"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Унылое течение пасмурного дня разорвал не менее унылый звон колокольчиков. Это выскочил вперед гномий обрядовик, которому поручили провести ритуальное сожжение по всем правилам и законам чужой страны. На удивление высокий для этой расы мужчина, одетый лишь в обрезанные по колено брюки, закружился в непонятном танце перед готовым костром. Его голый торс блестел от пота и дождя, многочисленные косички, каждая из которых заканчивалась крохотным бубенцом, рассыпались по мускулистым плечам.
Темп танца все увеличивался и увеличивался, обрядовик то вертелся ужом перед собравшимися на ритуал, то подпрыгивал высоко в воздух, то ходил колесом. Наконец, после особенно сложного пируэта, он замер, высоко вздев к равнодушному небу руки. И тотчас же за его спиной заполыхало веселое оранжевое пламя, жадно пожирающее вязанки дров. Наверное, для непосвященного человека это выглядело весьма зрелищно. Хоть прямо здесь уверуй в гномьих подземных богов – могучего кузнеца Парха и не менее могучую супругу его Тарку. Вот только я пришел сюда задолго до назначенного времени, поэтому видел, как молчаливые угрюмые гномы щедро поливали дрова своим знаменитым самогоном, который, по слухам, изредка сам загорается. Говорят, даже драконы мучаются изжогой, если накануне перепьют этого огненного зелья. К тому же танец обрядовика, явно имеющий в своей основе какую-то простейшую магию, меня не заворожил в достаточной мере, как остальных. Вон, бургомистр до сих пор усиленно хлопает глазами, верно, пытаясь прийти в себя. Поэтому я видел, как за спиной у обрядовика в самый кульминационный момент скользнул мальчишка с зажженным факелом и прицельно метнул его в самую сердцевину вязанок.
«Мошенники, – раздраженно проворчал у меня в голове ставший уже привычным голос бога-отступника. – Шарлатаны, а не верные слуги божьи. Тьфу на них! Будь я Пархом, то испепелил бы наглецов на месте! Это же надо – настолько сомневаться в своем божестве, что решить ему помочь, не дав даже шанса самому продемонстрировать свое могущество».
Я по обыкновению промолчал. За прошедшие сутки уже твердо уяснил: стоит мне хоть как-нибудь отреагировать на замечание невидимого собеседника, как тут же начнется пустой и бестолковый спор. Такое чувство, будто незваный гость изо всех сил пытается вывести меня из себя и заставить совершить непоправимую ошибку. Какую именно, впрочем, гадать не приходится. Наверное, после долгих лет работы наемным убийцей в моей душе еще сохранилось хоть что-то светлое, из-за чего она представляет немалый интерес для самого покровителя всей нечисти.
«Дурак ты, – беззлобно огрызнулся незримый собеседник. – Нужна мне твоя душа, как кошке восьмая жизнь. Конечно, при случае не откажусь, но специально настаивать не собираюсь. Скучно мне, понимаешь, скучно! Несколько веков ни с кем из живых не общался. А вы, смертные, такие забавные. Особенно когда думаете, что ваши дни сочтены».
Я развернулся, чавкая сапогами в раскисшей грязи, и медленно двинулся по направлению к городским улицам. От последних слов бога в горле неожиданно заклекотала такая привычная и спасительная ярость. Именно это чувство я испытывал, когда шел выручать свою мать. Не от страха, а от бешенства задыхался, когда прорывался с боем к заклинателю, наславшему на меня проклятье. Мои дни сочтены? Это мы еще поглядим! Драконы тоже смертны, а значит, у меня есть шанс.
«Вот таким ты мне больше нравишься, – одобрительно проговорил невидимый собеседник. – И потом, не забывай, ты всегда можешь заключить со мной новую сделку. Мою помощь так легко купить. Всего лишь требуется…»
– Я сам справлюсь! – прорычал я, обрывая привязчивого гостя. Знаю я, чего ему требуется. Обойдется! Моя душа останется при мне, пусть даже придется задушить дракона голыми руками!
Мальчишка, дежуривший у ворот со стороны пустыря, со всех ног рванулся бежать, увидев, какая кровожадная ухмылка исказила мое лицо. И я едва не бросился за ним следом. Хотелось настичь беззащитную жертву, сбить с ног и разорвать голыми руками.
 
Я остановился и резко, до боли дернул себя за волосы, пытаясь прийти в чувство. Волна черной слепой злобы, так внезапно нахлынувшая на меня, испугала до нервной дрожи. Что со мной происходит?
«Ох, извини, – смущенно проговорил бог-отступник. – Увлекся. Привыкай к некоторым новым своим особенностям. Человеческое тело подчас весьма непредсказуемо реагирует на мое появление. Но я уверен, ты справишься. Просто чуть больше контроля в своих желаниях».
Я глухо застонал и со всей дури ударил кулаком в створ ворот, рассаживая костяшки в кровь. Боги, за что мне все это?
«Какая прелесть, – эхом зазвучали в голове чужие мысли. – Этот смертный нравится мне все больше и больше. Чувствую я, мой визит в поднебесный мир слегка затянется».
  
Елена Малиновская
 
Кодекс дракона
   
Пролог
 
Лутион, расположенный на берегу Северного залива, никогда не спал. Особенно та его часть, которая прилегала к порту и носила название нижнего города. Конечно, здесь улицы не освещались магическими огнями, как на холмах, где предпочитали селиться честные и добропорядочные жители, но бурной ночной жизни это не мешало, скорее, наоборот, – способствовало. В липком непроглядном мраке переулков и глухих тупиков, безнадежно пропахших тухлым мясом и гнилыми водорослями, творились странные и жуткие дела, и только безумец рискнул бы появиться здесь в темное время суток без надлежащей охраны. Никто из обитателей нижнего Лутиона не знал, кому суждено увидеть утро следующего дня, а кому нет. В этом месте если не ты – то тебя. И так было заведено испокон веков.
Это было мое любимое место. Только здесь я мог расслабиться и стать собой. Пусть на крохотный промежуток времени, но скинуть маску вежливого наивного архивариуса. И доказать прежде всего самому себе, что я все-таки принадлежу к элите этого мира, а не к равнодушной серой массе обывателей, для которой миска наваристого супа на обед да жаркое на ужин является пределом мечтаний.
Я потянулся, разминая затекшие от долгого стояния на одном месте мышцы, и вновь прильнул к стене дома, сливаясь с окружающим мраком. Будем надеяться, в это самое лихое время суток никто не додумается окатить меня помоями с ног до головы. Жители нижнего города научены горьким опытом, что стоит ночью высунуть хоть нос через порог – не заметишь, как тьма поглотит тебя. И лишь рыбы в заливе отпразднуют твою кончину пышным пиршеством. Сейчас улицы этой части города не принадлежали мелкому отребью. Ночь – время охоты крупных хищников.
«Крупный хищник, – презрительно фыркнул невидимый собеседник. – Скажешь тоже. Шени, библиотечная ты крыса, уясни раз и навсегда: то, что ты убиваешь людей, не делает тебя равным богу. Учти, пока твое высокомерное заблуждение забавляет меня, но это не будет длиться вечно».
Я привычно промолчал. Вот и подало голос мое проклятье. Даже удивительно, что бог-отступник так долго хранил молчание, позволив мне насладиться краткими минутами отдыха от его бесконечных замечаний и насмешек. О небо, скорее бы избавиться от этого надоедливого собеседника! Кажется, теперь я готов голыми руками разорвать неведомого мальчишку, который осмелился навлечь на себя гнев моего постоянного спутника. Лишь бы освободиться от постоянного чужого присутствия в своих мыслях.
«Твое желание, возможно, скоро исполнится, – пробормотал бог-отступник. – Сдается мне, Рикки уже на полпути к Лутиону. Если уже не здесь».
Я чуть слышно прошипел ругательство. Повезло, ничего не скажешь. Неужели мне придется заниматься сразу двумя делами? Разыскивать дракона-палача, посланного убить моего хозяина, и выслеживать мальчишку, смерть которого должна освободить меня от проклятья? Да, ничего не скажешь, везет мне, как дважды повешенному.
Поднялся ветер, разгоняя тучи, плывущие с океана. В просвете низких грозовых облаков появилась полная луна. Призрачный тусклый свет залил узкие улочки города, и ночная мгла отступила, прячась в глубокие ямы на дороге и чернильные кляксы теней от домов. Стена окружающей меня тьмы стала осязаемее, прильнула к коже, словно верная любовница, лаская и успокаивая. И в этот же миг до моего напряженного до предела слуха донесся звук чьих-то осторожных шагов. Кто-то крался по направлению к среднему городу, воровато перебегая из одного провала мрака в другой.