"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)
В этот раз я успел приготовиться, и падение в черную дыру не стало неожиданностью.
Выбросило меня в том же саду, но теперь теплые аллеи тонули в ночной тьме. Фонари, если они здесь и были, не горели, светились лишь окна дома невдалеке. Оттуда же доносился и радостный гомон.
— Чернь. — Виктория брезгливо поморщилась, обернувшись к укутанному в плащ мужчине. — Подождем немного, пусть уйдут в дом.
Судя по украшенной драгоценными камнями прическе дэйны Солсети и роскошному вечернему платью из лилового атласа, это была та самая ночь. Мы с Саной в это время спорили в ее спальне…
— Подождем, — согласился спутник дамы, и я, узнав голос, осторожно приблизился, чтобы заглянуть под скрывавший лицо капюшон.
— Знаете, чего я до сих пор не понимаю, Людвиг? — заговорила женщина, выдержав долгую паузу. — Почему вы не пришли за мной тогда. Вы ведь не могли не догадаться, кто виновен в его смерти. А между тем дело замяли.
— Не по моей воле, — холодно ответил Менно.
— А будь ваша воля? — спросила она с любопытством. — Он ведь был вашим другом.
— У меня нет и никогда не было друзей, ради которых я отступился бы от своих обязанностей. — Голос мага оставался спокоен. — Но мне все же следовало тогда навестить вас. Во избежание последующих осложнений.
Кажется, невозмутимую Викторию пробрало после этих слов. Желание задавать провокационные вопросы пропало.
— Надеюсь, вы не забыли, что вам не открыть записки Натана без меня? — напомнила она, волнуясь.
— Не забыл. Уважаю вашу предусмотрительность. Хоть и странно, что вы безбоязненно возите бумаги с собой. Они же у вас здесь?
— Да, у меня в комнате. Но лучше мне пойти одной. Подождите тут.
Оставив мага, она прошла по тропинке и свернула на ведущую к дому аллею, когда впереди сверкнула молния и грянул выстрел. Сразу же за ним — следующий.
Боль, треск разрываемой плоти и ломающихся ребер, поселившийся в груди огонь и темное пятно, растекающееся по моей рубашке… Почему — по моей?!
Я упал, захлебываясь кровью, а призрак присел рядом и с нежностью погладил по взмокшему лбу.
— Умирать так неприятно, да, Джед? Теперь вы меня понимаете…
— Чего ты хочешь? — прохрипел я.
— Выйти отсюда, — прошептала она, склонившись к моему лицу. Щеки коснулась холодная кожа. — Выведи меня. Выпусти.
— Не дождешься.
— Тогда ты останешься здесь, со мной.
Подо мной распахнулась знакомая пропасть, и хлынувшая горлом кровь залила все вокруг.
Лисанна
Рик не давал нам конкретных указаний. Велел лишь не входить в круг, пока горит огонь, и ждать. Сказал, что возвращаться легче, когда тебя ждут.
И я ждала. Обоих.
Сквозь затянувший поляну дым смотрела на сидевших у костра мужчин. Они ничего не делали и, за исключением нескольких неразборчивых фраз в самом начале, не разговаривали. Замерли неподвижно, глядя друг на друга, но я была уверена, что ни один, ни другой ничего не видит… Или видят нечто совсем иное. Память подбрасывала вычитанные когда-то сведения о шаманских ритуалах метаморфов. О том, как оборотни вводят себя в транс с помощью курительных трав или дурманящих снадобий, пляшут до исступления под стук бубна и воют монотонные песни.
Песен и танцев не было. Только дым от брошенных в огонь листьев да две трубки, теперь уже потухшие. А еще мне показалось: Рик добавил что-то в бутылку, прежде чем разлить остатки вина себе и Джеду…
На сердце было неспокойно. Тревога не оставляла меня с момента, когда шаман только предложил вызвать дух Анны, и я ожидала, что вот-вот случится нечто плохое. Каждый звук, каждый шорох, трепыхание потревоженного ветерком пламени или внезапно громкий крик чайки воспринимались мною как предвестники неизбежной беды. И когда Джед вдруг покачнулся и завалился на бок, я сначала успела подумать: «Вот оно!» — а потом, ни о чем уже не думая, бросилась к нему.
— Нет! — Яра поймала меня на границе вычерченного Риком круга и обхватила руками, с силой зверя удерживая на месте. — Нельзя. Костер еще горит.
Джед
Ужас, страдания. Мелькавшие перед глазами картины сменялись с немыслимой скоростью. Мозаика то складывалась в четкий рисунок, то вновь разбивалась на тысячи осколков, каждый из которых норовил оцарапать душу. Изувеченные тела на импровизированном жертвеннике в центре просторного зала, измазанные кровью простыни, вспышки от выстрелов и две пули, одна за другой входящие в грудь. Зловещим маятником раскачивался на пуповине мертворожденный младенец… Красавица Анна показывала мне самые темные уголки своего персонального загробного мира, щедро делясь пережитыми когда-то страхами и болью.
Пытаясь укрыться от этого в собственной памяти, я щитом выставлял все то светлое и доброе, что хранилось там, но чужие кошмары прорывались в мои воспоминания, корежа их до неузнаваемости. Мне с трудом удавалось отличать истину от лжи, но, когда я уже всерьез испугался, что злобный дух заразит меня своим безумием, видения прошлого погасли, уступая место нереальности настоящего. И не понять было, к лучшему это или же наоборот…
Я вновь разделился, как тогда со своим волком. Одна часть меня осознавала, что всего этого нет и не может быть на самом деле, а другая блуждала впотьмах, не зная, как выбраться из сумрачного леса, где деревья напоминали тянущиеся из земли скрюченные руки старух. По змеиной чешуе, заменявшей у них кору, стекала с пальцев-веток густая темная кровь, просачивалась в вязкую почву, поила цветы на длинных колючих стеблях. Алые бутоны раздувались и пульсировали, впитывая эту жертву, чтобы потом с негромким хлопком распустить трепещущие лепестки, и тогда из сердцевины каждого такого цветка смотрело на меня налитое кровью, лишенное век око…
— Выпусти меня отсюда, — шептали похожие на посиневшие губы покойника листья. — Выведи.
Жесткая трава ломалась под ногами с хрустом и звоном давимого стекла. Осколки резали подошву и вгрызались в стопы…
— Выпусти!
Выпусти ты меня, полоумная стерва!
И где, Мун ему в тещи, Рик?
— Там, где и должен быть, — раздалось у меня в голове. — У двери.
— Почему ты молчал?! — заорал я со злостью и с облегчением одновременно. — Не представляешь, что тут творится!
— Я здесь тоже не пасьянс раскладываю, — ответил невидимый шаман. — Дамочка настырная, так и рвется наружу. Так что ты поторопись. Все узнал?
— Нет.
Самого главного Анна мне так и не открыла. Содержимое блокнота ее мужа оставалось загадкой.
— Времени мало. — Голос Рика начал теряться в невнятном шуме. — Если не получится, просто иди к двери.
— Куда? Я не знаю, куда!
— Просто иди…
Жуткий лес казался бесконечным, но я, похоже, начал к нему привыкать, научился осторожно ступать по стеклянной траве и уже не ежился под неприязненными взглядами глазастых цветочков. Правда, продираться через опутавшие деревья лианы, похожие на свисающие с ветвей внутренности, удовольствия не доставляло…
— Джед!
Сердце остановилось и тут же забилось стократ быстрее. Забыв о брезгливости, я обрывал сочившиеся зловонной слизью побеги, спеша туда, откуда послышался крик, одновременно молясь о том, чтобы он оказался лишь плодом моего воображения.
— Джед!
— Сана!
Девушка вылетела на меня из кустов, оставив на растопыренных ветках клочки платья. Сбила с ног… по доброй нашей традиции. И, несмотря на боль от падения, тяжесть придавившего сверху тела и так знакомо ткнувший под ребра локоток, я не смог не улыбнуться.
— Джед! — Целительница обхватила руками мою шею, словно без всяких иносказаний собиралась задушить в объятиях, и расплакалась. — Я так… так испугалась. Я…
— Как ты сюда попала? — спросил я, не предпринимая попыток подняться, лишь прижимая ее к себе еще сильнее. — Ты же должна была ждать снаружи.
— Я ждала, — всхлипнула она. — Я очень-очень тебя ждала… Тебя…