"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

* * *
Моя комната встретила нас тишиной и полнейшим беспорядком. Конечно, холостяцкий быт не предполагает каждодневной уборки. Честно говоря, даже еженедельной я не всегда себя утруждаю. Мытье полов и протирание пыли все же не мужское занятие, поэтому раз в месяц я плачу служанке за то, чтобы она хорошенько выскребла грязь из углов и сняла паутину. Но вот чем могу похвастаться – так это порядком в вещах. Кстати, Флокса в этом вопросе отличается от меня далеко не в лучшую сторону. Бумаги и письма у нее соседствуют с яблочными огрызками и засохшими пирожками, бельевой шкаф грозится лопнуть от вороха скомканных нарядов, а на книжных полках иногда можно обнаружить совершенно неожиданные вещи, начиная от предметов интимного гардероба и заканчивая каким-нибудь жутко дорогим и редким фолиантом, который моя подруга выкрала из храмовой библиотеки.
Не буду скрывать, подобный образ жизни не для меня, и это является одной из основных причин, почему переезд Флоксы ко мне крайне нежелателен, даже если закрыть глаза на особенности моей профессии. Только представьте себе: открываете вы шкаф, чтобы вытащить из аккуратной стопки чистую рубаху, а вам на ноги падает тарелка с заплесневелым сыром. Я уж молчу про то, что все белье как-то оказалось безнадежно испачканным малиновым вареньем, которое Флокса любит больше всего на свете.
Впрочем, я немного отвлекся. Если бы сейчас каким-нибудь чудом моя подруга оказалась здесь, то она без сомнения, возликовала бы, поскольку мое скромное место обитания теперь ничем не отличалось от ее представления об уюте. Все содержимое ящиков и полок ровным слоем покрывало пол. Кровать оказалась перевернутой, а от малейшего сквозняка в воздух поднимался пух из вспоротых подушек и перины. И – как апофеоз бесчинства неведомых вандалов – на столе среди обрывков бумаг гордо возвышалась корзина, предназначенная для грязного белья. Совершенно пустая, понятное дело.
– Сообразительная девчонка, – спокойно отметил Борг, пока я силился выдавить хоть звук из перехваченного негодованием горла.
– Я ее собственными руками удавлю! – прорычал я наконец, когда голос вернулся ко мне. – Мерзкая, отвратительная, испорченная…
– Ну и что ты дальше собираешься делать? – прервал поток моих ругательств великан, поднимая опрокинутый стул и осторожно присаживаясь на него. Колченогий табурет опасно затрещал под его весом, но выдержал.
Я молчал, кусая губы. Действительно, что же делать? К Зиргию сейчас лучше не соваться. Как-никак он начальник городской стражи. Меня мигом скрутят и посадят в темницу, если я вздумаю прилюдно начать с ним серьезный разговор. Значит, надо искать Дани. Но как, если противная девчонка уничтожила последнюю улику ее пребывания в этой комнате? Разве что попытаться пробраться в дом Тирна и там раздобыть какую-нибудь вещь, которая принадлежала ей. Хоть что-то, к чему она прикасалась. Записка, переданная мне кухаркой Вохра, вряд ли подойдет. Там всего одно слово, написанное Дани. Проклятая девчонка словно знала, что я могу использовать это послание против нее. Впрочем, почему «словно»? Наверняка догадывалась, раз уж обладает магическим даром.
Я машинально сунул руки в карманы и внезапно наткнулся на сложенный лист бумаги. А это еще что такое?
В памяти вихрем промелькнуло воспоминание. Вот Дани сидит на коленях перед подоконником и что-то пишет. Стихи, как она сказала. Кажется, я хотел познакомиться с ними в спокойной обстановке. Что же, мое любопытство в кои-то веки принесло мне не вред, а пользу. Я медленно растянул губы в угрожающей улыбке. Дани просчиталась. У меня есть то, что, надеюсь, поможет мне ее отыскать. Тот клочок бумаги с ее стихами, который все это время мирно покоился в моем кармане. Надо всего лишь провести несложный ритуал, и тогда я узнаю, где она скрывается. А уж потом… Потом мы обсудим с ней все правила кодекса убийцы.
– Я вижу, ты что-то задумал, – меланхолично проговорил Борг, когда я с нехорошим блеском в глазах скинул все со стола на пол. – Поделишься соображениями?
 
– Сейчас сам все увидишь, – зловеще пообещал я, водружая на центр стола свечу, после чего небрежным щелчком пальцев зажег ее.
– Ты маг? – удивленно протянул Борг. – Надо же, не знал. Почему тебя до сих пор храмовники не заметили?
– Потому что, – зло огрызнулся я. – В свое время меня научили скрывать свои способности. И потом, я как-то стесняюсь колдовать при посторонних.
– Забавно, – пробормотал великан, наблюдая, как я тщательно расправляю листок бумаги, ровно исписанный с обеих сторон. – Забавный ты человек, Шени. Считаешься одним из лучших наемных убийц в гильдии, работаешь в библиотеке, встречаешься с одной из самых цепких дознавательниц храма. А теперь еще оказывается, что магией владеешь. Как тебя до сих пор не раскусили?
– Сам поражаюсь. – Я еще раз с нажимом провел по сгибам листка, разглаживая их. – Верно, какая-нибудь богиня поцеловала меня при рождении в маковку на удачу.
– Почему богиня, а не бог? – удивленно переспросил Борг.
– Потому что меня любят женщины. – Я улыбнулся и положил обожженные пальцы на бумагу. – Правда, иногда это приносит очень много проблем.
Удовлетворенный незамысловатым ответом, собеседник замолчал, не желая мешать мне. А я быстро пробежал глазами по стихам Дани. Если честно, она была излишне скромной, когда не хотела показывать посторонним плоды своего творчества. Фантазия у Дани имелась, что, впрочем, неудивительно, учитывая, какую интригу провернула эта милая девушка. К сожалению, я не являюсь большим поклонником поэзии, но, честное слово, было в этих стихах что-то такое, что цепляло душу.
Кончики пальцев, положенные на бумагу, запульсировали теплом. Ага, значит, след еще не остыл окончательно.
Правой рукой я достал из-за голенища сапога кинжал. Небрежно полоснул по запястью и замер, наблюдая, как белый лист бумаги на столе расцветает кровавыми пятнами. Ровные аккуратные буквы расплывались на глазах, принимая причудливые очертания.
Свеча недовольно зашипела и едва не погасла, когда первая капля крови упала на слабый огонек. Но затем пламя, повинуясь чуть слышному слову, соскользнувшему с моих губ, взметнулось выше и громко затрещало, пытаясь лизнуть пальцы. Каждое подношение огонь принимал с жадностью, поднимаясь все выше и выше.
– Боги, – испуганно выдохнул Борг, отшатываясь от стола, когда терпеть жар свечи стало совершенно невыносимо. – Смотри, постоялый двор не спали.
Я не обратил на его слова внимания. В последний раз нежно погладил лист бумаги, теперь мокрый от моей крови, небрежно скомкал его и кинул в огонь, после чего поспешно закрыл лицо рукавом, спасаясь от ярких оранжевых искр, взметнувшихся до самого потолка.
Перед глазами еще плавали разноцветные круги, когда я наконец-то осмелился взглянуть перед собой. Свеча давно погасла, скрюченным огарком поникнув в центре стола. Борг кривил губы, наверняка пораженный увиденным, но не знающий, как ему поступить дальше или что сказать.
– Ты в порядке? – наконец осмелился спросить он, заметив, как я подхватил одну из раскиданных по комнате рубашек.
– В полном, – ответил я, отрывая широкую полосу ткани. Затем туго перевязал пораненное запястье и зубами затянул узел.
– И ты теперь знаешь, где скрывается девушка? – продолжил расспросы Борг, не удовлетворенный моей лаконичностью.
– Предполагаю, что да. – Я повел плечами, разминая спину. – Ну что, прогуляемся по городу?
– А почему не прогуляться? – Борг посмотрел в окно. – Погода сегодня замечательная!
В самом деле, за окном царил солнечный полдень. На небе – ни облачка, словно не было ночного ненастья.
– Не до этого мне сейчас, – хмуро обронил я, убирая кинжал на его законное место. – Если я не разберусь со своим противником и не вернусь к Лантию до следующего рассвета, то Флокса может погибнуть.
Борг как-то странно улыбнулся, но ничего не сказал. Лишь встал и сделал приглашающий жест рукой по направлению к двери, словно говоря: только после тебя.