Солнечная ртуть (СИ)
— Фьёлы ни при чём, это мы хотели…
Агата прикусила язык. А Баар засмеялся раскатистым и жестоким смехом.
— Молчи, девчонка. Лучше радуйся, что твоя мать не узнает, кого и где я нынче встретил. Враги моего народа, вне всякого сомнения, затевают что-то против меня. Иначе, зачем им красть эссенцию из этого посоха?
Протянув руку, Баар взял со стола опустевший флакон. Принцесса посмотрела на дракона. Ещё до того, как она использовала аппарат фьёла, оборотень отделил две трети похищенной эссенции. Залил в склянку поменьше и повесил себе на шею, надёжно спрятав под курткой.
Каган некоторое время рассматривал пустой флакон и следы эксперимента: снимок, разводы на серебряной пластине, вынутой из фотоаппарата. Скельтр уже догадался, для чего им понадобилось его обворовывать, и наверняка потешался над глупой выходкой: ни выгоды, ни славы она не принесла этой странной парочке, только отдала обоих в его руки. С этого момента Баар мог навредить принцессе, он мог её уничтожить, просто придав дело огласке. Ему бы поверили: за дверью маячило несколько стражников, а ещё несколько — Агата слышала удаляющиеся шаги — покинули библиотеку сразу, как только каган обнаружил в лаборатории непрошенных гостей. В свидетелях недостатка нет.
— Многие думают, вещество в моём посохе — страшное оружие. Это не так. С его помощью мы удваиваем силу наших ружей и клинков, а сама по себе эссенция ничего не стоит. В битве совершенно бесполезна! Она имеет ценность только для науки и алхимии. Вы наслушались ваших учёных выскочек и захотели попробовать сами. Только захотели. А вот фьёлы наверняка собирались разгадать все свойства эссенции, чтобы использовать их против нас. Потому они её сюда и притащили. Ну а вы…
С этими словами он встал. Грозный в своей неподъёмной шубе, возвышающийся над принцессой и её оборотнем. Не мигая, и не сводя с них глаз-углей, Баар подошёл ближе. Эрид напрягся, как будто ожидал нападения. Ему не составит труда защитить Агату и расправиться с теми стражниками, которые стояли за дверью. Но глядя на то, как уверенно шагает Баар, сжимая в руке посох, принцесса начала сомневаться, что в мире есть хоть кто-то, кому каган позволит стать у себя на пути.
— Вы здесь оказались в качестве свидетелей. Один из моих людей видел человека в чёрной одежде, возле самых моих покоев. Наёмный убийца и вор, которого подкупили фьёлы. Он ограбил меня, а потом пришёл прямо сюда.
Баар с насмешкой смотрел на Эрида. С вызовом. Дракон его нисколько не пугал, а принцессу скельтр и вовсе будто замечал, даже когда напрямую обращался к ней.
— И убрался перед вашим и моим приходом.
Угли-глаза в последний раз задержались по очереди на девочке и драконе. Все молчали. Баар сделал шаг назад и довольно-таки топорно, как это свойственно скельтрам, поклонился — показательно делая одолжение принцессе. И наконец оставил их одних.
Дверь закрывать никто не стал. Агата, тусклая как побелка, наблюдала, как удаляется огромная шуба, за которой сомкнули строй шлемы и алебарды.
— Он идёт к Сиене. Если тебе вдруг интересно.
Мрачный как туча Эрид говорил преувеличенно безразлично. Что-то злорадное промелькнуло в его тоне. «А ведь он сумасшедший! Драконы непредсказуемы. Ему интересно, что из всего этого выйдет. Он наблюдает, может быть, делает ставки».
— Я тоже отправляюсь к ним.
— Одна? — недоверчиво спросил оборотень.
— Да. Тебе лучше покинуть дворец. Если Сиена поймёт, кто украл эссенцию, то тебя снова ждёт тюрьма. И на этот раз парой месяцев ты не отделаешься. Матушка склонна переходить от меньшего к большему.
Молодой человек пожал плечами. Вокруг глаз образовались синяки, поджатые губы указывали на раздражение. Но любопытство всё ещё не пропало. Эрид покинул лабораторию и зашагал по библиотеке, мимо придавленных лампами столов и дубовых стеллажей. Агата плелась следом.
— На то она и Железная Королева. Твоя мать знает, что делает. А вот ты — навряд ли. Баар ясно дал понять, что свалит всю вину на фьёлов. Это даст ему повод развязать войну, которой он так желает. А по сути, развязала её ты, с моей скромной помощью. Неплохо для тринадцати лет.
— Войну? — Агата остановилась. — Из-за украденной эссенции?
Нет, он это не всерьёз. Принцесса много читала о битвах, реках крови и вероломстве, которые неотступно следуют за войнами. Это было неприятно, но захватывающе. За всю свою жизнь Агата застала только мелкие стычки на окраинах империи. Лишь однажды, когда она была совсем маленькой, в столице вспыхнул мятеж. С тех пор девочка не менее нескольких раз в месяц просыпалась среди ночи от страшных криков, которые преследовали её во сне. Всего лишь мятеж, бунт недовольной черни. Что он по сравнению с настоящей войной? Нет, её поступок не может стать причиной подобного бедствия.
— Если Баар это сделает, я расскажу Сиене, как всё было на самом деле.
Писклявый, слабый голос. Разве это голос наследницы трона? Её ноги были словно из воска, да и вся Агата казалась себе сломанной марионеткой. Принцесса запуталась в своих желаниях как в нитях кукловода. Ах, лишь бы только избежать последствий.
— Она тебя убьёт. Или посадит в темницу вместо меня.
Даже когда Эрид пытался остановить торитт от необдуманных действий, она видела, что ему хочется стать очевидцем безумных поступков.
— Не убьёт. Наверное.
За стрельчатым окном, перед которым остановился мужчина, на чёрном небе сияли белые крапинки звёзд. Между ними иногда проплывали силуэты дирижаблей, таких свободных и далёких. Проблемы тех, кто в них сидел, не отражались на всей этой огромной империи.
— Потом ты меня обвинишь в том, что я тебя бросил одну в такую минуту.
Агата как раз об этом и думала: стоит дракону уйти, и уже никто её не защитит и не поддержит. Гнев матери придётся выдерживать в одиночку. Это было обидно. Ей не хотелось отпускать Эрида на свободу: оборотни должны разделять участь своих господ, разве нет? Но внезапно проснувшаяся совесть говорила, что сейчас именно она, торитт, обязана защитила дракона. Как сумеет. Всё-таки именно она втравила его в это.
— Нет, не скажу.
— Я мог бы наблюдать со стороны. В случае чего — улечу.
Снова наблюдать! С тех самых пор, как они стали общаться, Агата заметила, как внимательно и насмешливо он смотрит на всё, что происходит вокруг — хорошее и плохое, скучное и интересное. Даже на неё: как бы там Эрид не относился к принцессе, в первую очередь ему интересно, что она «выкинет» дальше. Теперь он был не против посмотреть, как девочка попытается выкрутиться. Или же потерпит провал. Этого принцесса стерпеть не могла.
— Нечего там наблюдать. Уходи! Я приказываю тебе покинуть замок и ждать, когда я позову. В общем, спасибо тебе за всё. Но сейчас я предпочту разобраться сама.
Это прозвучало не только пискляво, но в добавок ещё и надменно. Агате самой стало противно. Чтобы сгладить впечатление, она попыталась улыбнуться. Улыбка не подвела. Идеальная — такая, какой её однажды выучили раз и навсегда.
Эрид не стал спорить. Одним прыжком он очутился на подоконнике и посмотрел на принцессу через плечо.
— Если я почувствую, что тебе слишком плохо, я вернусь. И даже твои приказы меня не остановят.
Больше он ничего не сказал. Мужчина ласточкой выпал из окна, и на лету обернулся драконом. Агата не смотрела ему в след. А оборотень не оборачивался.
Глава 28 Тофи
Она знала, где искать королеву. Где бы ни обнаружил её каган, Сиена продолжит разговор в Малом зале, в том самом, в который Агата нашла тайный лаз.
Замок опустел. В тускло освещённых коридорах мелькали подозрительные и хмельные личности или стража, но в целом гости разошлись по домам и по выделенным им апартаментам. Не было смысла пытаться проникнуть в Малый зал через дверь: охрана не пропустит. Сонные, недовольные тем, что вынуждены нести службу, а не отдыхать после пирушки, гвардейцы стояли на проходе с приказом каждому давать от ворот поворот. Это были люди сразу трёх властителей: Железной королевы, Баара и предводителя фьёлов — у принцессы вдруг вылетело из головы, как его зовут. Девочка юркнула в чулан с проломленной стеной и, спотыкаясь, устремилась по запретному пути. Должно быть, Мира уже вовсю её ищет и паникует. Но эту принцессу не так просто найти, если она того не хочет: Агата знала лабиринты замка лучше многих его обитателей. Спасибо долгим и одиноким прогулкам.