Вспоминая голубую Землю (ЛП)

- Сейчас живет и размножается около восьмисот, - сказал Чама. - В криоспячке, или в виде генетических шаблонов, еще шестнадцать тысяч. Еще предстоит пройти какой-то путь.
- Боже мой, там внутри что-то живое. - Он невольно ткнул пальцем в стекло. - Я имею в виду что-то движущееся. В воде.
- Черепаха, - сказал Глеб скучающим тоном. - С черепахами все просто. Если бы мы не могли делать черепах, я бы сейчас сдался.
- Покажи ему, что еще ты умеешь, - сказала Санди.
Глеб подошел к другому окну, расположенному несколькими панелями ниже того места, где стоял Джеффри. - Иди сюда, - сказал он, постучав толстым пальцем по стеклу.
Видимая часть среды - хотя она явно простиралась далеко за пределы комнаты - представляла собой круг голой пыльной земли, окаймленный высокой травой пшеничного цвета. Возвышающийся над травой бесшовный занавес из эмалево-голубого цвета проецировался таким образом, что выглядел таким же убедительным и далеким, как настоящее небо. Когда Джеффри подошел, чтобы присоединиться к Глебу, тот продолжал постукивать ногтем по стеклу. У Глеба были очень темные ногти, подкрашенные зеленым, почти черным. Джеффри подоспел как раз вовремя, чтобы увидеть, как зашелестела трава, расступаясь, позволяя зверьку размером с зайца выскочить на поляну.
Это был носорог цвета морской волны, размером с домашнюю кошку. Это был не детеныш. Его пропорции и походка, насколько мог судить Джеффри - с учетом подпрыгивающих движений, которые были неизбежным следствием лунной гравитации, - были в точности такими, как у взрослого животного.
Просто так получилось, что он оказался достаточно маленьким, чтобы поместиться в портфеле.
Он как раз убеждался в точности своей оценки, когда пара настоящих детенышей выскочила следом за тем, что, как теперь выяснилось, было их матерью. Малыши были размером с крыс, но ходили на абсурдно толстых, мускулистых, покрытых морщинами ногах. Они были такими же крошечными и точной формы, как игрушки для купания, отлитые из серого пластика.
Он рассмеялся, пораженный тем, что увидел.
- Нагрузка на ресурсы - это главное, - сказал Чама, присоединяясь к ним у окна. - У нас нет средств поддерживать жизнь полностью выросших особей - по крайней мере, в среде обитания, которая не вызывала бы у них безнадежной клаустрофобии. - Он откинул прядь волос со скулы. - К счастью - по крайней мере, пока - нам это не нужно. Природа уже дала нам готовый механизм миниатюризации.
- Филетическая карликовость, - сказал Джеффри.
- Да. Почти по-детски легко достигается у млекопитающих и рептилий.
Чама был прав. Островная карликовость часто возникала, когда вид-предок разделялся на изолированные субпопуляции на островах. Аллопатрическое видообразование и последующая карликовость происходили снова и снова в истории эволюции, от карликовых аллозавров до гоминидов Homo floresiensis в Индонезии. Даже деревья делали это. Это была закодированная в генах реакция на давление окружающей среды; способ, позволяющий популяции пережить трудные времена.
- Те же самые механизмы помогут животным преодолеть трудное "узкое место" на ранних стадиях зеленого расцвета, - заявил Глеб. - Все, что мы сделали, - это немного подтолкнули встроенный механизм к созданию крайней карликовости. Как будто природа предвидела эту будущую адаптацию к выживанию.
"Немного подтолкнули" прозвучало для Джеффри как властное преуменьшение, учитывая игрушечные пропорции носорогов. Но он вполне мог поверить, что Чаме и Глебу не потребовалось проводить много генетических манипуляций на глубоком уровне, чтобы достичь этого. Конечно, не было никаких свидетельств того, что карликовые животные были каким-либо образом травмированы своим состоянием, судя по тому, как они счастливо сопели и шаркали вокруг, а малыши шумно подталкивали друг друга локтями.
Глеб подтянул тележку на колесиках, достал из одного из контейнеров немного гранулированного корма и теперь высыпал его в камеру через бункер над окном. Карликовые носороги, должно быть, восприняли его постукивание ногтем как знак того, что ужин неминуем.
 
- Это... оригинальное решение проблемы, - сказал Джеффри.
- Тебя это беспокоит, - заметил Чама.
- Я задаюсь вопросом, не лучше ли было держать эти организмы во льду до тех пор, пока у вас не появятся средства вырастить их до полного размера.
- Даже если это означало ждать десятилетия?
- Зеленый расцвет не похож на краткосрочный план. - Было странно самому говорить о "расцвете", как будто, произнеся его название, он придал предприятию определенную легитимность, даже молчаливое одобрение.
Он все еще не определился, может ли это быть каким-то мерзким, человеконенавистническим экофашизмом. Ему нужно было бы узнать гораздо больше, прежде чем он примет решение.
- Эти животные не знают, что они гномы, - сказал Глеб достаточно терпеливо. - На неврологическом и поведенческом уровнях нет никаких признаков нарушения развития. Мозговая ткань обладает огромным избытком - вот почему птицы, по крайней мере, так же хороши в решении проблем, как и приматы, даже учитывая огромную разницу в объеме черепа. Так что у нас нет никаких этических угрызений совести. Мы с Чамой не заставили бы кого-то страдать только для того, чтобы служить какой-то далекой утопической цели.
- Они действительно выглядят достаточно счастливыми, - признал он.
- Мы не будем отрицать, что с некоторыми другими видами все еще существуют трудности, которые предстоит преодолеть.
Что-то зловещее щелкнуло в голове Джеффри. - Если вы можете изображать носорогов, то можете изображать мамонтов и слонов. Прошло много времени, но я кое-что помню о карликовых популяциях этих видов: критских слонах, мамонтах на островах Берингова моря.
- Мы можем заниматься хоботными, - сказал Чама. - И мы это сделали. Но есть и трудности.
Он подвел Джеффри и Санди к одному из дальних окон. Желудок Джеффри скрутило от дурного предчувствия.
- Я не уверен, что это правильно.
Глеб снова толкал тележку. - Всегда есть возможности для улучшения. Но это не значит, что слонов следует класть на лед или подвергать эвтаназии.
По сравнению с местообитанием носорогов трава была ниже, более колючая - сухая и обесцвеченная, как в Серенгети перед короткими дождями. На среднем расстоянии виднелся водоем с водой, теперь превратившийся в грязное углубление. На дальней стороне водопоя, сбившись в одну многоногую, многоголовую кубистическую массу, стояли три карликовых слона. Они были размером с козлят, серые тела были замаскированы оливково-коричневыми пятнами подсыхающей грязи.
- Расскажи мне, как родились эти слоны, - сказал он.
- В искусственных матках, здесь, в Непросматриваемой зоне, - ответил Глеб. - Оплодотворенные яйцеклетки были импортированы, переносились in vivo в человеческих мулах. Мы с Чамой оба носили эти клетки, и мы оба в разное время вступали в конфликт с индийскими и китайскими лунными властями.
- Однако для жизнеспособной популяции потребовались бы сотни - тысячи.
Чама кивнул. - У нас их сотни. Но до сих пор разрешалось появляться на свет только этим слонам.
- Только этим трем?
- Столько, сколько может разумно вместить среда обитания, - сказал Чама.
Джеффри был агностиком в отношении носорогов. Теперь его неприязнь обострилась до точного, целенаправленного отвращения. - Это неправильно. Независимо от того, каковы ваши цели, вы не можете так поступить с этими животными.
- Джеффри... - начала Санди.
Он проигнорировал ее. - Слоны рождаются не в вакууме: они появляются в сложном, заботливом обществе с сильной материнской иерархией. Клан слонов может насчитывать от тридцати до ста особей, и между ними также существуют прочные межклановые связи. То, что вы здесь делаете, равносильно помещению человеческих младенцев в изолированные кубики!
Рука Санди лежала на его плече. Она усилила хватку. - Они не в неведении об этих проблемах, брат.