"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

На руинах Драмлина Ричард собрал в холщовый мешочек земли из-под обвалившихся стен, присовокупил к ним пару головешек и, затянув тесемки, велел нам взяться за руки.
— Чтобы никто не потерялся на Тропе, — пояснил он. — Сегодня сложнее будет.
Видимо, для него сложнее, так как я ничего не почувствовал.
Совсем ничего. Только легкое дуновение ветерка, принесшего с собой аромат сосновой хвои… Но песни я не слышал…
— Если завтра решим идти, еще тяжелее будет. — Унери утер выступивший на лбу пот и опустился на песок.
Вместо развалин дома у холма мы оказались на пустынном, залитом солнцем пляже. В стороне, не ближе чем в полмили от нас, начинались первые виллы Лазоревой Бухты.
— Море! — Сбросив туфли и подобрав подол, Яра побежала к воде.
Сана поглядела на нее, на нас и тоже решила окунуть ноги в теплые волны.
А я бы с головой нырнул.
— Рик. — Я присел рядом с шаманом. — Я не слышал песни. Вообще. Даже люди, которые ходят тропами, слышат хоть немного…
— Потому что они люди, — сказал унери, с улыбкой наблюдая за прыгающими в набегающих на берег волнах девушками.
— А я? Кто я теперь?
Он не ответил. Долго смотрел на море, а потом вдруг предложил:
— Сплаваем до того буя?
— Кто быстрей?
Нас ждало серьезное и опасное дело, от успеха которого зависела моя жизнь… Но, если ничего не получится, я смогу при встрече с Создателем похвастать тем, что напоследок успел искупаться.
Лисанна
Когда мужчины, раздевшись до исподнего, зашли в воду, Яра, поглядев на них, принялась расшнуровывать корсаж.
— А что? — ответила она на мой немой вопрос. — Чем я хуже?
— Белье долго сохнуть будет, — нашла я не связанный с моралью аргумент.
— Не волнуйся, я его мочить не стану, — успокоила она меня.
Нет, я, конечно, успела пересмотреть свои взгляды на отдельные нормы приличия и уже знала, что у метаморфов ко многому относятся проще. Но не настолько же?
Кажется, Унго был единственным в нашей компании, кто меня понимал, и когда Дияра начала стягивать с себя одежду, скромно отвернулся. Я тоже отвела взгляд от разоблачающейся девушки и не смотрела бы, если бы внимание не привлекло негромкое рычание: из-под упавшего на песок платья выбралась волчица и, скалясь во всю пасть, показала мне язык. А, ну если так…
Она носилась вдоль берега, лапами выбивая блестящие брызги, а я сидела на песке и завидовала.
— Дэйни Лисанна, — обратился, приблизившись ко мне, тайлубиец, — позвольте спросить.
— Да?
— Вы всегда пьете чай без сахара?
— Да, — признала я, сбитая с толку неожиданным вопросом.
— А кофе?
— Тоже. Иногда добавляю сливки.
— Спасибо, — поклонился чернокожий великан и отошел с таким удовлетворенным видом, словно только что получил от меня наиважнейшую информацию.
После того как волки вдоволь наплавались, они вспомнили о деле.
Идти всем вместе в город, где нас с Джедом хоть и не слишком хорошо знали, но все же могли вспомнить, нужды не было. Решили, что в Лазоревую Бухту отправятся только Унго и Рик. Разузнают, где именно похоронена Виктория Солсети, купят что-нибудь на обед, а ближе к вечеру мы полным составом наведаемся на кладбище: Ричард объяснил, что кто-то должен будет страховать их с Джедом «снаружи».
Пока шаман и тайлубиец отсутствовали, мы переместились с пляжа в тень небольшой рощицы. Я снова достала книгу о ритуалах, Яра со скучающим видом бродила среди деревьев, отыскивая цветы для венка, а Джед уснул, подложив под голову одну из сумок. Если бы я знала, что он, как и ночью, не проснется, опять прилегла бы рядом…
— Подъем, сони!
Оказалось, я все-таки уснула, опершись на толстый ствол дерева и так и не открыв книгу.
Яра, судя по примятой щеке и непонимающему взгляду, тоже дремала, а Джеда не разбудил даже нарочито радостный крик возвратившегося из разведки Рика, и шаману пришлось его растолкать.
— Новостей много, и все хорошие, — начал унери, усаживаясь на траву между мной и отчаянно зевающим дэем Леймсом. — Во-первых, Анну-Викторию не похоронили на кладбище, а сожгли. На всякий случай. Предосторожность, замечу, не лишняя. Мало ли какие еще ритуалы она практиковала — кому нужны ходячие мертвецы?
 
— Постой-ка! — Я схватила его за руку. — Ты сам говорил, что дух сожженного нельзя вызвать…
— Дух умершего в огне! — поправил меня метаморф. — И не «нельзя», а проблематично. Но нашу дамочку сожгли уже после смерти. И мало того что сожгли, так еще и поставили урну с ее прахом в храме. Тоже на всякий случай. Представляете, как нам повезло, что его не пустили просто по ветру? И на кладбище теперь идти не придется.
Он оглядел нас и с заговорщицкой улыбкой поставил перед собой небольшую жестяную коробочку, в каких обычно продают леденцы.
— Это она? — недоверчиво спросил Джед. — Вы ограбили храм Создателя?
— Сын Энрике Энсоре никогда не опустится до воровства, — оскорбленно возразил шаман. — А вот подкупить храмового служку — совсем другое дело! Пять грассов, и прах у нас.
— Ты уверен, что он не нагреб вам золы из камина? — скептически поморщилась Яра.
— Уверен, будь спокойна. И теперь нам не нужно ждать ночи, можем начать прямо сейчас. Только подкрепимся.
Любопытная волчица заглянула в принесенную Унго сумку и радостно захлопала в ладоши.
— Ракушки! Я никогда не ела ракушки!
Рик достал из кармана маленький складной нож и вскрыл первую устрицу.
— Присаживайтесь поближе, — позвал он, убрав за спину коробочку с прахом и поставив на ее место бутылку белого вина. — У нас сегодня просто королевский обед.
Шаман улыбался, но я видела беспокойство в серьезных черных глазах. Да и этот королевский обед очень напоминал попытку с шиком погулять напоследок.
  
ГЛАВА 22
 
Джед
Пикник на побережье удался на славу. Поплавали, до отвала наелись морских деликатесов. Можно и за дело приниматься.
— Вы — туда, — скомандовал унери девушкам и Унго, указывая за пределы проведенной на земле черты. — И что бы вы ни увидели, пока костер не догорит, в круг не входить. Ясно?
— Ясно, — ответили они вразнобой.
— Я серьезно говорю. Нарушите границу, и мы оба — покойники. Ясно?
В этот раз все трое без слов закивали.
— Джед, разденься до пояса.
— Сверху?
Моя попытка пошутить была встречена вялой усмешкой:
— Можешь снизу. Руны тебе на заднице намалюю.
Я стащил через голову рубаху и, повинуясь жесту шамана, присел у разложенного им костерка.
Рик короткой палочкой размешал в деревянной чашке какую-то темно-красную массу и этой же палкой быстрыми росчерками нарисовал что-то у меня на плечах и на лбу. Разделся сам, устроился напротив меня, отделенный невысоким пламенем, но раскрашивать себя не стал. Подтянул поближе мешок с землей из Драмлина, высыпал ее аккуратной горкой рядом с собой и водрузил на вершину коробку с пеплом. Затем достал из сумки две длинные, уже набитые трубки. Раскурил одну и подал мне.
— Я вообще-то не курю.
— И я. — Унери пыхнул дымом, раскуривая вторую трубку. — Но так надо, поверь.
Он сыпанул в костер пригоршню каких-то листьев, и в считаные секунды небольшую полянку, на которой мы расположились для вызова не невинно убиенной Анны Тисби, заволокло густым белым дымом.
— Посидим, брат, покурим, — словно издалека долетел до меня голос Ричарда. — Поговорим о жизни, о смерти…
Игривые огненные язычки разогнали дым над костром, и я увидел лицо Рика. Шаман, не сводя с меня глаз, поднес ко рту трубку и неглубоко затянулся, показывая мне пример. Ладно, нужно так нужно. И, если уж совсем честно, лет в четырнадцать я пробовал курить. Дядя Грегори гостил тогда у нас, и я стянул у него сигару. Ох и дрянь же!
Но табак Рика был другим. От него горло не драло, и во рту не горчило. Дым был легким, мягким, сладковатым на вкус…