Поступь Тьмы (СИ)
Я нахмурилась:
— Что исправить?
Парни переглянулось, и Берг нехотя пояснил:
— Мы шагнули во Тьму за ним.
— Что? — Я даже подскочила.
— Он был новобранцем и сразу попал в патруль. Растерялся, что-то услышал. Мы толком ничего понять не успели, а он уже по ту сторону купола. Пришлось вытаскивать, а дальше ты знаешь. Мы не справились.
— Это тяжелый груз, — добавил Монсон. — Мы-то его не винили, но он сам… И в научном центре часто срывался, пытался сбежать. А когда узнал, что ты хочешь вернуть нас всех туда, поначалу немного вспылил, но теперь считает, что если кому и идти в самое пекло, то ему. Мы не вправе лишать его этого шанса.
Возможно, не вправе. Но, несмотря на отсутствие каких-либо доказательств, я просто знала — чувствовала, — что с Лукасом Лайне что-то не так, и история о том, как он добровольно полез под купол, только укрепила мои подозрения. А еще Трин… Я ведь не оставляла попыток с ней поговорить, проверяла ее на внешнее воздействие, даже снова отловила Хелен Эрт, чтобы исключить ментальные трюки, и ничего. На разум Трин никто не влиял, на вопросы она не отвечала, лишь замыкалась все больше и стала совсем бледной и тонкой, почти прозрачной.
Да, у нее появились подруги в общежитии, и они не замечали никаких странностей, да и с Лукасом она вела себя спокойно, часто улыбалась, смущалась. Я бы даже поверила, что проблема и правда во мне, но…
Что-то было не так.
Той ночью я не нашла слов, чтобы убедить парней, но решила, что время есть. Еще минимум неделя, а то и больше. Я изучу этого Лайне вдоль и поперек, залезу в самое его нутро, найму кого-нибудь, чтобы покопался в его биографии, если придется…
Эти мысли не оставили меня и наутро, я даже подумала, что можно подключить Леннарта, а потом в зал вошел мэтр Кобэ, криво улыбнулся нашей измученной усиленными тренировками группе и объявил:
— Поздравляю, сегодня у вас короткий день. Прогоним пару новых щитов, и все.
Радоваться мы не спешили, и правильно.
— А завтра, — продолжил мэтр, резко посерьезнев, — мы отправляемся в рейд.
35
«Это далось мне очень тяжело».
Пожалуй, делись я с кем-нибудь своей историей, эта фраза звучала бы постоянно. В моей короткой жизни было много сложных решений и неподъемных задач, но никогда бы не подумала, что самым нелегким окажется выгнать Ульфа из столицы.
— Даже орда демонов не сдвинет меня с места, — заявил он, вдавливаясь в кресло так, будто надеялся врасти в него намертво.
Я только вздохнула:
— Так надо…
Мэтр Кобэ отпустил нас буквально через два часа ослабленной тренировки, и я сразу отыскала Ульфа в парке, где он увлеченно отмечал места для новых скульптур, которые должны были изваять из камня природники. Я видела, насколько он здесь свободен и счастлив, и, пока мы пили чай в его домике, боролась с сомнениями: а надо ли все разрушать? Но ситуация грозила обернуться скверно, и я не могла допустить, чтобы Ульф пострадал. Только не он.
— Пойми… — снова начала я и снова не нашла слов.
— Понял уже один раз, — буркнул Ульф. — Никогда себе не прощу.
— Ульф…
— Что «Ульф»? Что «Ульф»?! Думаете, я не видел ничего? Не замечал? Но предпочел поверить вашим улыбкам и обещаниям, что все будет хорошо. А лучше бы… лучше бы…
Он побледнел и изо всех сил вцепился трясущимися пальцами в подлокотники кресла. Я поспешно села на пол у его ног и сжала морщинистую ладонь. Ульф охнул, попытался было подняться, но от напряжения не смог.
— Тогда ты ничего не мог сделать, — прошептала я, успокаивающе поглаживая его руку. — Если б попытался, дед бы убил тебя.
— А и пускай! — запальчиво воскликнул Ульф. — Хоть не стыдно бы было перед богами. А то глядишь, я бы и его с собой в бездну утащил, и не мучил бы вас этот монстр столько лет.
Я уткнулась лбом в его колено и зажмурилась, почувствовав нежное прикосновение к волосам. Прямо как в детстве.
— Никогда себе не прощу, — повторил он. — Стоял и смотрел… как он вас увозит.
— Твой поводок был покороче моего, — тихо напомнила я.
— Собаки срываются, и я мог…
Нет, не мог. Я знала, насколько крепко дед связал старого дворецкого множеством печатей и ограничений. И если бы я не врала тогда, что все хорошо, если бы не успокаивала его наигранной веселостью, Ульф бы глупо сгорел в огне нарушенной клятвы.
— Все это в прошлом, поверь, — прошептала я, не открывая глаз. — И чтобы уже никогда к этому не возвращаться… не вспоминать о нем… я должна кое-что сделать. Мне будет легче от осознания, что ты далеко отсюда. В безопасности.
На самом деле я понимала: если ситуация обострится, если кто-то начнет копать и возьмется за Ульфа, его найдут где угодно. Так что было важно не столько выслать его, сколько отправить именно в поместье к Торвальду.
Поверенный не один год служил деду и знал все лазейки и обходные пути в законодательстве. И если бы вдруг связь Валборгов с Тьмой всплыла, он бы не позволил никому давить на нашего верного слугу. Да и имя рода постарался бы защитить, хотя на последнее мне было откровенно плевать.
А еще я все-таки оставила кое-какие указания на случай, если не вернусь, и передавать их почтой не собиралась.
Я встала, подошла к вешалке и, вынув из кармана пальто конверт, отнесла его на стол.
— Я могу доверять только тебе.
Ульф провожал каждое мое движение мрачным взглядом.
— И с пройдохой этим уже сговорились?
Я кивнула. Торвальду я наконец позвонила, но разговор вышел коротким. Я просто услышала, что делам поместья нет конца и края, и что поверенный уже готов выть на луну, и передала, что вскоре к нему присоединится Ульф. Не для совместного воя, разумеется.
Он помрачнел еще сильнее:
— Я ведь понимаю, что вам тут от меня никакого прока. Только ради собственного спокойствия и наблюдаю порой со стороны. Но вдруг однажды все же смогу…
— Пожалуйста, — тихо попросила я, и Ульф поник.
— Хорошо. Скажу о срочных семейных проблемах. Дней на десять должны отпустить, а дальше… — Он вздохнул. — Не вернусь, так пусть замену ищут.
Я снова подошла к нему, огладила рукой плечо и на миг прижалась губами к макушке:
— Спасибо. Поезжай сегодня же.
— Да, да… мне и собирать-то особо нечего.
Ульф с кряхтением поднялся, взял со стола письмо и побрел в сторону спальни, а я дышала через раз, боясь озвучить еще одну просьбу.
— Ульф, — выдавила наконец.
Он обернулся.
— Поезжай сегодня, — повторила я, — а им скажи, что с утра.
«Чтоб не присылали никого в дом раньше времени», — осталось за кадром, но дураком мой старый друг никогда не был. Не знаю уж, много ли он видел, пока наблюдал за мной со стороны, и какие выводы сделал, а сейчас только головой покачал.
Вечером же коттедж у озера был пуст.
Ключ я нашла под ковриком.
* * *
Мэтр запретил нам распространяться о грядущем рейде под угрозой его отмены и роспуска группы в целом.
— Хоть один шепоток, — сказал он, — и можете паковать вещички.
Думаю, некоторых так и подмывало сболтнуть. По крайней мере, иные маги выглядели изрядно напуганными: наверное, встреча с Тьмой и чернью казалась им далекой и смутной перспективой, а не решенным фактом. Так что я внимательно прислушивалась, не начнутся ли разговоры — в конце концов, весть о первой вылазке нашего курса разлетелась бы быстро, — но ИОВ хранил молчание и разве что не зевал в ожидании завтрашнего выходного.
Слухи не поползли.
Одной проблемой меньше.
Второй проблемой для меня стал Леннарт: я избегала его весь день, боясь чем-нибудь выдать свое напряжение, а потом вдруг испугалась, что, когда решусь на главное, он не придет…
Плетение, блокирующее маячок в булавке, я сняла ближе к ночи, ни на что особо не рассчитывая. Он мог уехать к родственникам, уйти развлекаться в город, да просто лечь спать. Но я упрямо сидела в гостиной Ульфа над чашкой с остывшим чаем и где-то в глубине души продолжала верить.