Память, Скорбь и Тёрн

Тролль умолк и подошел к столу, чтобы глотнуть воды из кувшина, стоявшего там.
— Итак, Бинабик из Йиканука, ты прочел о двух могущественных мечах, — сказал Джошуа. — Может быть, эти ужасные последние годы размягчили мои мозги, но я все еще не понимаю…
— Три меча, — пояснил Ярнауга, — считая Джингизу Инелуки, который мы зовем Скорбью. Три Великих меча.
— Чтобы понять все до конца, вы должны прочитать последнюю часть книги Ниссеса, которую цитирует Моргенс, — сказал наконец присоединившийся к разговору отец Стренгьярд.
Он поднял пергамент, который Бинабик положил на стол.
— Вот, пожалуйста. Это стихи из заключительной части рукописи безумца.
 
 
Мороз скует колокола,
 
И станут тени на пути,
 
В колодце — черная вода,
 
И груз уже нет сил нести —
 
Пусть Три Меча придут сюда.
 
 
 
Страшилы-гюны вдруг сползут
 
С самих заоблачных высот,
 
Буккены выйдут из земли,
 
И в мирный сон Кошмар вползет —
 
Пусть Три Меча тогда придут.
 
 
 
Чтоб отвратить удар Судьбы,
 
Чтобы развеять Страха муть,
 
Должны успеть в пылу борьбы
 
Мир в мир встревоженный вернуть —
 
Вот Трех Мечей достойный путь.
 
 
— Мне кажется… мне кажется, я понимаю, — сказал принц с возрастающим интересом. — Это похоже на предсказание, предсказание наших дней — как будто Ниссес заранее знал, что Инелуки когда-нибудь вернется.
— Да, — согласился Ярнауга, почесывая подбородок, и заглянул принцу через плечо, — и, по-видимому, чтобы все исправить, мечи вернутся вновь.
— Мы имеем понимание, принц, — вставил Бинабик, — что если Король Бурь и может быть побежден каким-то образом, то это только путем нашего нахождения мечей.
— Трех мечей, о которых говорит Ниссес? — спросил Джошуа.
— Такое предположение.
— Но если молодой Саймон говорит правду, Скорбь уже в руках моего брата. — Принц нахмурился, его высокий бледный лоб избороздили глубокие морщины. — Если бы можно было запросто забрать его из Хейхолта, нечего было бы дрожать от страха в Наглимунде.
— О Скорби следует думать в последнюю очередь, принц, — сказал Ярнауга. — Теперь мы должны действовать, чтобы заполучить остальные два. Мое имя было дано мне за необычайно острое зрение, но даже я не могу видеть будущее. Возможно, нам представится случай отнять Скорбь у Элиаса, может быть, сам король допустит какую-нибудь ошибку. Нет, сейчас нам надо найти Тёрн и Миннеяр.
Джошуа откинулся в кресле, скрестив ноги и закрыв лицо руками.
— Все это похоже на страшную детскую сказку! — воскликнул он. — Как сможет народ перенести такие времена? Ледяной ветер в ювене, поднявший голову Король Бурь и он же — умерший принц ситхи… А теперь еще безнадежные поиски давно утерянных мечей… Безумие! Безрассудство! — Он открыл глаза и выпрямился. — Но что мы можем сделать? Я верю всему этому, значит и я, должно быть, безумен.
Принц встал и начал расхаживать по комнате. Остальные смотрели на него, радуясь, что их самые смелые надежды оправдались и им удалось убедить Джошуа в мрачной и страшной правде.
— Отец Стренгьярд, — молвил наконец принц. — Не позовете ли вы сюда герцога Изгримнура? Я отослал пажей и всех слуг, чтобы мы могли поговорить без помех.
— Конечно, — сказал архивариус, поспешив вон из комнаты. Полы широкой рясы хлопали на ветру.
— Неважно, что произойдет в дальнейшем, — произнес Джошуа. — Мне придется многое объяснить на сегодняшнем рэнде. Я хотел бы, чтобы Изгримнур был рядом со мной. Бароны знают его как здравомыслящего человека, а я все еще вызываю некоторое подозрение благодаря годам, проведенным в Наббане, и странным привычкам. — Принц слабо улыбнулся. — Если все это безумие — правда, то наша задача сложнее, чем когда бы то ни было. Если герцог Элвритсхолла будет на моей стороне, баронам придется поверить всему этому. Я не думаю, что поделюсь с ними самой последней информацией, хотя в ней и есть какие-то черепки надежды. Я не доверяю способности некоторых из них держать при себе такие потрясающие новости.
 
Принц вздохнул. Вполне хватало и одного Элиаса в качестве врага. Он встал, глядя на огонь. Глаза его блестели, словно какая-то влага наполняла их.
— Мой несчастный брат!
Бинабик поднял глаза, пораженный щемящей интонацией этих слов.
— Мой бедный брат, — повторил Джошуа, — он теперь совсем завяз в этом кошмаре: Король Бурь! Белые лисицы! Я не могу поверить, что он понимает, что делает.
— Кто-то знал, что делает, принц, — произнес Бинабик. — С великой вероятностью господин Пика Бурь и его подручные не хаживают от дома к дому с танцеванием, чтобы расхвалить свой товар, как будто бродячие коробейники.
— О, я не сомневаюсь, что это Прейратс каким-то образом добрался до них, — ответил Джошуа. — Я знаю его и эту бесовскую жажду к запретным знаниям еще по семинарии у узирианских братьев. — Он скорбно покачал головой. — Но Элиас, хотя и храбр как медведь, всегда с недоверием относился к старым магическим книгам и презирал ученость. Кроме того, брат всегда боялся разговоров о духах и демонах. Он стал еще хуже после… после смерти жены. Что он мог счесть стоящим того ужаса, которым ему наверняка пришлось платить за эту сделку? Хотел бы я знать, сожалеет ли он теперь — такие страшные союзники! — бедный, глупый Элиас…
Снова шел дождь. Стренгьярд и Изгримнур закончили свой переход через открытый двор совершенно мокрыми. Изгримнур стоял на пороге покоев Джошуа, притоптывая, как возбужденный конь.
— Я только что видел жену, — объяснил он. — Она и другие женщины успели уйти еще до прихода Скали и укрылись у ее дяди, тана Тоннруда. Она привела полдюжины моих людей и два десятка женщин и детей. Она отморозила себе пальцы, бедная Гутрун.
— Я очень сожалею, что вынужден был оторвать тебя от нее, Изгримнур, особенно если она не совсем здорова, — извинился принц, протягивая руку старому герцогу.
— Ах, да я мало чем могу помочь ей. С ней сейчас наши девочки. — Он нахмурился, но в голосе его явственно звучала гордость: — Она сильная женщина и родила мне сильных детей.
— И мы найдем способ помочь твоему старшему, Изорну, не волнуйся. — Джошуа провел Изгримнура к столу и вручил ему манускрипт Моргенса. — Но может сложиться так, что нам придется выдержать не один бой.
Герцог прочитал Заклятие Мечей, задал несколько вопросов и снова перелистал страницы.
— Вот эти стихи, да? — спросил он. — Вы считаете, что это ключ ко всему происходящему?
— Если ты имеешь в виду ключ, которым можно запереть дверь, — ответил Ярнауга, — то да, мы надеемся на это. И тогда все, что нам нужно сделать, — это собрать у себя три меча из пророчества Ниссеса, и Король Бурь окажется в безвыходном положении.
— Но ведь ваш мальчик говорил, что меч ситхи уже у Элиаса, а я действительно видел у него какой-то незнакомый меч, когда король отпускал меня в Элвритсхолл. Огромный меч и престранного вида.
— Это мы знаем, герцог, — вмешался Бинабик. — Но сначала нам нужно найти остальные.
Изгримнур подозрительно покосился на тролля.
— А чего ты хочешь от меня, маленький человек?
— Только помощи, любой, какую ты мог бы нам оказать, — сказал Джошуа, протягивая руку, чтобы похлопать риммера по плечу. — И Бинабик из Йиканука здесь по той же причине.
 
— Может быть, вы слышали что-нибудь о судьбе Миннеяра, меча Элврита? — спросил Ярнауга. — Вообще-то мне следовало бы знать это, ибо назначение Ордена в том, чтобы собирать подобные знания, но с давних пор никто не слышал никаких рассказов о Миннеяре, и след его потерян.