Девушка по имени Каламити (ЛП)

Я не была жаворонком.
Особенно после ночи, проведенной в моих чашках.
Я вслепую вышла из гостиницы, так как солнце было очень ярким, и встретила Уэстона в конюшне. Он бросил один взгляд на кожу, обернутую вокруг моей руки, и сорвал ее одним рывком.
— Ой, — я нахмурилась.
— Тебе обязательно обращаться со мной грубо? — огрызнулась я, потирая руку.
Я даже забыла, что кожа все еще на мне.
Его взгляд стал жестким.
— У меня нет времени разбираться с тем вниманием, которое ты вызываешь, выставляя себя напоказ.
У меня разболелась голова, а от его слов раздражение пробежало только по позвоночнику.
— Я не выставляю себя напоказ, — проворчала я.
Он усмехнулся и поднял кожаный платок, зажатый в кулаке.
— Ты вообще знаешь, что это значит?
— Да, знаю, большое тебе спасибо, — вздохнула я.
— Значит, ты выставляешь себя напоказ.
Мой мозг был слишком затуманен, чтобы мыслить правильно, и я была сбита с толку, но не настолько, чтобы поверить, что я выставляю себя напоказ.
— Нет, это не так. Все женщины должны надеть кожу на фестиваль.
Он холодно рассмеялся и отбросил кожаную куртку в сторону.
— Кто тебе это сказал?
Я нахмурилась.
— Почему тебя это волнует?
— Кожа означает, что ты активно ищешь нового любовника.
Я покачала головой.
— Нет. ты ошибаешься. Это не то, что сказала Роза. Она сказала, что каждая женщина должна носить такое.
Я подумала о предыдущей ночи и не смогла вспомнить, все ли женщины носили кожу.
— Ну, Роза солгала тебе.
Я в замешательстве наморщила лоб.
— Зачем ей это делать?
Я подумала о танце и поняла, что они, вероятно, собирались сделать гораздо больше, чем просто "узнать друг друга’.
— Вероятно, по той же причине, по которой кто-то заставил тебя мыться олиановым мылом.
— Зачем кому-то хотеть, чтобы от меня воняло? Что это было за мыло?
Он посмотрел на меня сверху вниз с непроницаемым выражением лица.
— Сильвианцы хитрые. Никому из них нельзя доверять. Я удивлен, что мыло и кожа были твоими единственными проблемами.
Он повернулся ко мне спиной и начал готовить лошадей. Моему затуманенному мозгу потребовалось несколько минут, прежде чем я поняла, что он не ответил на мой вопрос.
* * *
Когда мы выезжали из города на пыльные тропинки, я подумала о гадалке. Ее предзнаменование оставило неприятный привкус у меня во рту, и меня затошнило еще сильнее, чем раньше. Я думала обо всех различных способах, которыми я могла умереть. Большинство из них были непрактичными, но мое воображение было далеко от разумного.
Упала на кактус, и один из его шипов пронзил прямо мое сердце.
Удушье от пыльной бури.
Упала с Галланта и сломала себе шею.
Падение со скалы.
Много падений. Может быть, предчувствие? Я надеялась, что нет.
Нелепый список продолжался и продолжался, пока Уэстон не посмотрел на меня с отвращением.
Сильно проницателен?
Был полдень, и моя головная боль прошла, когда я смотрела, как Уэстон надевает плащ. Я посмотрела на него с гримасой. На улице было невыносимо жарко, и он надевал плащ?
Мы почти ничего не сказали друг другу, и я не собиралась начинать сейчас. Он просто игнорировал меня, и это действительно вызывало у меня желание ударить его, когда он продолжал. Я бы предпочла жить, поэтому держала рот на замке. Его поведение было странным, но так было обычно, поэтому на этот раз я не дала волю своему воображению.
Мы остановились у первого дерева, которое я увидела за последнее время, и я села под ним, чтобы отдохнуть от солнечного жара. Рядом с ним протекал ручей, и звук журчащей воды был настолько успокаивающим, что я почти заснула.
Мои глаза открылись при звуке ударов лошадиных копыт о землю. Мы встретили много путешественников, поэтому я не нашла странным, что они были на тропинке. Мне показалось странным, что они замедлились, когда увидели нас.
Я взглянула на Уэстона, и беспокойство поселилось у меня в животе. Он пил из ручья, не снимая плаща, в то время как мужчины подъехали к нашим лошадям. Их было четверо, полностью покрытых белой материей. Единственной видимой частью их были темные глаза. Я подскочила, когда они начали слезать со своих лошадей.
 
— Уэстон, — настаивала я.
Он не обернулся, даже когда один из мужчин сказал:
— Боже мой, боже мой, что у нас здесь?
— Уэстон, — прошипела я.
Он не двигался, и я была встревожена, но в основном напугана, когда ужас пополз вверх по моей спине. Я нащупала нож в ножнах, а мужчины в белом наблюдали за этим движением.
— Боец, да? — сказал один из мужчин, толкнув локтем мужчину рядом с собой.
— Мне всегда нравились бойцы, не так ли, Кейстан?
Он подошел ко мне, и я отступила в направлении Уэстона, но мужчина оказался быстрее, чем я думала, и бросился на меня, схватив за запястье. Он вывернул его так сильно, что я подумала, что он сломал его. Я вскрикнула, и нож выпал из моей руки.
— Уэстон! — я закричала, когда кожаная перчатка мужчины впилась в мое больное запястье, и он потащил меня к их группе.
Страх пронзил меня. Что Уэстон делал? Почему он не помогал мне?
— С твоим кавалером мы разберемся позже, но, похоже, он там в штаны наложил от мысли о драке с Неприкасаемыми.
Мужчины были настолько равнодушны к нему, что подставили ему спину. У меня перехватило дыхание, когда мужчина повалил меня на землю. Несмотря на то, что я пыталась отдышаться, я все еще могла разглядеть более высокую фигуру Уэстона за мужчиной передо мной, прежде чем нож перерезал шею мужчины в белом.
Казалось, что это произошло в замедленной съемке, когда мужчина упал на землю, а Уэстон свернул шею другому, прежде чем двое других смогли даже отреагировать. Мужчины поспешили снять перчатки, но нож вонзился в шею третьего мужчины. Последний мужчина снял одну перчатку, прежде чем ему перерезали шею сзади. Он был так близко ко мне, что густая теплая кровь брызнула мне в лицо. Она стекала по моим щекам, когда я смотрела, как мужчина падает на землю с открытым ртом.
Мой желудок скрутило, и я вытерла кровь со щеки тыльной стороной ладони. Я выдохнула, пытаясь унять тошноту в животе. Мой взгляд переместился на Уэстона, я почувствовала металлический привкус крови на губах. Он наблюдал за мной, стоя посреди резни. Он потерял плащ где-то на месте преступления, и в тот момент он выглядел как настоящий Титан.
Кровавый. Холодный. Неудержимый.
Я отвела взгляд от него и опустила на свое окровавленное тело. Первое, что пришло на ум, был вопрос.
— Кто такие Неприкасаемые?
— Они убивают одним прикосновением, — сказал он равнодушно.
Мы мгновение смотрели друг на друга.
Я поднялась на ноги, спокойно отряхивая пыль с рук.
— Ты хочешь сказать, что я была бы мертва, если бы хотя бы один из этих мужчин прикоснулся ко мне?
— По сути.
Красные пятна затуманили мое зрение.
— Ты с ума сошел!
Мое сердце вышло из-под контроля.
— Они чуть не изнасиловали меня, пока ты стоял на коленях у ручья, как невинный свидетель! Ты хотел посмотреть? Они могли убить меня, когда прикоснулись ко мне в первый раз!
Как он мог позволить этому зайти так далеко? Я не думала, что когда-либо была настолько зла, что у меня из-за этого тряслись руки.
Его взгляд посуровел.
— Они бы не убили тебя, пока первый мужчина не спустил штаны. Они хотели бы, чтобы ты была жива как можно дольше. Они бы не захотели трахаться с хладным телом, — сказал он мне, стоя посреди четырех окровавленных трупов.
У меня кровь застыла в жилах от его безразличия к моему изнасилованию и убийству. Он был наемным убийцей, так почему я ожидала чего-то другого? Я уставилась на каплю крови, стекающую по его руке, и мне все сразу стало ясно.
— Зачем плащ? Ты знал, что они придут? Не так ли? — я спросила.
— Да.
Я ожидала, что он будет это отрицать. Но зачем ему это? У него не было совести.