Лотар Желтоголовый. Книги 1-8 + Трол Возрождённый. Книги 1-8 Компиляция (СИ)

Поскорее прогнал из сознания эту мысль, поднялся на борт корабля. Корк уже распекал кого-то за медлительность, а кого-то за неосторожное обращение с факелами, которые, несмотря на близкое уже утро, до сих пор не погасили. Ибраил смотрел в свою книгу Ублы, словно для него не было ничего интереснее и важнее, принц Кола махал рукой какой-то заливающейся слезами девушке, Келга взобралась на оболочку и крутилась около Доры, во весь голос недоумевая, почему им для этого похода не дали хотя бы трёх птиц, а всего лишь Тролову умницу-раскрасавицу. Лукас, перегнувшись через борт, о чём-то таинственным шёпотом, слышным даже в замке, объяснялся с Даремом и Эдисом, Тирен с парой матросов удерживал верёвочный трап в наклонном положении — словом, все были при деле.
Потом суета как-то мигом улеглась. Тролова команда собралась на полуюте, который оказался тесен для такого количества людей, и они поневоле мешали румпельному. Стало почти тихо, даже голос Келги на оболочке, в самой высокой точке корабля, затих. Трол подумал, осмотрелся ещё раз и взмахнул рукой.
— Корк, командуй!
— Принять концы! — Словно пружина, сорвался со своего места у румпеля капитан корабля. — Вёсла — по малой. На румпеле — вверх, паруса левого борта — ставить!..
Тут же забухал барабан, неторопливо, но ровно и сильно. Три пары вёсел по краям летающего корабля, словно одно целое, совершили первый взмах, второй… Какая-то верёвка, протянувшаяся с земли, напряглась, наверное, её забыли снять с колышка, к которым «Некрасавица» была тут привязана. Потом она лопнула, бородатый боцман Тирен уже пытался отвесить за этот недосмотр кому-то кулаком по шее. Потом слева появились паруса, зависшие над крыльями, румпель, управляющий через систему рычагов чуть не всеми рёбрами рулей разом, заскрипел. Трол посмотрел на землю.
Она была уже глубоко внизу, их летающий корабль легко и плавно поднимался к освещённым солнцем облачкам. Их поход к замку архидемона Нахаба с Яйцом Несбывшегося, подвешенным на тросе под кораблём, начался.
  
Глава 21
 
Наверное, если кто-либо из непосвящённых увидел бы, как «Некрасавица» несёт по воздуху Яйцо Несбывшегося, он не сумел бы даже осознать, что он видит, что происходит, и, конечно, не разобрался бы в том, зачем это следует делать. Но Трол уже на второй день явственно осознал, что в Империи очень хорошо всё понимают, ничуть не смущены нелепым видом летающего корабля, перевозящего янтарную скалу, и готовы следить за «Некрасавицей», чтобы в нужный момент оказать ей максимальное сопротивление.
Обращённый на Возрождённого луч магического внимания был так силён, что Трол даже задумался, почему он не ощущал его в Новолунгмии, что мешало имперцам и там не спускать с Трола и его помощников этого упорного, злобного, угрожающего давления. Вероятно, что-то было в природе самой Новолунгмии, либо в высоте её гор, либо в той зоне относительного благополучия, которая создалась вокруг Дотимера, когда они разрушили капище д'Авола, да и немало всякой прочей полудемонской нечисти истребили.
Внизу проплывали леса срединной части континента, хотя Трол без труда уже улавливал впереди огромную массу холодной, чистой и солёной воды — то был, конечно, Северо-Западный океан. Он расстилался так широко и свободно, что Тролу даже показалось, что они могут затеряться над его волнами, что никакого магического искусства имперских магов не хватит, чтобы отыскать их на океанском просторе. Но Ибраил проворчал, когда разобрал, какие мысли одолевают Возрождённого:
— На это и не надейся, Трол. Сейчас они сражаются за самые корни существования Империи, если потребуется, рискнут чем угодно, даже летающие корабли с самыми лучшими магами на борту вышлют, и уж тем более не избавят нас от своей слежки.
— А что они ещё могут против нас сделать? — спросил Кола, когда разобрался, о чём идёт речь.
— Могут, например, элементалей воздуха наслать, тогда нам каюк, — отозвался маг. — Ни одну сколько-нибудь крепкую бурю с такой подвеской под корпусом мы не выдержим.
 
— А с их кораблями драться не придётся? — спросил Корк. Он очень опасался, что потеряет свой корабль. Вообще, было похоже, что доставку на север Яйца Несбывшегося он принял как долг чести.
— Их я не чувствую, что беспокоит меня больше всего — уж не замаскировали ли они их, чтобы ударить неожиданно? — отозвался Ибраил и замолчал.
Кораблей Империи не чувствовал и Трол, хотя понимал, что его искусство ощущать противника на больших дистанциях не идёт ни в какое сравнение с умением Ибраила. В отличие от мага, это его не пугало, он каким-то образом решил положиться на судьбу, вернее, на провидение, которое всегда было за него.
На третий день стало ясно, что «Некрасавица» может использовать и ветер, а потому пошли ещё быстрее. И как-то разом жизнь на корабле установилась. Матросы грелись в последних тёплых лучах солнышка, если были свободны от вахт, крылья придавали «Некрасавице» дополнителных три-четыре узла, а всего она покрывала за сутки более двухсот шестидесяти миль, словно печатала их равными, прямыми отрезками, которые прокладывал на навигационной карте Корк.
Только одно беспокоило Трола — янтарная скала как-то слишком быстро поглощала канат, даже Ибраил, посчитав длину их каната и скорость подъёма скалы к корпусу корабля, со вздохом вынужден был констатировать, что даже при такой скорости «Некрасавицы» потребуется где-то по пути раздобыть ещё сотню ярдов каната, а то и полторы сотни.
Ещё, должно быть потому, что Трол в эти дни немало упражнялся в использовании той магии, которой обучил его Учитель, его заставляла беспокоиться способность Яйца поглощать все жизненные силы мира, впитывать в себя ту самую растворённую в мире энергию, которую он когда-то тоже умел усваивать. Эта способность янтарной скалы протянулась в неведомые дали и отнимала у всего этого мира тепло, живительную способность воды и воздуха, как иногда казалось, умеряла даже ветер.
Разумеется, он рассчитывал, что маг ощущает эту пока неявную, но такую очевидную угрозу, и знает, как с ней справиться, хотя Ибраил ничего не предпринимал. Трол успокаивал себя тем, что маг рассчитывает: Яйцо не успеет справиться со всем этим миром за короткий срок их перелёта.
Опасность возникнет, если Яйцо почему-либо сорвётся и упадёт, например в океан, откуда его невозможно будет вытащить. Тогда, пролежав на дне несколько столетий, оно, без сомнения, справится с жизненной силой планеты, погубит и человечество, и Империю, и всё, что есть в этом мире, отличного от того мира, откуда его вытащили.
Впрочем, Нишапр же сумел там устроиться, а значит, всё было не совсем безнадёжно… Хотя, с другой стороны, Нишапр был магом, и отменной выучки, он мог создать для себя и своей семьи какие-нибудь исключительные условия, на которые у нормальных людей просто не хватит сил.
Да и дно океана, при некотором размышлении, вовсе не выглядело таким уж недоступным местом. Было известно, что Лотар Желтоголовый с Сухметом Золотым Ошейником как-то умели ходить по дну морей, договаривались с русалками, а потому, даже если дело обернётся худо, можно будет что-нибудь придумать. Хотя это будет и нелёгкой задачей.
Когда они пошли над сверкающей на солнце поверхностью воды, Ибраил впал в какую-то особенную задумчивость. Он не выходил из каюты, колдовал над книгой Ублы и даже просил приносить ему еду, но она куда как часто оставалась нетронутой.
Чтобы не терять времени, Трол начал тренироваться с мечами. И неожиданно это оказалось ошибкой. Потому что он, соседствуя с Яйцом, никак не мог сосредоточиться даже на довольно простых упражнениях, янтарная скала ему ощутимо мешала. С этим нужно было что-то делать. На четвёртый день пути, когда Трол пытался на баке отрабатывать простейшие приёмы рукопашного боя, Ибраил позвал его ментальным образом. Трол спустился в бывшую каюту капитана, отведённую теперь магу.
— Трол, — заговорил Ибраил, едва Возрождённый переступил комингс этого помещения, — ты зря стараешься. Ты не сможешь тренироваться, пока Яйцо находится так близко.