"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– И все же я не понимаю, – проговорила Диана. – Вы ранены, но смогли от нее уйти… От нее и ее людей… Она отвлеклась на кого-то из ваших друзей?.. Но вы не выглядите огорченным. Выходит, и они все ушли живыми… Но тогда… Нет, не понимаю… – Она покачала головой, хмурясь. Взглянула на меня с надеждой: – Сколько вас было?
– Опять вы за свое?
– Так сколько же? Мне кажется, я заслужила ответ на этот вопрос. Ведь мой господин признал, что спастись ему помогла я?
– Давайте совместим ваше приятное с моим полезным? Угадайте сами.
Я коснулся пальцем лба, приглашая ее.
Закрыл глаза и через миг почувствовал ее прохладное касание. На этот раз ветерок был наглый, но я не сопротивлялся ему. Дал вползти в меня глубже, чем разрешал обычно.
И стал старательно вспоминать. Медленно, четкими мазками стал показывать ей, что чувствовал, когда атаковала та сука. Где ощущал ее нажимы, как она пыталась втиснуть между моими желаниями и эмоциями – чужое, то, что было нужно от меня ей…
Я чувствовал касания Дианы, ее внимание, отголоски ее эмоций…
Дальше.
Я вспомнил другой момент ее атаки.
Дальше.
Еще один финт…
Я вдруг почувствовал жадность, с которой Диана слизывает с меня эти образы. Уже не я выталкивал их к ней, а она помогала мне. Сама, бережно и аккуратно, вытягивала из меня воспоминания, помогала вспомнить все мелочи – точнее, чем мог бы я сам. Запускала в меня щупальца все глубже и глубже…
Это было опасно. Слишком глубоко она была во мне – далеко за редутами моей защиты. Как бритва у горла. Можно скоблить щетину, а можно и махнуть по горлу.
Но я ей не мешал. Почему-то я был уверен, что могу позволить ей это. Должен позволить. Так надо, если я хочу вернуться к той суке, и вернуться не с пустыми руками… Я старался вспоминать сам и не мешал копаться во мне Диане. Она лучше знает, что именно ей надо ухватить, чтобы понять суть чужих финтов. Паучиха паучиху поймет лучше моего.
А потом холодные касания пропали. Диана схлынула из меня.
– Хм… – Снова улыбка, но теперь озадаченная. Кажется, она была раздражена, хотя и старалась это скрыть. – Рядом с ней вы были один, но далеко от нее. Мой господин чертовски удачлив… Удрал по краешку, не подпустив ее слишком близко. Впрочем, как и от меня, когда мы встретились здесь в первый раз. Снова. Поджав хвостик.
Та-а-ак… Кажется, она залезла не только в финты. Но еще кое-куда… Или это только отголоски разговора с Виктором? Смешались с тем, что было в городе? А специально она не пыталась ничего выведать?
– Но к вам-то я вернулся, – сказал я.
Заставил себя встряхнуться. Надо! Потер виски, глубоко вздохнул и кивнул ей.
– Давайте. – Я коснулся пальцем лба и снова закрыл глаза. На этот раз приготовившись не впускать и помогать, а вытолкнуть прочь первое же ее касание.
Сосредоточился, внимательно следя за эмоциями и желаниями, стягивая их в мой боевой букет…
Секунды текли, но ничего не происходило. Я открыл глаза.
Она задумчиво смотрела на меня.
– Диана…
Я опять коснулся пальцем виска.
Но ветерка не было. Она только прищурилась.
– Зачем вам это?
Та-а-ак… Как с горочки скатиться, так за милую душу, а как саночки тащить, так опять фокусы начались?
– Диана…
– Зачем. Вам. Это?
Ты же знаешь, сука.
– Я пойду к ней еще раз.
– Зачем? Вам ее не одолеть.
– Посмотрим.
Я закрыл глаза, снова собрался, но вместо касания Диана опять заговорила:
– Вы не понимаете, Влад… Дело не в хитростях ее атаки. В этом вы, может быть, через пару месяцев научитесь разбираться, научитесь и сопротивляться…
– Через пару дней, – поправил я.
Диана отмахнулась от моих слов как от назойливой, глупой мошки.
– Вы можете научиться сопротивляться ей… но вам ее не убить.
– Да ну?
– Вы не понимаете, Влад… Вам ее не убить. Как и не перевернуть мир. И я снова спрашиваю вас: зачем вам это? Все это?
Я поморщился.
Второе дыхание оставляло меня, наваливалась усталость, и следить за плутовским ходом ее мысли не получалось. Я потер слипавшиеся глаза.
– Хватит, Диана… Давайте тренироваться.
 
– На сегодня хватит.
– Диана!
– Я повторяю, на сегодня вам хватит. Никакой пользы не будет.
– Диана, если вы опять…
Она расхохоталась, не дала мне договорить.
– Что же я, «опять»? – воскликнула она. – Вы думаете, я хочу спасти ее от вас? – Диана всплеснула руками и опять расхохоталась, еще злее. – Вы щенок, Крамер! Щенок, который возомнил, что загрызет старого крокодила! Один раз вам повезло, повезло потому, что я дала вам спасительную соломинку. Но, увы, вторую такую соломинку я вам дать не смогу, даже если бы хотела. Ее просто нет, второй такой соломинка… Ника вас раздавит. Раздавит, а потом приручит.
Я потер лицо, пытаясь сосредоточиться.
– Не знаю, Диана, может быть, вы опять… еще что-то затеваете… Не знаю… Не знаю и не хочу разбираться – сейчас. Я так устал, что мало что соображаю… Потом. А сейчас давайте тренироваться. Вы поняли ее финты?
– Вот именно, – холодно сказала Диана. – Вы ни черта сейчас не соображаете. Я могу вас раздавить хоть ее способом атаковать, хоть моим собственным, к которому вы, как думаете, привыкли. Могу раздавить хоть там, где вы сидите, хоть в спальне… если у вас хватит сил добраться до кровати. Идите спать, Влад.
– Но…
– Идите! Сейчас от тренировки пользы не будет. Все что смогли вы вспомнили, и это главное. Я запомнила. До завтрашнего утра ничего не изменится. Идите спать…
Я не помню, как добрел до спальни, как заснул, – это все тонуло в темноте.
Снов тоже не было. Ничего не помню.
Помню только, как просыпался, – словно теплые волны подхватывали мое тело, расслабленное до призрачности, и толчками тащили из сладкой пустоты в реальность, сгущая тело, пока не оказалось, что я лежу в кровати, вытянувшись на спине, раскинув руки.
В голове было удивительно свежо.
А тело расслабленное, двигаться не хотелось, и казалось, что и не получится, настолько расслаблен каждый мускул… Так вот высыпаешься, когда перед сном заставляешь себя оборвать все дневные мысли, выкинуть прочь их обрывки, а потом расслабляешь тело.
Не просто вытягиваешься, а прогуливаешься по нему, сосредоточиваясь только на том, чтобы ощущать какую-то маленькую его частичку, до тех пор пока не покажется, что только она и существует, что только ее чувствуешь ярко, а все остальное тело – расплывчатое облако вокруг.
Почувствовать касание простыни к коже, почувствовать мышцы, как они напряжены, даже неподвижные, и заставить их расслабиться. Пройтись так по всему телу. По каждому пальцу на ногах, подняться по щиколотке, через колено к бедру, а потом так же по второй ноге, от самых кончиков пальцев… до кончиков пальцев на руках, до скальпа на маковке – и расслабить все мышцы, превратив тело в огромный корабль, в котором замерли все механизмы, все голоса, все шаги… И чтобы глаза как два тяжелых окатыша в глазницах, неподвижные, давая зрительному ощущению размазаться, уплыть в глубину, – и тогда вдруг все тело становится удивительно легким, почти невесомым…
Сквозь веки угадывался свет, но еще робкий, еще только рассвет.
Но это не может быть рассвет. Я лег поздно ночью, а спал, чтобы так выспаться, часов десять, не меньше. Сейчас далеко за полдень, скоро вечер.
Я открыл глаза, наткнулся взглядом на тихий свет за окном, на часы…
Несколько секунд я глядел на часы, не понимая, как такое может быть.
Но и правда утро. Только-только рассвело. Выходит, спал я часа четыре, не больше.
Я спохватился, приподнялся на локте, и собрался – стягивая эмоции и мысли, выстраивая их в привычный настороженный букет, – и попытался поймать холодный ветерок на висках. В таком расслабленном состоянии она могла взять меня голыми руками, влезть в меня куда угодно, как угодно глубоко!
Дразнящий лавандовый холодок, с искристой улыбкой… было это на самом краю моего сознания? Или показалось, потому что я ждал чего-то подобного?