Предание Темных
Учитывая, как он ни раз намекал на мою пресловутую меркантильность и как часто упоминал деньги, может быть..
Но как тогда это может объяснить его высказывание об иллюзиях?
(…может я тебе скажу, зачем я здесь? хотел посмотреть, как разобьются очередные иллюзии!..)
О каких таких иллюзиях он говорил? В чем мы заблуждаемся или в чем нас заблуждают? Говорил он это серьезно, или уже просто в гневе нес все что угодно, лишь бы хоть как-то задеть? Такое тоже возможно.
Потому что, иначе, отчего он не сказал ничего стоящего?
Только какие-то провокационные реплики, но по сути ничего, кроме воды? Ничего, так или иначе говорящего о какой-то правде, раскрывающей эту правду.. а когда я попросила сказать прямо – он вцепился мне в челюсть.
Не сказал ничего.
А пустословить и бросать многозначительные взгляды и я могу с таким же успехом. Особенно, если люди и без того
(..кот не может ее достать через прутья.. но мышь об этом не знает, потому ему вполне подвластно ее до смерти напугать.. ее, или любую другую мышь в этой же клетке..)
насторожены – заставить их обмануться проще простого.
Но если слова пустые и ничего не значат – эмоций они тоже не должны вызывать. Почему же тогда каждый раз, когда Локид говорил «псевдоразоблачающие» фразы,
(..проведаю твою сестру? о-о, это будет повторяться не единожды, пока.. скажешь ей, до какого момента это будет продолжаться, а, влад?..)
(..ну же, скажи ей – ты же честный парень, тебе нечего скрывать от своих.. друзей..)
Влад начинал злиться и приходил в ярость?
И самое странное..
(..и вот она – особенная? она не такая, как все? знаешь, мне даже жаль, что ты не можешь ее сейчас заполучить…)
Заполучить?
Уж это слишком жирный намек, чтобы его не понять – и, учитывая эти непонятные монологи Влада парой часов ранее в библиотеке, слишком правдоподобный, чтобы в него не поверить. Значит ли это, что Влад удерживал меня все то время в замке под предлогом картин, только потому, что хотел каким-то образом «заполучить»? И эта ли та самая главная тайна
(..прожить здесь столько времени, стать свидетельницей столько всему, получить столько недвусмысленных намеков.. и в итоге не понять, о чем я говорю?..)
которую всё пытается донести Локид, или есть что-то еще?
Что-то более весомое?
(..за такими фасадами скрываются самые темные тайны..)
Что-то более опасное?
Но зачем тогда, будучи другом Влада, Локиду все это нам пытаться рассказать? Даже намеками или как-либо еще. Разве он не должен в любой ситуации оказываться на стороне старого друга, а не «жалких созданий»? Или пресловутое «разоблачение чего-либо», напротив, вовсе не означает, что он на нашей стороне?
А есть ли вообще эти стороны или я просто размышляю сейчас над умелой провокацией взбеленившегося Локида? Ведь он с такой же непоколебимостью впаривал мне аналогично и всякий бред тогда на пороге, придя с чаем.
Так же уверенно.
Да, но тогда он не был в гневе.
Тогда его глаза не пылали ненавистью, а по идеально-сотканной театральной маске нельзя было сказать, искренне ли он говорит. А здесь.. по поводу слов не знаю, но вот по поводу его ярости – ее он точно не разыгрывал.
А в гневе, обычно, люди имеют свойство бросаться правдой. О чем зачастую, придя в себя, потом и жалеют, но все же..
Все же это все не имеет никакого значения в контексте того, что
(..проведаю твою сестру? о-о, это будет повторяться не единожды, пока.. скажешь ей, до какого момента это будет продолжаться, а, влад?..)
он прямым текстом пообещал продолжать цепляться к Милли. Раз так, то теперь даже малейших сомнений нет в том, что сразу после совершения сделки мы уедем к чертовой матери подальше от Влада и его ненормального дружка.
А если так – то и какая тогда разница, какие тайны скрывает фасад и скрывает ли их вообще? Если мы все равно скоро будет очень и очень далеко от этого фасада и всего, что с ним связано.
– Ох!..
Я гляжу под ноги и настолько поглощена мыслями, что врезаюсь в кого-то, совершенно не заметив прежде. Зато, кажется, этот человек меня приметил издалека, потому что совсем не удивляется.
– Эй – озабоченный голос Лео – ты чего? Все в порядке?
– Да.. – потираю виски и, оглядевшись, понимаю, что уже спустилась на второй этаж – все нормально. Милли нашлась, она..
– Да, я ее видел – кивает друг – мы с Сандрой, не найдя ничего, как раз встретились в холле, когда она ураганом пронеслась мимо нас в свою комнату. Попытались что-то расспросить, но куда там.. что-то ее как следует взбесило. Она что-то бормотала про тебя, поэтому и я побежал навстречу, решил, может что случилось..
Многозначительный взгляд дает понять, что он имеет ввиду Влада.
– Нет, ничего такого.. – вздыхаю – .. чего не происходило ранее. Все как обычно – полный дурдом.
– Так что стряслось?
– Локид окончательно спятил, если в двух словах – между тем спускаемся на первый этаж и заворачиваем в холл – зазвал Милли смотреть на звезды, Влад как-то об этом узнал и разогнал их к тому времени, как я пришла. Они с Ноэ начали жутко цапаться, тот начал орать всякий бессвязный бред и..
– Орать? Там ты это все видела что ли? Ну зачем ты пошла к ним без меня..
– Я не маленькая девочка – огрызаюсь, и ловко выдергиваю руку – порой мне кажется, что я, наоборот и без того слишком полагаюсь на остальных и из-за этого
(..прожить здесь столько времени, стать свидетельницей столько всему, получить столько недвусмысленных намеков.. и в итоге не понять, о чем я говорю?..)
упускаю что-то очень важное..
– О чем ты? Что он тебе наговорил? – Лео хмурится.
– Да всякой всячины, забей. Он просто взбесился, вот и пытался взбесить всех остальных, чтобы не одному там скакать.
Мы как раз доходим до комнат и я открываю дверь своей. Чувствую на спине взгляд Лео, но решаю, что оставшуюся ночь хочу провести сама. Да уж, я попыталась отвлечься от вечернего безумия при помощи реальности – но обрела на свою голову лишь еще больше проблем. Выходит, не судьба, находить отвлечение в настоящем..
А для прошлого мне нужно уединение.
Оборачиваюсь:
– Спокойно ночи. И, спасибо.. что помог искать Милли.
– Да не особо-то помог, она сама нашлась.. – жмет плечами и несколько озабоченно глядит на меня, после чего все-таки сдается – ладно, спокойно ночи.
Я закрываю дверь и, едва щелкнув замком, замечаю на кровати книгу Милли. Хм-м. Видимо, когда я забежала с ней в комнату к Лео
(..милли, я просто хотела отдать книгу..)
и не обнаружила сестру, то там же и умудрилась ее оставить, подавшись на поиски. Очень мило со стороны Лео вернуть ее мне, дабы дать возможность помириться с сестрой – а не самому отнести ее Милли, едва заметив в своей комнате.
Подхожу к тубе и аккуратно достаю из нее необходимое полотно с почти полностью очищенным изображением на нем Сафие-хатун.
Взяв к нему еще и нужные инструменты – забираюсь на кровать, подобрав под себя ноги и усевшись по-турецки.
И лишь сейчас понимаю, что сижу на новом покрывале. А перед дверью, в самом деле, не было больше той заляпанной,
(..валентин! где ты был? я тебя по всему холлу искала!..)
брошенной мешком простыни.
Видимо, дворецкий потом все же спустился и обратил внимание на эту груду возле двери. И без объяснений понял, что приключилось и что надо с этим сделать.
Кхм-м.. Правда, это одеяло такое же темное, как и предыдущее..
Но теперь мне это совсем не важно.
Склоняюсь над картиной и начинаю быстро дочищать ее со всех углов, очень скоро пропадая в знакомых толщах вод, каждый слой которых означает всякое минувшее с тех пор столетие..
-11-
1446 год, Османская империя.
Дворец султана в Эдирне.
Лале пытается открыть глаза.