было бы, если бы она хотела уволиться, а она не собиралась этого делать!
– Официально я трудоустроена, Артур платит просто отлично, готовить на него одного – счастье просто! Полы помыть? Так я не гордая, вымою!
После смерти мужа двенадцать лет назад, Нине пришлось трудно, вертелась как могла. И официанткой подрабатывала и в кондитерском цехе работала, на поточной линии. А там смену отстоять ох как нелегко! Да ещё потом на подработку бежала! Хорошо, дома Зойка-Зайка ждала, иначе не справилась бы!
– И ведь маленькая была, а готовить уже тогда пробовала. И получалось! – Нина всегда начинала улыбаться, когда думала о Зайке. Вот уж опора за спиной – стена! И выросла умница да красавица!
Пухленький беленький зайчик неожиданно для окружающих вырос в красивую худенькую сероглазую девушку с изумительными вьющимися волосами, которые она нещадно стягивала в узел на затылке. – А вдруг в тесто упадёт? Вы что? – возмущалась Зойка.
Тесто и Зоя были вместе с Зайкиных десяти лет. Тогда она испекла первый удачный торт и пропала!
– Мам, я попробую! Ну, другие-то делают… Мамочка, ну, пожалуйста! – умоляла Зойка Нину в пятнадцать.
– Ну, ладно… Давай!
И Зойка начала печь на заказ. Нина потихоньку восхищалась – дочь мало того, что крайне серьёзно относилась к выпечке, так ещё имела безукоризненное чутьё прирождённого кулинара.
– Ну, приторный такой корж… Не могу! Буду уменьшать сахар! – решала она, а потом ей заказывали именно её вариант торта.
Зойка тяготела к классическому пониманию выпечки.
– Простите, малокалорийные я не пеку, – Нина посмеивалась, слушая разговоры солидного семнадцатилетнего повара с заказчиками. – Вы легко найдёте мне замену. Почему? Потому, что торт и должен быть калорийным. Для похудения нужно тортики просто не употреблять или потом подвигаться побольше.
Зойка поступила в Московский государственный университет пищевых производств и теперь с гордостью ощущала себя студенткой.
Нина никогда Зайку в квартиру Артура не брала. Поначалу просто неловко было. Это же чужой дом! А потом… Потом Зайка внезапно похорошела так, что некоторые её заказчики стали получать торты с курьерской службой.
– Если бы мне не жалко было Наполеон, я бы ему на голову всю коробку напялила! – шипела Зойка про одного из своих заказчиков. – Что за пакостность-то? Пришел за заказом – тортик к юбилею любимой жены, а сам руки не к коробке протягивает, а ко мне! Я ему что? Пирожное? Чизкейк? Мам! Что ты смеёшься? А на прошлой неделе ещё деятель приехал – сыну четыре, детский праздник, а мне куры строит! Ну, что такое-то! Почему приличных нет? Все какие-то коржи – полуфабрикаты.
А тут ещё и Артур выдал:
– Николаевна, ну, почему я не постарше?
– А зачем вам старше-то быть, – удивилась Нина.
– Женился бы на вас и горя не знал! У вас всё в руках горит! Домой приходить хочется!
– С такой-то нагрузкой и голодухой целый день, ещё бы не хотелось! – посмеялась Нина. Посмеялась, а потом призадумалась. – Нет уж! Зойке семнадцать, нечего ей голову морочить! Да и ему это совсем не нужно! Вдруг влюбятся! Вот, если он себе никого не найдёт, тогда, когда-нибудь, может быть…
Артур как раз привёл домой художницу, которая потрясающе рисовала, абсолютно не полнела и обожала Нинины блинчики с мороженым, но так как она себя никогда не видела в семейной жизни, скоро заскучала и уехала куда-то в Тибет, рисовать горы.
Потом случилась Ника и Николаевна была готова отправить оказию в горы за художницей!
Зойкино восемнадцатилетие Нине запомнилось явлением нескольких молодых людей с букетами. Причём двое были уже прилично нетрезвыми, а один даже забыл снять обручальное кольцо.
– Ошалели совсем! Вот бы мне найти такого, как папа был! Мам, как вы познакомились?
– Тётя Мила познакомила, – грустно улыбнулась Николаевна и вспомнила как Мила, от которой она отмахивалась целый год, всё-таки уговорила её встретиться со своим протеже. Как она шла на свидание сердитая и недовольная, а потом столько лет ругала себя, что потеряла целый год! – Я же на целый год дольше могла бы с ним быть! Вот дура-то! – думала она.
– Мам, ну не плачь, не плачь, пожалуйста! – теребила её Зайка.
Собственно, всё это и подтолкнуло Николаевну решиться. – А что? Ну, придёт, поможет. Что такого-то? Артур мне как-то даже говорил, чтоб я дочку брала, правда, он-то думает, что она у меня маленькая ещё. Посмотрят друг на друга, не понравятся и ладно, но так он хоть увидит, что бывают красивые, но не стервы, как та кобра-Ника. Да и Зайка поймёт, что мужчины бывают разные, и очень даже не полуфабрикатные! А то со всей работой да учёбой, и не видит никого, кроме заказчиков да курьеров!