Сага о халруджи. Компиляция. Книги 1-8 (СИ)

Нехебкай оказался прав – в подвале явно жили. Коридор и лестница, который вели к нему из основного помещения, были устланы ковром и освещались лампами, что использовались в жилищах, а не на складах. У полукруглого входа с обычной дверью стояли уличные туфли и трость. В цветочном горшке рядом торчал декоративный кактус, его недавно поливали. Регарди замер, когда понял, какую допустил ошибку, но не смог даже повернуть назад. А именно такой была первая реакция. После всего, что случилось лично с ним, и что ему рассказал Бертран, встречаться с иманом Арлингу совсем не хотелось. Страх охватил Регарди. Все вынуждало его быть врагом учителя, но что было делать с теми чувствами, что он к нему испытывал? Простых слов не находилось.
Ручка повернулась, и дверь открылась, явив имана, правда, отнюдь не в боевом виде, как уже представил его парализованный Арлинг. Он не мог двинуть ни рукой, ни ногой, замерев, словно статуя, и чувствуя, что еще немного и завалится либо вперед, либо назад. Реакция и облик учителя удивили не меньше собственного тела. Грозный Тигр Санагор, глава Белой Мельницы и предатель рода человеческого, замахнувшегося на уничтожения святая святых Сикелии – пустыни, стоял перед ним в домашних туфлях с мягкой оторочкой и помятом халате, из кармана которого торчала бутылка с моханой. Арлинг слышал, как невидимый сквозняк перебирает мех на тапочках имана и играет поясом халата, повязанным, казалось, небрежно. От Тигра пахло водкой и яичницей. То ли у имана был весьма своеобразный обед, то ли так пахли очередные снадобья, над которыми он работал. Сколько Регарди его не помнил, учитель вечно что-то изобретал из несочетаемого. 
Но самое удивительное было то, что иман тоже не ожидал увидеть Арлинга, потому что, отшатнувшись сначала, попытался было взять себя в руки и не совсем ловко схватил трость, стоявшую у порога. Узкий клинок из своеобразных ножен ему тоже не сразу удалось выхватить. Вывод был простой и поразительный. Иман, на самом деле, был пьян. Более того, он был уверен, что в его жилище проникнуть никто не сможет, потому что таким расслабленным Арлинг его никогда не встречал. 
– Не так я хотел с тобой встретиться, Махди, но судьба распоряжается по-своему, – сказал Регарди то, что совсем не собирался говорить. – Я войду?
– Значит, это правда, – кивнул иман своим мыслям и, к удивлению Арлинга, подвинулся в сторону. – Да, входи, раз пришел. Теперь понятно, кто за мной следил. Вот чувствовал же, но про тебя почему-то не подумал. Собирался отсидеться здесь пару дней, а потом выйти на охоту, но ты меня опередил. Где я оступился?
– Запах зерна на лапах твоей собаки. 
– А, ты про Керка, – хмыкнул тот, который пах и говорил, как иман, но ничем больше на него не походил. – Слишком любопытен, не находишь? Вечно сует свой нос, куда не надо. Впрочем, разве наш Арлинг не такой? Иногда, мне кажется, что это побочное явление всех вассханов. 
«Наш Арлинг». Регарди дернулся, но Нехебкай уже полностью владел его телом. Цена сделки, заключенной с богом, оказалось куда выше, чем он думал. 
  
Глава 23. Цена сделки с богом
 
– То был нечестный ход, Махди, но разве можно было от тебя ожидать иного? – Арлинг-Нехебкай прошел в комнату, которая оказалась небольшой и явно не была предназначена для приема гостей. Циновка с мягкими одеялами на деревянном полу, очаг с дымоходом, ведущим куда-то в стену, много книг и низкий столик, заставленный стаканами и тарелками. Никакого зельеварения. Кажется, иман, действительно, просто обедал. 
Тигр закрыл дверь, захлопнул засов и прислонился к стене с ковром, скрестив на груди руки. Трость-клинок он небрежно бросил на пол. По его поведению не было похоже, что иман напуган, но когда учитель показывал свои истинные чувства? Впрочем, одно Арлинг мог сказать о нем точно. Тигр Санагор был пьян и хотел выпить еще.
– Ждешь извинений? – хмыкнул он. – Давай лучше выпьем.
– Мне потом этого точно не простят, – сказал Нехебкай устами Арлинга. – Я по делу. 
 
– Кто бы сомневался. Будешь угрожать, что убьешь его?
– Знаешь же, что нет. Но превратить жизнь твоего любимчика в ад точно смогу.
– Давай без пафоса, – поморщился иман. – Я целыми сутками общаюсь с надутыми индюками по работе. Не хочешь пить сам, как хочешь. А я выпью. Да ты садись. Ведь не на пять минут пришел. 
Арлинг сделал три шага до табурета у стола и сел, чувствуя себя марионеткой на веревочках. С каким сожалением он сейчас вспоминал о снадобье имана, которое Магда выкинула в пропасть. Ведь оно обещало избавить его от Нехебкая, значит, учитель с самого начала предвидел такую ситуацию. 
«Почему вы пьете?» – хотелось спросить ему, ведь все годы его обучения в Школе Белого Петуха от имана никогда даже не пахло спиртным, а сам учитель всегда высказывался категорически против любого алкоголя.
Вытащив бутылку из кармана, иман отхлебнул из горлышка и махнул рукой в сторону Регарди. Мол, продолжай. 
– Это эксперимент, – сказал он, словно услышав невысказанный вопрос Арлинга. Бутылка скрылась в объемном кармане халата, но, кажется, ненадолго. 
– Забавно, если тебя сейчас убьет тот, кого ты послал убить меня, – сказал Арлинг-Нехебкай. – Думаешь, у него не получится?
– Почему, вполне получится, – пожал плечами иман. – Просто ты ведь пришел сюда не для этого. Мог бы убить еще вчера, когда следил за мной с городской ратуши. Я все время чувствовал, будто мне в спину целятся. Еле до конца совещания досидел.
Тут только до Арлинга дошло, что он не может вспомнить все события последних трех дней. Провалы в памяти оказались вполне объяснимы. Вот почему Нехебкай не сразу «нашел» лекаря. Он размышлял об убийстве имана. 
– Мне просто интересно, что ты ему пообещал, – спросил учитель. 
– Вылечить Магду. Она пострадала от темного солукрая. 
– О, какая досада, – иман покачал головой. – Мне очень жаль, Лин, но насчет Видящей мы все ошиблись. Да и никакая она не Видящая, просто удобная легенда, которую я вначале использовал. До того как понял, что она использует меня. Безумие от темного солукрая – весьма сомнительное явление. Скажем так, им прикрываются в безнадежных случаях. О Магде я услышал от арваксов, среди которых пошли слухи о южной ведьме. Тогда я искал детей древних и принял ее за одну из них. Вывез на корабле сюда, а потом понял, что к древним наша Магда не имеет никакого отношения. Она такая, какая есть. Кстати, она должна была быть вместе с Арлингом. Что случилось?
Регарди напрягся, но Нехебкай, руководствуясь собственными замыслами, Фадуну не выдал. 
– Сгинула в песках, – сказал он не правду и не ложь. – Я хочу заключить с тобой сделку.
Вот же заладил этот Индиговый. Можно подумать, ему одного Арлинга обмануть было мало. Замахнулся на имана, а с ним проиграть было несложно. 
– Как я понимаю, в ответ ты угрожаешь убить моего вассхана? – деловито уточнил учитель, и сердце Регарди немного оттаяло. Учитель еще считал его вассханом, а значит, не все было кончено. 
– И сам погибну, если потребуется, – кивнул Арлинг-Нехебкай.
– Хорошо, выкладывай. Чего хочешь?
– Ты должен спасти мою дочь. Знаешь, о ком я говорю.
Так вот что имел в виду Нехебкай, когда просил Арлинга о дочери. Ему все это время нужен был иман. Хитрый змей!
Иман нервно забарабанил пальцами.
– Не в моих силах. 
– В твоих. 
– Насколько я знаю, ее уже убили, – сухо ответил учитель. – К счастью для всех нас.
– Она еще жива, – почему-то возразил Нехебкай. 
– Ненадолго.
– Арлинг, – иман подошел к нему и, схватив за плечи, вдруг встряхнул. – Заканчивай с ним. Сколько можно слушать эту чушь! Давай гони его и просыпайся. 
Голос учителя стал стихать, будто Арлинга закутали в одеяло, закрыв от всего мира. Звук собственного сердца заполнил мир, а дыхание вырывалось из груди с трудом. Он не видел неба, но знал, что оно сжалось до размера точки. Не видел земли, но чувствовал, что та провалилась в бездну. А сам он стал ветром, гуляющим на свободе.